Выбравшись из толпы, она направилась к башне. Ей хотелось побыть одной, чтобы спокойно подумать. Несмотря на то что вести, которые принес посол, были хорошими, что-то было не так.
Когда Кольм нашел ее, она сидела на камне.
– Габриела, что с тобой?
– Я думаю.
Он прижал ее к себе, поцеловал и попытался увести на праздник.
– Я думаю, что король Иоанн замыслил недоброе. Но я никак не могу понять, что бы это могло быть, – сказала она Кольму.
– Я внимательно прочту свиток и, если хочешь, попрошу Лайама и Бродика прочесть его, – заверил он Габриелу. – Ты права, что не доверяешь Иоанну.
Кольм отправился на поиски Бродика и Лайама, а Габриела вернулась на праздник. Морна чуть не силой усадила ее за стол и заставила отведать угощение. А поскольку она сама приготовила мясной пирог, ей очень хотелось, чтобы Габриела съела кусочек побольше.
Люди вокруг возбужденно разговаривали. Новость о том, что Финнис-Флэт будет принадлежать Макхью, не сходила с уст. Они утроят урожай зерна, даже оставив часть земли невспаханной. От их искренней радости заулыбалась и Габриела. И все же она не сводила глаз с посла.
С чего бы вдруг королю Иоанну отдавать ей Финнис-Флэт? И какова в этой истории роль его цепных псов, баронов? А ведь они явно сыграли в этой истории какую-то роль. Король сказал, что земля – это его дар. Первый раз, когда она услышала о Финнис-Флэт, это было ее приданым. Но что изменилось сейчас? Уж точно дело не в щедрости короля. Щедростью он не отличается.
«Королю нужно мое прощение. Вот в чем дело». Габриела вдруг отчетливо поняла, что на уме у Иоанна. Она ударила ладонью о стол, чем вызвала немалое удивление, вскочила с места и направилась к послу.
Телохранители последовали за ней. Когда принцесса подошла к послу, Кристиан встал у нее за спиной.
– Встаньте, – приказала она послу.
Смех разом стих, наступила тишина.
– Вы ответите на мои вопросы, – потребовала она. – Вы сразу возвращаетесь к королю Иоанну?
– Нет, сначала я должен заехать в аббатство, – ответил посол, оглядываясь по сторонам. – Я проведу там ночь, а утром отправлюсь в путь.
– Бароны также ждут моего ответа?
– Да, принцесса.
– А это, случайно, не Косуолд и Перси?
– Точно не знаю.
Толпа придвинулась ближе. Габриела увидела Джоанну и епископа рядом с ней.
– Я знаю, что задумали король и бароны, – сказала Габриела. – Если я приму извинения короля, то снова стану его подданной и не буду больше вольна в своих решениях.
Посол смотрел на носки своих сапог.
– Не стану лгать, а посему скажу так: Финнис-Флэт будет приданым, которое вы принесете тому, кого выберет для вас король.
– А если я не приму его извинений, Финнис-Флэт вернется к королю?
– На сей счет не уверен, но такая возможность существует.
Тишина стояла такая, что, упади сейчас со стола хлебная крошка, звук разнесся бы по всему двору.
– А король не учел, что я уже могу быть замужем?
– Учел, и если это так, то Финнис-Флэт достанется вашему избраннику и король не станет вмешиваться.
Габриела обвела взглядом толпу и объявила во всеуслышание:
– Я вышла замуж сегодня.
Посол принял ее слова на веру и спросил:
– За вождя Макхью?
– Да, – ответила Габриела. – За вождя Макхью.
– Но ты не могла выйти замуж сегодня! – воскликнула Джоанна. – Ты нас не обманешь. Ты нагло врешь перед лицом епископа. Гореть тебе за это в аду!
Габриела в гневе пошла на нее:
– Я вышла замуж сегодня.
Джоанна попятилась. Ярость в глазах Габриелы напугала ее. Она решила, что принцесса собирается ее ударить.
– Я вышла замуж сегодня, а Финнис-Флэт достанется вождю Макхью, – повторила она.
Толпа одобрительно загудела.
Когда шум утих, Габриела снова заговорила:
– Вам нужны доказательства? Ждите здесь, я их сейчас принесу.
– Мы и так верим, что ты стала женой нашего вождя и отдашь ему Финнис-Флэт, – крикнул кто-то из толпы.
Габриела подошла к послу:
– Но вам, насколько я понимаю, доказательства нужны.
Посол кивнул.
– Я должен знать наверняка, чтобы передать сию весть королю Иоанну. – Он почувствовал растущий гнев толпы и поспешил добавить: – И тогда Финнис-Флэт достанется вождю Макхью без промедления.
Габриела пошла к башне, Кристиан опередил ее, чтобы открыть дверь.
– Доказательства там? – спросил он.
– Да, – ответила Габриела.
Габриела в сопровождении охранников поднялась на второй этаж и остановилась перед входом в зал, чтобы расправить складки на платье и пригладить волосы.
– А вы готовы выйти замуж сегодня, принцесса? – спросил Стивен.
Она кивнула.
В зале Кольм как раз дочитывал свиток. Он передал его Бродику, а Лайам и отец Гилрой с кубками в руках ждали своей очереди.
Габриела вошла в зал:
– Кольм, не могли бы вы уделить мне несколько минут?
Глава 45
Габриела и в самом деле вышла замуж в тот же день.
Церемония прошла в главном зале перед камином. Не было никакой помпезности в браке между принцессой из Сент-Била и влиятельным шотландским вождем. Все произошло быстро и без лишнего шума. Несмотря на то что снаружи и так ничего не было видно, Габриела настояла, чтобы окна, выходившие во внутренний двор и на озеро, были занавешены тяжелыми шторами. Она не хотела, чтобы посол или Джоанна видели церемонию.
Поскольку Бродик был единственным родственником Габриелы на церемонии, ему пришлось вести ее под руку и давать свое согласие на брак, когда отец Гилрой спросил о таковом. Лайам и телохранители Габриелы стали свидетелями.
Габриела нервничала, и когда монах попросил их взяться за руки, пальцы ее дрожали. Отец Гилрой начал читать молитву, и Габриела наконец поняла, что происходит. Колени ее подогнулись, дыхание перехватило. Свершалось таинство, теперь она принадлежит Кольму до конца своих дней.
С изумлением смотрела она, как Кольм накрывает их сплетенные пальцы тартаном клана. Он смотрел ей в глаза, когда произносил клятву, но она не понимала ни слова из того, что он говорит. Она вдруг забыла гэльский. Но настала ее очередь произносить клятву. Габриела зашептала слова на языке своей матери. Отцу Гилрою пришлось остановить ее и попросить начать заново.
– Я не понимаю, что вы говорите, принцесса Габриела, – пояснил он.
Она, впрочем, и сама не понимала. Она пообещала что-то Кольму, но никак не могла вспомнить, что именно. Кажется, она обещала быть верной и любящей женой и чистить его конюшню до конца своих дней.
Габриела в замешательстве посмотрела на священника. Лицо его ничего не выражало, и это был хороший знак.
«Во веки веков, пока смерть не разлучит вас».
