он бы даже дышать не смог.
«Уравнитель» был готов к последнему броску.
— Зачем? — он повернулся боком к телу Паши. — От него разит светом, как от твоих крыльев. Он твой союзник.
— Решил поболтать напоследок? — усмехнулся я.
— Понять.
— Он не союзник, а всего лишь амбициозный безумец, которого использовали, чтобы приструнить людей этой Империи. Но ни я, ни император всё равно не позволили бы этому произойти. Так что это было скорее ожидаемо, чем нет.
— Хаос. Нет ни порядка, ни доверия. Вы сами себя уничтожаете, когда кто-то начинает принимать решения, не руководствуясь разумом. Мой владыка бы привёл всё к порядку.
— Знаю я порядок твоего господина. Ему не место на этой земле, — я поднял копьё ровно на уровень эпицентра его груди, где должна была прижиться Плоть. — Ещё что-то?
— Нет.
— Тогда закончим.
Я сделал рывок вперёд, используя забор канала как ступеньку, и в полёте ударил в грудь Сосуду. Он криво сместился в сторону, из-за чего я поразил не грудь, а правое плечо. В меня тут же ударили щупальца — последние конечности, которые он мог полноценно использовать.
Но они были тут же сожжены пламенем, которое я уже мог не сдерживать. Крыльев-то всё равно не было.
Искривлёнными руками «Сосуд» попытался оттолкнуть меня, но не успел.
Мои усиленные маной пальцы пробили его грудную клетку, погружаясь в плотную чёрную плоть, и схватили то, что было у него вместо сердца. Частицу тела Мефисто.
Она пульсировала, когда я сжал её и потянул на себя, вырывая из тела Сосуда. Длинные щупальца продолжали связывать её с телом, но одно за другим лопались от натуги.
Через мгновение «Сосуд» дёрнулся в последний раз и упал в чёрную воду. А я — вместе с ним, сжимая пульсирующий в руке кусок астрального бога.
Спустя минуту, когда я стоял на берегу канала, выбравшись из воды, вдалеке послышались сигналки подъезжающих машин.
А я смотрел на Плоть, чья сила была сопоставима с моей собственной.
Частица астрального лорда. Сосредоточие силы, которая, при правильном использовании, может решать судьбы миров. Как это было с Землёй.
Сейчас она была истощена. Просто кусок чёрного мяса, которое могло вызывать омерзение, но не страх. Но если эту штуку оставить в покое, то через несколько дней она сможет передвигаться снова. А если рядом ещё и источник энергии будет…
В общем, на всякий случай я поставил на неё быстро сделанную магическую блокаду нескольких видов. Простые, но эффективные ритуальные заклинания. Для «крепкого сна».
Но внезапно мне в голову пришла одна идея.
— Ну что, дружище, такой забористой дряни ты ещё не пробовал, — хмыкнул я, поднимая «Уравнитель». Его наконечник игриво блеснул на солнце. — Есть у меня одна идейка. Надо только выбраться из этого города и убраться куда-нибудь подальше, где некому будет услышать, если эта штуковина рванёт в неподходящий момент.
Но сначала — разговор с императором.
Он должен знать, что в самой главной битве мы сегодня победили.
Я — победил.
Эпилог
17 лет спустя.
— Папа, смотри! — из-за деревьев выбежал беловолосый парнишка с золотыми глазами, держащий в руках здоровенное насекомое, похожее на покрытого медью жука.
Он подбежал ко мне и с улыбкой протянул находку.
Я протянул ладонь и принял насекомое на руку, с задумчивым видом изучая его со всех сторон. Незнакомое. Ни в моём родном мире, ни на Земле таких не было. По крайней мере, по известной мне самому памяти Марка Велёсова.
Жук застыл, словно пытаясь спрятаться от меня, а потом резко стал прозрачным. Только изгибы его маленького тела выдавали, что на моей руке что-то есть.
— Хорошая находка, — с одобрением кивнул я. — Покажи братьям.
Мальчишка тут же надулся и с обидой посмотрел в сторону. — Они не хотят со мной играть или смотреть на насекомых. Меня только ты, дедушка и Мелия слушаете, остальные слишком важничают для этого или мелкие!
Я хмыкнул.
Да, Мелия умела находить подход ко всем детям. Неудивительно, что каждый из моих детей очень любил её.
А Рафаил… даром, что уже не император, всё своё время проводил с внуками. Причём, таковыми они считал не только детей от Ангелины, но и от всех остальных: Мелии, Наташи и Киры.
— Кстати, дедушка звал тебя! Он просил сказать, что какие-то там разговоры-переговоры хочет провести с англичанами! Дядя Гавриил тоже там, ждёт!
— Я сейчас подойду, — я потрепал сына по макушке и вернул ему полуневидимого жука, которого он с энтузиазмом схватил и побежал обратно в лес, на бегу становясь таким же полупрозрачным.
А я спокойно пошёл по тропинке между деревьев. Наслаждаясь долгожданным покоем.
Новый мир практически не отличался ни от Земли, ни от моего родного мира, в этом Бафомёт полностью угадал. Здесь всё было так же: леса, поля, реки и горы. Идеальный первозданный мир, не тронутый человеческой или любой иной цивилизацией.
Рай для спасения человечества.
Особенно по сравнению с Землёй, которая после моей победы над Мефисто, превратилась в поле вечной битвы. Каждый день полчища разных астральных лордов, подговорённым Мефисто, вторгались туда, чтобы остановить превращение Земли в домен Бафомёта.
Именно тогда сплотилось и человечество. Не без моего участия, конечно, как самого могущественного мага и человека, на тот момент.
Правда, человеком я к тому времени быть окончательно перестал.
Плоть Мефисто стала для меня большим даром судьбы, чем я мог представить. Я изучал её все те годы, пока Земля трансформировалась в домен Бафомёта, а человечество бежало от пожаров войны в новый мир.
Именно тогда я понял, как можно использовать плоть божества, чтобы создавать Сосуды не только для астральных лордов, но и иных существ. А именно — меня самого.
Бредя по лесу, я не торопился. Остановился у небольшого пруда, с зеркальной водой и взглянул в своё отражение.
Моё тело… уже третье. Созданное мной самостоятельно, в тайных мастерских заброшенного Велеграда, которые я скрыл даже от взгляда Бафомёта.
Новое тело внешне было точной копией прежних, но куда лучше подходило для любых астральных сил и было идеально подогнано под меня. А самое главное — его невозможно было взять под контроль.
