не пытаясь его даже остановить. Это было бы бесполезно. Дверь с грохотом захлопнулась, и Ардо осталась одна. Устало вздохнув, она опустила взгляд на белоснежную глянцевую визитку, на которой был напечатан номер телефона, мейл и имя адвоката.
Подхватив визитку, она потянулась к первому ящику стола, чтобы убрать карточку туда, и, открыв его, резко замерла с занесенной рукой. В ящике лежал бутон орхидеи – тот самый, который появился из ниоткуда на ее подушке. При виде цветка у Милы волоски на теле встали дыбом. Эти цветы никогда не были ее любимыми, а теперь она их и вовсе терпеть не могла. Слишком уж они напоминали девушке о смерти.
Белоснежный бутон орхидеи засох и лежал на белом альбомном листе, сливаясь с ним. Отбросив визитку в сторону, Мила подхватила альбомный лист, осторожно доставая его из ящика и боясь дотронуться руками до бутона, словно он мог ее ужалить. Девушка ногой пододвинула мусорное ведро и вместе с бумагой выкинула бутон. Хлопнув ящиком стола, она подняла голову, когда уловила, как открывается дверь ее кабинета. Это был Мареев.
– Ты что, ждал под дверью, когда он выйдет?
– Да нет, просто мимо проходил. Как допрос?
– Никак. Он ничего не сказал, только посмеялся надо мной и все. Вот, дал визитку своего адвоката. Навряд ли он теперь лично будет с нами сотрудничать. Но знаешь что? – Мила на секунду замолчала, пытаясь собрать воедино свои мысли, а потом все же сказала: – Я на девяносто девять процентов уверена, что именно Стеклов тот, кто нам нужен.
От ее признания в кабинете повисла тишина. Федор приблизился к столу и присел напротив.
– Ты в этом уверена? – голос его был напряженный.
– Да. Только вот как нам его поймать? Он же настолько все чисто делает, что нет ни одной улики против него, а то, что есть, это ничтожно мало.
– Значит, будем искать, – воодушевился Мареев. – Рано или поздно он поймет, что мы все знаем, и будет делать ошибки. И вот тогда-то мы его поймаем.
– Возможно, ты прав. В доме тоже ничего?
– Нет.
– А не говорили с прислугой или охраной?
– Ты серьезно думаешь, что они сдадут своего хозяина, если даже что-то и знают? – усмехнулся Федор, а Мила только пожала плечами.
Сегодняшний день был полон потрясений. Мила была выжата, словно лимон. У нее не осталось сил, чтобы даже подняться со стула.
– Мне сказали, что ты ужинала со Стекловым?
– Федь, ты что за мной слежку организовал?
– Просто присматриваю.
– Не думаешь, что это лишнее?
– В свете новых событий, думаю, что нет. Кстати, я не просто так пришел, у меня кое-что есть. Помнишь, мы в одном из букетов, подаренных убийцей своей жертве, нашли визитку с магазином цветов?
– Да. – Мила тут же подобралась и выпрямилась на стуле. – Вы нашли его? Магазин?
– Да. Мои ребята облазили каждый закоулок в этом городе и нашли. Не поверишь, этот магазин был у нас под носом. В соседнем доме, где жила жертва.
– Так и что?
– А то, что мы взяли записи с камер видеонаблюдения. Нам повезло, что записи полгода хранятся.
От услышанного сердце Милы забилось сильнее, а ладони стали влажными.
– Что-то мне подсказывает, что что-то не так с этой записью.
– Да. Тот, кто покупал этот букет, не засветился на нашу камеру.
– В смысле?
– В прямом. Видна только его спина и часть машины, в которую он сел и уехал. Даже номеров нет.
– А уличные камеры?
– Не поверишь, именно в тот день в это конкретное время они были выведены из строя в этом районе. У меня иногда создается такое впечатление, что чертов псих с нами играет.
– Да нет, Федя, это очень умный человек. Можно сказать, гений. А вообще возможно отключить уличные камеры?
– А почему нет? Будешь видео смотреть?
– Конечно.
Федор достал флешку и отдал ее Миле. Она тут же вставила ту в ноутбук и загрузила видео.
– Перемотай немного. Ага. Стоп, – проговорил мужчина, указывая на нужное место.
Они молча сидели и смотрели на запись, как неизвестный зашел в магазин, и камера зафиксировала только его затылок. Не делал никаких движений, даже руки из карманов достал только для того, чтобы вынуть бумажник из верхней одежды. Флорист собрала ему букет орхидей, мужчина расплатился бумажной купюрой и вышел из магазина.
– Так, а где видно машину? Здесь же камера только в магазине.
– Мотни на несколько секунд вперед. В окно, видишь, капот его машины просматривается.
Мила приблизилась к ноутбуку и, когда камера показала машину, то тут же нажала на стоп. Автомобиль был виден не полностью, но все же марку машины можно было определить.
– Прямо-таки какой-то неуловимый мститель. Он засветился на двух камерах, но ни на одной нет его лица. Только вид со спины. Это вообще возможно?
– Да, если ты точно знаешь, где камеры и что делать, чтобы не попасть на них.
Ардо продолжала всматриваться в капот машины, показавшейся ей знакомой. Хотя, таких тысячи ездит по городу. Массивный черный внедорожник цвета мокрого асфальта.
– Определенно, это наш убийца. Я сравнил с той записью, которая засняла мужчину с чемоданчиком, выходящего из подъезда, и по телосложению они идентичны.
– И он похож на Вадима Стеклова. Погоди-ка… – Мила приблизила видео с машиной.
– Что? – Федор замер.
– Мне эта машина кажется очень знакомой, – задумчиво сказала Мила.
– Еще бы, таких в городе много.
– Ты же знаешь, что я на машины вообще не обращаю внимания, а тем более, их не запоминаю, но тут словно я ее недавно видела… Машина не из дешевых.
– Это просто совпадение, – отмахнулся Федор, а Мила все так же продолжала задумчиво всматриваться в кадр на ноутбуке.
– Вчера ночью я не могла уснуть и пошла попить воды на кухню, стоя у окна, смотрела на двор, когда одна из машин завелась и выехала из ряда припаркованных автомобилей. Я ее тогда точно рассмотрела и подумала, что она тут делает. В нашем доме ни у кого нет такой дорогой машины, по крайней мере, кого я знаю. Тот, кто сидел за рулем, даже не включил фары. Он просто выехал со своего места и скрылся.
В кабинете повисла тишина. Федор взволнованно смотрел на бывшую жену, которой угрожала опасность, и ему очень хотелось запереть ее где-нибудь, чтобы никто до нее не добрался.
– Ты в этом уверена?
– Абсолютно, – у Милы загорелись глаза. – Нам нужны камеры с моей улицы. Он точно на них засветился, я уверена. У меня в соседнем доме магазин продуктовый, там сто процентов есть камеры.
