Он просто засмотрелся на самую привлекательную с точки зрения выпуклостей фигуру. Увидел базовый стимул — произошла активация нейронов.
— Ладно. Децимала красивая женщина, но не очень подходит тебе по возрасту. Это тоже важно. И по статусу. Это даже ещё важнее для многих жителей Империи. Привлекали ли тебя другие женщины?
— Да.
Снова тепло.
— Скажем, Орина?
— Нет.
Да что ты будешь делать!
— Но почему? — удивился я. — Она молода, красива, смела. Ты разве плохо к ней относишься?
— Нет. Хорошо отношусь, — пожал плечами парень. — Но… Она маленькая и такая несчастная. Мне ее скорее жалко.
Потрясающе.
Начинаешь чувствовать всю боль родителей-сводников, чада которых почему-то в упор не видят идеальную пару. Хочется цитировать Гоблина касательно малолетних дебилов. Эх. Тяжело.
— Ладно. Ты вообще присмотрись к ней получше, — рекомендовал я. — Она через многое прошла. Жизнь часто обходилась с ней жестоко, но Орина не сдалась. Она помогла направить твою силу в Сулиме, однако я предпочел бы чтобы вы сражались рука об руку.
Ноций в ответ на это лишь кивал, кажется, скучая от моих наставлений. Увы, но некоторые вещи практически невозможно объяснить на словах. В отличие от Орины Ноций никогда не ощущал отчаяния и не чувствовал себя беспомощным. Наоборот, он шел по жизни, поражая всех врождённой силой.
По итогам вскоре я переговорил с Ориной и объявил:
— Вопрос сватовства откладывается… На неопределённый срок. Но ты сама подумай обязательно на эту тему. Хорошо?
— Да, — не очень уверенно ответила девушка. — Обязательно.
Ладно. Пока закончим со сводничеством. Вернёмся к чему-то простому и более понятному — войне.
Опасность с Лимеса временно снята, но теперь нужно нанести удар вглубь территории врага. Добраться до Сердца и остановить его. А для этого требовалось дождаться остальных легионов.
Однако было ещё два момента, которые требовали моего внимания до начала решительного наступления: осада Бьорторна кербрийцами и Велвегры. Искать последних по горам — проблематично. Есть шанс, что они сами выйдут на связь. А вот вопрос с Бьорторном хорошо было бы решить.
С Ликидом, агентом которого завербовал и отправил ко мне Таркус Дарен, пришло несколько кербрийцев. Для начала решил поговорить с ними. Их было трое и они назвались братьями. Вели себя не агрессивно, но по заверению ответственного за них декана «крайне несносно».
«Я ещё никогда не видел людей такой степени варварства», — признавался он. — «Они носят одежду, броню, знают многие инструменты, но ничего не понимают в жизни. Целыми днями ходят по лагерю, приставая к легионерам с глупыми вопросами. Самый младший из них говорит не замолкая. Двое других постоянно ищут выпивку. В делах политических они не разумнее детей. Постоянно пытаются выяснить кто вождь той или иной центурии, не знают нормальных денег, не понимают что такое Сенат, комиции, жалование».
Все примерно как я предполагал.
Вскоре предо мной предстала троица бледнокожих бугаев с волосами оттенка яркой ржавчины. Одеты в зелёные или синие просторные рубахи. Статы выше среднего уровня. Особенно в план физической силы. У одного из братьев имелся коэффициент подавления в 1,4. Держались они уважительно, но по-своему бесцеремонно. Так один из них спросил нет ли у меня напитка под названием вино в обмен на соль. Я посоветовал им обратиться на склад, а затем задал давно интересовавший меня вопрос. Попытался выяснить есть ли среди кербрийцев стратеги с даром Забытого.
— Могут ли некоторые из ваших вождей видеть мир как бы сверху? Одной лишь волей направлять своих воинов в бой?
— А как же, — пожал плечами младший. — Каждый вождь должен волей в бой направлять. Иначе какой же он вождь?
— Верно, — согласились другие.
— А чтобы видеть сверху, так это надо либо забраться повыше, либо колдовство какое-то учудить. Есть и на такое мастаки. Вот, к примеру, свояк моего дяди из Эргитоскорля сказывал, что ихний старик, что пасекой владеет, умел перекидываться птицей, тюленем и даже жуком.
— Про жука явно брехня, — засомневался старший. — Птицей оно явное дело, а вот чтобы человек и в жука? Сказки это. Небылицы.
Слушать подобные потоки сознания с «ихними» и «евойными» было почти физически больно. Так. Пора было идти в ва-банк. Я попробовал добавить этих троих в армию и затем напрямую:
— Вы уже слышали подобные голоса в голове?
— Конечно, — кивнул младший. — Я их вообще много какие слышу. Вот как-то раз мы с Нильгем по прозвищу Лис пошли на лодке к скалам, где жила старая троллиха Герден…
Бесполезно. На достоверную информацию тут рассчитывать не стоит. Они не отличают дар стратега от любой другой магии. Очень слабо отличают реальность от вымысла. Магия настоящая и выдуманная перемешались в их головах.
Ладно. Придётся убедиться во всём лично. Надо обсудить с магистром Элемером мой полёт к Бьорторну.
Маг был не против совершить такой вояж, но предупреждал, что:
— Если у границы нам пришлось давать серьёзный бой, то что будет дальше? Я ведь задержался во время битвы за Мелиодан не из вредности. Не чтобы показать свою независимость от имперских властей. Меня задержали. Пришлось сражаться против демонов, искажённых Порчей, и крылатой нежити. Вражеские заклинатели собрали подобие алхимической химеры, но гораздо опаснее.
Похоже с Прочей всегда будет так. Думаешь, что видел полный набор вражеских гадостей, но противник вынимает из широких рукавов что-нибудь ещё. Приходится адаптироваться и отбиваться.
Если я «играю» во что-то типа Total War, то гнилое Сердечко скорее сидит за зергов в Старкрафте. Новое здание построил, исследования провел — вот вам новый вид кракозябр. Захватил вражеского юнита — заразил. Начиналось все с зомбей и безумных фанатиков, а теперь маги Порчи, демоны Порчи, химеры. Здец.
— Под Бьорторном находится армия живых людей. Они достаточно сильны, чтобы пока сопротивляться Порче, однако лучше бы им присоединиться к нам здесь или хотя бы окончательно захватить город. Мы можем пролететь путь на максимальной высоте? — спросил я. — Так, чтобы избежать обнаружения?
— Хм… Вы знаете как устроено небо, стратег?
— Приблизительно. Вы не читали письма, которые я отправлял через адепта Деста?
— История про путешествие между мирами? — с некоторым
