все спрятать. – Когда он ничего не ответил, я вздохнула и прибавила: – Я бы на их месте поступила именно так.
– Как они не попали на камеры?
– Не знаю. – Я изучила вентиляционное отверстие. – Может, проникли этим путем. Может, у них был кто-то не хуже Ки, и он сумел взломать систему наблюдения, не оставив следов. Ки, наверное, смогла бы это выяснить, если бы мы предоставили ей доступ.
– Это невозможно.
Для Ки не было практически ничего невозможного, но я не стала об этом говорить.
– Вытащу остальные. Посмотрим, не забыли ли похитители еще что-нибудь.
Торран присел рядом со мной, и чемоданы скользнули к нам. Когда я вытаскивала очередной, на его место выдвигался следующий, и мне не приходилось лезть в вентиляцию.
– Тебе говорили, что ты полезный помощник?
– Пару раз, – пробормотал он, и в мысленном голосе прозвучали веселые нотки.
Мы переместились на свободную площадку в центре гаража и открыли чемоданы. В каждом лежал дешевый костюм, рассчитанный на высокого, подтянутого взрослого человека – например, солдата. Вырезы во внутренней обшивке чемоданов навели меня на мысль, что первоначально в них хранилось оружие и доспехи. Значит, солдаты пробрались в гараж, переоделись в броню, а маскировку оставили.
– У тебя есть кто-то, кто может их осмотреть? – спросила я, постучав Торрана по плечу, чтобы снова привлечь его внимание. – На них могли остаться отпечатки пальцев.
Шансы получить годный отпечаток были невелики, пусть я соблюдала осторожность, открывая чемоданы руками в перчатках. Мы явно имели дело с профи. Они знали правила игры не хуже меня и все протерли, если успели.
– Да, но придется сюда вернуться. У нас нет места, чтобы забрать их сегодня, – и, строго говоря, нас здесь не должно быть.
– По крайней мере, это дает возможность начать поиски. Если Ки получит видеозаписи с камер наблюдения в окрестностях здания, мы, возможно, сможем отследить их до основной базы.
Торран молчал. Я коснулась его руки.
– Почему ты не рад? Это же именно то, что мы надеялись здесь обнаружить.
Торран покачал головой.
– Прости. Конечно, удивительный поворот. По моему приказу тут все прочесали – и пропустили то, что ты нашла за десять минут. Это невероятно. Ты невероятная.
– Но? – спросила я, когда его мысленный голос затих.
– Ничего. – Он снова покачал головой. – Посмотрим, что еще сможет найти твоя команда. А пока давай положим эти вещи на место, чтобы вернуться за ними позже.
Большинство чемоданов уже отправились в вентиляцию, когда Торран наклонил голову.
– Кто-то идет.
Я засунула оставшееся в воздуховод и махнула рукой, чтобы он установил крышку. Как только она оказалась на месте, я коснулась его и указала вверх.
– Нам нужно спрятаться. Подними меня на уровень выше.
– Зачем?
– Затем, что нас здесь не должно быть? – это прозвучало как вопрос, потому что я не была уверена, в какой части моего заявления он сомневается.
– Слишком поздно, – спокойно сказал Торран. – Тебя засекут через пару минут.
– Так прикрой меня!
– В прошлый раз…
– Действуй, – перебила я.
Прохладный поток силы Торрана захлестнул меня, и я сдвинула собственные щиты. Вместо того чтобы поднять на уровень выше, валовец еще сильнее вдавил меня в узкое пространство между стеной и башней для хранения машин.
Я прижалась спиной к стене, и Торран придвинулся ближе, втиснув меня в угол. Мой пульс участился от страха и желания.
– Ты под моей защитой, – послышался шепот Торрана в моем разуме. – Ты в безопасности. Меня никто не сможет одолеть.
Как ни странно, я ему поверила. Его сила окутывала мой разум, и я должна была испытывать ужас – отчасти так и было, но одновременно я чувствовала себя защищенной.
Вожделение нежно оплетало каждую клеточку моего тела. Торран был готов встать между мною и опасностью, мы прильнули друг к другу в темном углу. Да, мы прятались, однако моему либидо было наплевать на тот факт, что наши отношения были деловыми, а не романтическими.
Я бы хотела избавиться от брони, которая мешала почувствовать, как его тело прижимается к моему.
Передо мной раздался тихий стон, и я услышала его не посредством телепатии.
– Постарайся не думать слишком громко, – прошептал Торран в моем сознании. – Я стараюсь заслоняться от твоих мыслей, но это труднее, когда я тебя защищаю.
На моих щеках вспыхнул румянец оттого, какие конкретно мысли он мог уловить. Настоящая телепатия, должно быть, еще чувствительнее, чем субвокальная связь, ведь я думала тихо… точнее, мне так казалось.
Не успела я спросить его об этом, как далекий звук открывающейся двери заставил меня оцепенеть. Луч фонаря заметался туда-сюда, но основное освещение, если таковое имелось, оставалось выключенным.
– Охранник, – сказал Торран по телепатической связи.
Охранник что-то пробормотал по-валовски. Слов я не разобрала, но насмешливый тон уловила прекрасно. Кое-кто был недоволен, что его отправили бродить в темноте.
Понимая, что пока охранник не уйдет, делать нечего, я сосредоточилась на щитах. Я чувствовала силу Торрана вокруг себя, как прохладный пузырь, но, как и в прошлый раз, не ощущала ничего другого.
Луч фонаря приблизился, и я снова оцепенела. Будет весьма неудачно, если валовцы меня поймают и обвинят в проникновении на охраняемую территорию.
Стоящий передо мной Торран пошевелился – и, как мне показалось, сделал это невероятно громко. Я подняла лицо, чтобы шикнуть, но обнаружила, что он открыл забрало своего шлема. Поднял руку и нажал на переключатель на моем, так что мы оказались лицом к лицу.
– Перестань сопротивляться, – прошептал он чуть слышно.
Было слишком темно, чтобы увидеть, как меняются цвета в его глазах, но я уловила блики света на черном фоне.
Я покачала головой и пробормотала:
– Я не сопротивляюсь.
– Ты не услышала мой последний вопрос и чуть не пробила мой щит.
– Не специально, – уточнила я.
Луч фонаря отразился от потолка соседней ячейки. Нас вот-вот застукают. Я начала выдумывать план на крайний случай. Сможем ли мы добраться до левцикла до того, как охранник вызовет подкрепление? Я справлюсь с единственным валовцем, если он не телекинетик. А как быть, если да?
Я так сосредоточилась на планировании, что не сразу почувствовала шок от прикосновения губ Торрана к моей щеке. Миг спустя ощущения приобрели кристальную ясность. Губы Торрана были твердыми, а его дыхание нежно согревало мою кожу. Он прижимался нежно, едва ощутимо.
– Торран?
Он отпрянул, чтобы посмотреть мне в глаза.
– Тави, можно я тебя поцелую? По-настоящему?
Мой подбородок опустился в знак согласия, прежде чем я успела спохватиться.
Торран медленно наклонился, позволяя передумать, но я встретила его на полпути. Его губы, теплые и восхитительные, накрыли мои. Я облизала его нижнюю губу, и меня пронзила
