толпой сбежавшихся на пожар зевак и давно покинул место преступления.
Владимир тоже принял человеческий облик и, держа за шкирку перепуганных визжащих демонов, доложил:
– Участковый колдун мертв. Скорее всего, его сожрали. Этих демонов нужно срочно привязать.
– Молодец, что поймал их, – сказал колдун, вытирая платком слезящиеся от дыма глаза, – поджигатель, как я понимаю, скрылся?
– Да, – подтвердил Владимир, швырнув пленных чертей на землю. Колдун вскинул руки, призывая свое оружие, и тут же пригвоздил обоих к земле длинными и острыми гарпунами. Черти снова заверещали, но вскоре затихли, лишь испуганно поскуливая.
– Я сам ими займусь, – пообещал Кузнецов, – но позже. Допрашивать их сейчас бессмысленно. Они напуганы и ничего не соображают.
Это было правдой: по пути Владимир пытался хоть что-то выспросить у пойманных коллег, но кроме воплей ужаса и невнятной мольбы о пощаде ничего добиться не смог.
Не дожидаясь приказа колдуна, который, похоже, считал, что его подручный сам знает, что делать, Владимир принял форму пса и начал старательно обнюхивать подворотни и черные лестницы окрестных домов: вдруг поджигатель повторил свой прошлый трюк и спрятался в квартире или подвале. В этот раз Владимир знал, что нужно искать – запах дыма. Кроме того, Владимир постоянно держал в уме, что опасных демонов может оказаться двое. И эта мысль совершенно ему не нравилась. Если, оставшись без хозяина, черти не только не сбежали подальше или, на худой конец, не учинили побоище в попытках набить животы, а действуют скрытно, слаженно и организованно, поймать их будет очень сложно. Владимир сам провел три года демоном под видом человека, и никто его не выследил. Не вернись он добровольно, мог бы прожить так еще хоть триста лет.
В течение часа Владимир педантично осматривал окрестности, но, как и ожидал, не нашел никаких следов. Поджигатель хитер, очень хитер. Уже не оставалось сомнений, что после ограбления магазина он специально снял амулет и позволил себя заметить, чтобы увести преследователя подальше от хозяина. И, кроме амулета блокировки силы, он наверняка умеет пользоваться множеством воровских приспособлений. Если он прячется в одной из квартир, как в прошлый раз, то, несомненно, открыл ее обычной отмычкой. Вламываться в частные апартаменты Владимир права не имел. Надо действовать по-другому.
Для начала – допросить полицейских чертей. Они уже должны прийти в себя и находиться в клетке Управления. Владимир чувствовал, что хозяин привязал их.
После кормежки две некрупные химеры, вновь оказавшиеся в привычной обстановке, вполне успокоились. Но в результате их допроса картина происходящего стала еще более скверной, и об этом стоило немедленно доложить хозяину. Владимир направился на второй этаж.
Следователь Кузнецов был в кабинете один, поэтому черт вошел, не дожидаясь приглашения. Хозяин тут же поднял голову от кипы бумаг.
Не тратя время, Владимир заговорил:
– Утром я опросил чертей из первого подожженного участка, на Литейном. Когда вспыхнул пожар, они оба, повинуясь колдуну, начали преследование поджигателя.
– Они его видели? – оживился хозяин.
– Да. Это крупный представитель семейства кошачьих.
– Тот же див, никаких сомнений. Продолжай.
– Демон напал на них, ранил и обратил в бегство. Однако добивать не стал – скрылся.
– Резонно. Ты сказал «демон». Они точно видели, что он без ошейника?
– Да. Также об этом доложили черти Спасского участка.
– Они его преследовали?
– Нет. Важная деталь: способы нападения на участки разные. В первом случае демон напал снаружи и поджег крышу, используя свое дистанционное оружие. Он ранил преследующих его полицейских чертей и сбежал. Пожар удалось потушить довольно быстро, пострадавших почти не было. На Спасский же участок демон напал, предварительно пробравшись в здание.
– Так вот почему огонь так быстро распространился… – задумчиво протянул колдун, нахмурившись.
– Верно. Оказавшись внутри, демон сломал клетки, в которых находились полицейские черти, и только после этого напал на полицейского колдуна. Ранил его и позволил чертям сожрать хозяина, а затем предложил чертям присоединиться к революционной борьбе.
– Что? – Брови колдуна изумленно дернулись вверх. – Вот прямо так и сказал: «к революционной борьбе»?
– Да. Он говорил еще что-то, но полицейские черти не стали его слушать, бросились наутек. Он не препятствовал побегу. Когда черти покидали здание участка, они уже чувствовали запах дыма – по всей видимости, демон поджег кабинет колдуна, хранилище и архив и каким-то образом покинул участок.
– А каким? Ты не знаешь? Хм… – Следователь налил себе воды из графина и стал пить мелкими глотками.
– Вероятнее всего, в человеческой форме. Или успел улететь под личиной до того, как прибыли первые патрульные. Однако допрошенные черти утверждают, что за ними никто не гнался. В прошлый раз, спасаясь, поджигатель спрятался в квартире. Я обследовал прилегающую территорию, но следов не нашел.
– Да уж… С нахрапа такого не возьмешь. Думаю, им руководят память сожранного Дивногорского и сложившиеся привычки. А может… – Кузнецов отвернулся к окну и замолчал. Владимир терпеливо ждал. Наконец колдун проговорил: – Он меняет тактику. Учится. В прошлом участке разрушений почти не было, но этот он спалил дотла. И предлагал другим дивам сотрудничество, слыханное ли дело? Если он выполняет последнюю волю хозяина, то как минимум не остановится.
Владимир шагнул ближе, и Кузнецов обернулся и посмотрел на него заинтересованно.
– Ты что-то еще хочешь сказать?
– Да, но это мое личное мнение относительно поджигателя. Если вам будет угодно выслушать…
– Угодно, – оживился колдун. – Что еще интересного ты заметил? Ты ведь и после ограбления ювелирного преследовал его и упустил.
Владимир пропустил мимо ушей слово «упустил» и заговорил:
– Возможно, он мстит за хозяина. Если так, то он в ярости и будет нападать снова и снова, пока ярость не утихнет. Я совершил ошибку, посчитав, что справлюсь сам. Полицейских патрулей тоже недостаточно. Необходимо привлечь дополнительные силы Управления.
– Ты имеешь в виду, что нужно отправить колдунов Управления патрулировать улицы? – Колдун насмешливо хмыкнул.
– Никак нет, – Владимир сделал вид, что не понял вложенного в слова хозяина сарказма, – такое количество сильных дивов на улице спугнет его, и он затаится. Этот черт не просто дерзок и хитер, он умен. И хозяин-анархист, совершенно очевидно, многому обучил своего подручного. Кроме того, чертей-преступников может быть двое.
– «Присоединиться к революционной борьбе…» – пробормотал колдун. – Да, и если два черта действуют сообща… Провались я в Пустошь, их надо остановить любой ценой! Ты говорил, у тебя есть какой-то план.
– Это, скорее, мои наблюдения, – осторожно произнес Владимир, хорошо зная, как не любят хозяева, когда черт «умничает». Поэтому к нужным мыслям колдунов следовало подводить постепенно, чтобы они считали удачную идею полностью своей заслугой.
Однако Кузнецов нетерпеливо постучал стаканом по столу и потребовал:
– Хватит предисловий, говори как есть. А я уже буду решать, насколько хороши твои «наблюдения».
– Есть. – Владимир опустил глаза в
