я. — Я привыкла быть занятой. Думаю, я такая с детства.
— Это похвально, — кивнул он. — И крайне ценно для хозяйки такого дома. Уверен, в ближайшие недели вы успеете многое изменить. И я вас в этом полностью поддержу.
Он помолчал, поправляя перстень на пальце, затем продолжил:
— На ближайшие три недели я, к сожалению, буду немного отстранён. Нужно уладить дела, встречи с адвокатами, визиты в магистрат. Некоторые бумаги по моим и вашим владениям требуют моего личного присутствия. Но я надеюсь, что всё это займёт не больше нескольких недель.
— Конечно, — кивнула я. — Уверена, я смогу справиться с текущими делами в доме.
— Более того, — добавил он, — вы даже должны этим заняться. Я хочу, чтобы вы чувствовали себя полной хозяйкой. Делайте всё, что сочтёте нужным. Распоряжайтесь садом, комнатами, кухней, как пожелаете. Если понадобятся рабочие, материалы — управляющий в вашем распоряжении.
Я снова поблагодарила его, уже более тепло. Это доверие, так просто и спокойно высказанное, согрело мне душу. Он не ограничивал меня, не приказывал, просто давал свободу. И я намеревалась использовать её с умом.
— А что будет после этих трёх недель? — спросила я, хотя вопрос прозвучал почти риторически.
— Мы уедем, — ответил он. — Я хотел бы отвезти вас в поместье Элдермур. Это старинное родовое имение, в стороне от больших дорог, у подножия холмов, с живописными озёрами и богатыми землями. Уверен, вам там понравится.
— Я помню, как вы рассказывали мне о нём, — с улыбкой сказала я. — Вы говорили, что там прошли ваши детские годы и что там когда-то жила ваша бабушка.
Он кивнул.
— Да, именно так. Она управляла больши́м хозяйством и славилась своим вином и мёдом. До сих пор там сохранились старинные пчелиные ульи, а погреба, — он усмехнулся чуть теплее, — вы должны их увидеть.
— С удовольствием, — ответила я. — Когда же мы туда отправимся? Честно говоря, мне уже не терпится, вспоминая ваши рассказы.
Он посмотрел на меня с оттенком хитрой улыбки.
— Мы попадём туда как раз к Празднику Плодородия.
Я удивлённо подняла брови.
— Никогда не была на нём, но слышала. Это что-то вроде ярмарки?
— Это больше, чем ярмарка, — с живостью в голосе сказал он. — Это старинный праздник, почти языческий по своему происхождению. Его справляют по всему графству, а в Элдермуре особенно пышно. Весь день, крестьяне, фермеры и ремесленники собираются на большой площади, устраивают лавки, продают и обменивают продукцию, семена, домашние деликатесы. Проходят конкурсы по плетению, выставки скота, даже соревнования юных пекарей.
— И всё это в честь плодородия?
— В честь жизни, — поправил он. — Вечером начинаются танцы на зелёной лужайке, молодёжь участвует в конкурсах, иногда весьма забавных. Всё завершается большим общинным ужином — длинными столами под фонарями, где сидят все: и фермеры, и слуги, и хозяева. Без различий. Это древняя традиция, которой я стараюсь придерживаться. Я распорядился, чтобы накануне праздника, каждый год, всем жителям нашего графства выдавали определённую сумму. Она достаточна, чтобы купить семена, инструменты, что-то полезное для следующего сезона. Это помогает им развивать хозяйства, а значит — весь наш край.
Я слушала, и в голосе его слышала что-то новое. Он говорил об этом не просто с уважением, а с теплом, с настоящей привязанностью. Он знал этих людей, заботился о них, пусть и по-своему, сдержанно. И я поняла, почему он хочет меня туда привезти.
— А мне, как графине, будет чем заняться? — с улыбкой спросила я.
— Более чем, — ответил он серьёзно. — Во-первых, познакомитесь с местными семьями. Во-вторых, сможете навести порядок в доме. Сегодня я понял: поместье тоже нуждается в хозяйской руке. А ещё… — он задумался, — уверен, вы найдёте общий язык с женщинами из ближайших деревень. Они ценят доброту и ум. Думаю, им вы понравитесь. А это, как понимаете, залог уважения всего сообщества.
Я покраснела, немного смущённая его словами. Он говорил это просто, без намёков, без заискиваний. Но в голосе его была уверенность.
— Я постараюсь, — только и ответила я. — Мне нравится мысль, что можно принести реальную пользу. Может, даже помочь с аптекарским делом. Обменяться знаниями о травах, лечении. Там есть женщины-знахарки?
— Есть, — подтвердил он. — И кое-кто из них по-настоящему уважаем. Вы встретитесь с одной из них — старой Ханной Ньюборн. Она заведует сбором трав и приготовлением снадобий. Говорят, что в молодости она лечила даже аристократов в Локстоне, но потом вернулась домой.
Я уже предвкушала встречу.
— Значит, у меня там будет интересная жизнь, — усмехнулась я.
— Верно, — ответил он. — А пока займитесь Элдорном. Дом ждёт вашей руки. Потом — дорога, озёра, высокая трава, шум ярмарки и аромат свежего хлеба. Уверен, вам понравится.
Он говорил с такой теплотой, что на мгновение стал совсем другим. Не тот жёсткий дипломат, которого я видела на приёмах, и не тот, кто, терзаемый болезнью, уходил в тень и кашлял, скрывая своё состояние. Настоящий хозяин, настоящий мужчина — тот, кто умеет управлять графством и заботиться о нём, о людях и обо мне.
— Спасибо, — тихо сказала я. — За всё это. Я приложу все силы, чтобы оправдать ваше доверие.
Он кивнул, почти незаметно.
— Я в этом не сомневаюсь, Аврора.
И в этих словах было больше, чем простое одобрение.
Глава 46
Прошедшие три недели стали для меня временем непрерывной работы, полного погружения в дом, сад, город и людей, среди которых мне предстояло жить, править, заботиться. Я не скучала. Вовсе нет. Каждый день приносил новые задачи, и я вставала рано, с восходом солнца, чтобы успеть как можно больше.
С садом мы начали в первую очередь. Я хотела, чтобы к нашему отъезду в Элдермур он уже обрёл своё направление и форму. Садовник, мистер Уэйнрайт, оказался не самым разговорчивым человеком, но с пониманием отнёсся к моим идеям. Сначала он с сомнением хмыкал, когда я начертила палкой на гравии границы теплицы. Ему больше нравились розы и декоративные кусты. Но когда я объяснила, что хочу выращивать шалфей, зверобой, календулу, лаванду, тысячелистник и душицу, и что всё это будет использовано для лечения людей, он просто кивнул и велел мальчишкам из помощников копать траншею под фундамент.
Теплица быстро расширялась. Деревянные стены обтягивала парниковая бумага, внутри стояли стеллажи, и система полива была тщательно продумана. Мы с Бетси высаживали ростки в ящики, а Элла, привыкшая к кухонной работе, без раздумий взялась за зимний сад. Там, ближе к южной стене, мы выделили пространство под многолетние культуры. Я заказала доставку тёплых ящиков, подстилок, а потом, с великим удовольствием, пересаживала туда корни
