заметила какой-то важной детали, то готова признать ошибку, но где искать эту деталь? Они поспешили с каким-то из выводов в профиле? Виктимологическая характеристика оказалась ложной, это только что показала трансляция с девушкой с неправильным цветом волос. Что, если и другие допущения неверны? Что, если она, агент Уиннет, промахнулась еще где-то? Конечно, два факта — еще не закономерность, как и три. Но сколько фактов нужно, чтобы ее выявить? Сколько жертв им потребуется, чтобы быть абсолютно уверенными в составленном профиле?
Кто-то постучал по стеклянной стене конференц-зала, и Тесс открыла глаза. Снаружи стоял мрачный капитан Кепеда. Тесс поглядела на часы: два часа ночи. Что он тут до сих пор делает?
Она открыла дверь, тоже стеклянную:
— Входите.
— У вас еще одна жертва, — сообщил капитан.
— Где? Кто?! — мысли Тесс обратились к неопознанной брюнетке на экране. Возможно, трансляция все же оказалась настоящей и временной интервал закрылся.
— Внизу, в комнате для допросов.
Тесс кинулась к лестнице, Фраделла пошел следом.
Распахивая дверь, агент Уиннет ожидала увидеть темноволосую красотку, но ее встретил с протянутой в приветствии рукой мужчина. На нем была полевая военная форма цвета хаки со всеми знаками отличия. Другой мужчина, в котором Тесс признала детектива из городского управления Майами, помахал вошедшим, не вставая, а потом раскрыл свое удостоверение.
— Я детектив Декер, городской округ Майами, а это Хорхе Эстрада, — через стол коп пододвинул к Тесс папку с эмблемой Управления полиции города Майами. — Его сестру застрелили два дня назад, когда она спала в собственном доме.
Тесс взглянула на молодого человека, чьи обветренное загорелое лицо и огрубевшие руки говорили, что он, скорее всего, только что вернулся из боевой командировки. Она словно видела кристаллики стекла на его коже и на одежде, наполнявшей комнату экзотическим ароматом далеких пустынных земель.
Глаза у Хорхе впали и покраснели, а на щеках остались соленые дорожки. Он открыл рот, но, борясь с эмоциями, не сказал ни слова.
Тесс открыла папку и увидела фотографии с места преступления. Та самая молодая брюнетка с видео. Пулевое отверстие ровно посередине лба.
— Как ее звали? — спросила она, глядя на Хорхе.
— Хейли. Ей было двадцать два. Я… — он сжал кулаки в бессильной ярости. — Я ее вырастил. Наши родители погибли, когда мы были маленькие, и нас забрал дедушка. Но вырастил Хейли я. А сейчас ее нет, и дедушки тоже. Я приехал, как только узнал.
Тесс нахмурилась и перевела взгляд на детектива из Майами.
— Дед нашел ее утром и позвонил по девять-один-один. А потом скончался, еще до прибытия медиков. В морге сказали: обширная мозговая аневризма.
— Искренне соболезную, — сказала она Хорхе. — Вы знаете кого-нибудь, кто мог…
— Нет! — перебил ее парень. — Все любили Хейли.
— Чем она зарабатывала на жизнь? — спросил Фраделла.
— Вела свое реалити-шоу на кабельном канале. Я не фанат, но она была счастлива, а ведь это главное.
— Кто мог войти в дом так поздно? — спросила Тесс. — Кому она открыла бы дверь даже среди ночи?
Хорхе покачал головой и молча уставился в пол.
Тесс с Фраделлой переглянулись. Они вряд ли могли вытянуть из парня что-то полезное. Его сестра просто оказалась еще одной жертвой серийного убийцы, который действовал, казалось, без всякого смысла, без какой-либо логики.
— Спасибо, что пришли, мистер Эстрада.
— Почему? — он поднял глаза на Тесс. — Почему кто-то творит такое? — Хорхе мотнул головой в сторону своего спутника из городского управления. — Он говорил мне что-то о серийном убийце. Это правда?
Тесс не хотелось рассказывать правду глубоко скорбящему брату и внуку.
— Мы занимаемся расследованием и сообщим вам о результатах, как только что-нибудь выясним.
Она пожала осиротевшему парню руку и вышла, поблагодарив Декера за поздний визит и за то, что поделился материалами. Они с Фраделлой вернулись наверх, готовые нырнуть с головой в содержимое папки.
Тесс положила ее на стол и замерла, пораженная внезапной догадкой. Неважно, кем себя воображает несуб — вершитель он высшей миссии или охотник за абсолютной властью, — но он страстно желает быть значимым, известным, желает, чтобы его поняли. Он хочет, чтобы к его голосу прислушивались и запоминали всё, что он сообщает, до мелочей. Тесс нехорошо ухмыльнулась. Такого собранного, рационального и интеллектуального человека, как этот несуб, доведет до бешенства, до колик возможность того, что его спутают с обычным насильником, с животным, с грязным извращенцем, не способным контролировать свои желания.
Она набрала новый комментарий на сайте Похитителя: «Зачем ты это делаешь? Я не догоняю. Не можешь кончить, если не убьешь кого-нибудь? Подлечись, братюнь».
Тесс сверлила взглядом экран несколько долгих минут, но несуб не отвечал.
43
Капканы
Тесс вошла в морг быстрой походкой. Ее мысли были так поглощены Хейли и информацией из папки, что она не заметила ни холода, ни специфических запахов дезинфекции в царстве доктора Риццы. Она переглянулась с коронером и подошла к рабочему столу. За окном занимался рассвет, утро расцвечивалось пронзительными лучами всех оттенков оранжевого и розового. Новый день, старый убийца.
— У меня как раз Донован на связи, — сказал Рицца. Голос его соответствовал внешнему виду, а выглядел он усталым и до крайности вымотанным. Доктор не брился последние двое суток, и щеки его покрыла седая щетина, подчеркивавшая морщины и одутловатость.
— Фраделла тоже, — послышалось из колонки.
— Хорошо. — Набрав в легкие побольше воздуха, Тесс заговорила: — Я хочу понять, почему мы не узнали о Хейли сразу. Разве нас не должны извещать обо во всех во Флориде убийствах женщин, подходящих по параметрам?
— Ага… — отозвался Донован. — Только ее исключили из-за цвета волос.
— Да вы, блин, прикалываетесь! — взорвалась Тесс.
— Компьютеры тупые, Уиннет. Они делают то, что ты велишь им делать, а не то, что ты хочешь, чтобы они сделали. Мы подтвердили виктимологические характеристики и действовали в соответствии с ними.
— Тогда я хочу узнавать о каждом убийстве во Флориде, независимо от параметров, в тот момент, как находят тело.
— В прошлом году
