Это было сказано таким голосом, что Сара вздрогнула.
– Южане, – добавил он. – Как и я.
– Вовсе не как ты. Такого не может быть никогда.
Похоже, он не слышал Сару. Он не мигая смотрел вдаль.
И то, что видел, нельзя было выразить словами.
– Они оказались на нашем ранчо за три дня до моего приезда, – хрипло проговорил Кейс. – Они убили всех людей, увели или забили животных, сожгли дома и конюшни. Когда бандиты разделались с женщинами, они взялись за детей и…
Последовавшее за этим молчание было даже более пронзительным, чем его взгляд.
Сара вспомнила, что говорила Лола о Калпепперах.
«Они продали детей племени команчи, после того как сотворили с ними то, чего устыдился бы сам сатана».
– Когда я обнаружил Эмили и Теда, у меня не оказалось лопаты, – шепотом сказал Кейс. – Я вырыл могилку руками и ногтями. А затем отправился на поиски Калпепперов.
Сара смотрела на Кейса и беззвучно плакала, не в силах чем-либо помочь. Теперь-то она знала, что именно лишило Кейса смеха, надежды и любви.
Его воспоминания были даже более тяжелые, чем ее собственные.
– Что ты подумала, когда я оттолкнул тебя? – спросил Кейс.
Она молча смотрела на Кейса, и ей было до слез жаль его.
– Смерть Теда и Эмили… – Последовала пауза. Он пожал плечами. – Она что-то убила во мне. Я не могу дать тебе того, чего ты заслуживаешь.
– Чего я заслуживаю? – не поняла Сара.
– Мужа. Детей. Любви. Во мне больше нет этого… Это мертво… как малышка Эм.
– Я не верю!.. Такой чуткий человек, как ты, не может утратить способность любить.
Кейс заглянул в глаза Сары.
– Я испытываю к тебе лишь желание, – без обиняков сказал он. – Когда у мужчины на уме лишь желание, он идет на все. Ты хотела нежности. Я дал ее тебе.
Губы Сары дрогнули в слабой улыбке.
– А разве я просила чего-то еще? – прошептала она.
– Не надо и просить. Я ловлю это в твоем взгляде в те мгновения, когда ты думаешь, что я не смотрю на тебя.
– Вроде того, что я хочу вонзить тебе в спину нож? – предположила она, улыбаясь сквозь слезы.
Уголки его рта приподнялись, отчего лицо приобрело еще более печальное выражение.
– Ты не обманешь меня. Ты похожа на улей. Есть опасность быть ужаленным, но если ее миновать, то остается одна сладость.
– Мы оба взрослые люди. Ты хочешь что-то из того, что я могу тебе дать, я тоже.
Он покачал головой.
– Ты только что сказал, что хочешь меня, – медленно сказала Сара. – Так вот, я хочу тебя.
Кейс посмотрел на пунцовые щеки, слезы в глазах, дрожащие губы.
– Ты настоящий дикий мед, – глухо сказал он. – Не искушай меня.
– Почему?
– Потому что я могу сделать тебе ребенка. Вот почему.
– Ребенка, – тихо повторила она. А затем улыбнулась.
Кейс оттолкнул ее.
– Я не хочу ребенка! Никогда.
Руки Сары обвились вокруг Кейса. Она поднялась на цыпочки и поцеловала его в уголок рта. Затем дотронулась кончиком языка до нижней губы.
Кейс отпрянул от нее как ужаленный.
– Не дразни меня, чтобы я не сделал тебя беременной, – низким голосом сказал он. – Или ты хочешь, чтобы я возненавидел нас обоих за это?
Сара закрыла глаза и отпустила его. Не говоря ни слова, она взяла веретено и стала прясть.
Через минуту из другого конца комнаты донесся звук вращающихся жерновов. Ни Сара, ни Кейс больше не сказали друг другу ни слова.
Глава 19
– Какой-то ненормальный человек, – сказала Лола, оглядывая гору муки, намолотой накануне Кейсом.
Сара ничего не сказала.
– О, да ты тоже вон сколько напряла! – воскликнула Лола.
– Коннер растет быстрее, чем сорная трава.
– А Кейс такой дерганый, будто кот в комнате с качающимися стульями.
– Не обратила внимания.
От громкого смеха Лолы Сара вздрогнула.
– Неужто ты до сих пор не знаешь, как снять с мужчины раздражение? – спросила Лола.
– Для этого нужно согласие двоих.
– Ты хочешь сказать, что не хочешь его?
– Нет, я хочу сказать, что он не хочет меня.
– Чушь собачья!
– Аминь, – пробормотала Сара.
Веретено вращалось так быстро, что его не было видно. Шерсть под ее пальцами превращалась в пряжу с удивительной скоростью.
Лола сделала вид, что не поняла намека, и продолжила разговор:
– Да он хочет тебя со страшной силой! Посмотрит на тебя – и на него сразу столбняк находит.
– Ну, хорошо, – процедила сквозь зубы Сара. – Кейс хочет меня, но не тронет, потому что боится, что я забеременею. Удовлетворена?
Лола фыркнула:
– Девочка, и где были твои уши, когда я рассказывала про губку, уксус и все такое прочее?
Сара подняла на Лолу глаза. Лола ухмыльнулась, вытащила из брюк кожаный мешочек и помахала им перед лицом Сары.
– Помнишь это? – подразнила она.
Веретено упало. Сара затравленным взглядом смотрела на мешочек.
«Не дразни меня, чтобы я сделал тебя беременной. Или ты хочешь, чтобы я возненавидел нас обоих за это?»
– А если это не сработает? – шепотом спросила она.
– А если солнце не взойдет завтра?
– Это надежно? – проявила настойчивость Сара.
– Нет ничего абсолютно надежного, кроме греха и смерти. Одним это помогает лучше, другим хуже.
– А тебе помогало?
– Я никогда не рожала. Попадалась пару раз, но не рожала. Многие проститутки не попадаются вообще.
Дрожащими руками Сара взяла кожаный мешочек и сунула его в карман своих брюк.
– Вот и хорошо, – одобрила Лола. – Теперь мы можем не ходить вокруг Кейса… Помнишь, как пользоваться?
– Да.
– Если сама не сможешь затолкать подальше, скажи ему. У него красивые длинные пальцы.
– Лола! – заливаясь краской, воскликнула Сара.
Немолодая женщина улыбнулась в ответ хитроватой беззубой улыбкой.
– Так это же правда! Только не говори, что ты сама этого не замечала.
Сара молча подняла веретено и продолжила свое занятие.
Лола выгрузила из сумки блестящую козью шерсть на пол.
– Хлеб подгорает! – крикнула она, выходя из хижины.
Сара вскочила и бросилась спасать хлеб. Она сняла его с противня и бросила на холщовую подстилку, чтобы он остыл. Затем снова загрузила противень, помешала огонь и вернулась к прядению и к размышлениям о том, как возобновить поиски сокровищ, если Кейс не позволяет ей ходить одной и в то же время не намерен идти вместе с ней.
– Мадам? – послышался голос за дверью. – Это Морган и Хантер. Если вы дадите нам хлеба и бобов, мы не станем вас больше беспокоить.
Сара отложила веретено и поспешила открыть дверь.
Хантер и Морган сняли шляпы. Оба только что вымылись и побрились.
Сара улыбнулась:
– Никакого беспокойства! Входите и садитесь. Я подам вам завтрак.
– В этом нет необходимости, – сказал Морган. – Мы привыкли все делать сами.
