— Ты же знаешь, Калхант, мы не участвуем в подобных празднествах, — покачал головой настоятель, не переставая улыбаться. — Но, уважая наши городские власти, пожалуй, придем. Придем, так ведь, мой верный ученик? — и потряс молодого старейшину за плечи.
Тот лишь покорно кивнул головой.
— Вот то-то! А теперь сходи и проследи, не сеет ли кто воинственные идеи за нашими спинами. Сходи, сходи, не упрямься, мне нужно еще потолковать с почтенным Калхантом.
Марк и Калиган отринули от дверей. Учитель жестом указал ему на большой сундук, а сам проворно залез под стол, прикрывшись скатертью. Спрятавшись за сундуком, Марк проследил, как молодой старейшина с поникшей головой прошел через комнатку в коридор, не обратив внимания на тихо посапывающего в кресле писца.
Калиган бесшумно последовал за ним, указав теперь Марку на двери в зал:
— Следи, и если они вознамерятся выйти, беги ко мне.
Марк чуть приоткрыл двери: настоятель и тайный посол продолжали разговор, но говорил теперь в основном представитель власти:
— Он не благонадежен. Подыщи себе другого помощника, Клемиус.
— Он хороший малый. Еще немного наивный, но послушный.
— Чтобы он стал еще более послушен, приведи его на пир. Темному Кругу нужны преданные союзники, а не колеблющиеся мальцы. И уж, конечно, не сборище этого ленивого городского скота, не желающего взять в руки оружие, — добавил тайный посол с отвращением.
— На вашей стороне легионы даймонов.
— Да. Но живые стены из этих скотов тоже бы не помешали.
— Не удается собрать ополчение? — вроде как сочувствующе поинтересовался настоятель, но тайный посол стоял к нему спиной и не заметил на его лице презрительной усмешки.
— Хадамарт окутал город чарами равнодушия, но теперь оно сыграло против нас. В городе двести тысяч жителей, а против Сильвиры поднялись несколько жалких сотен. Да и то, благодаря эритам. Ленивые свиньи! Живут ради собственной утробы, потому и дохнут целыми кварталами! Если бы не плодились по причине беспорядочного разврата, то уже бы вымерли. И Падший город стал бы Мертвым городом.
— Хадамарту нужны живые души. Мертвыми пусть насыщается Гадес, — согласился настоятель.
— Темный Владыка все делает правильно. Что бы там ни было, а ни одна свинья в городе не восстанет против нас.
Сзади отворилась дверь, отчего Марк вздрогнул. Это был Калиган. Приказав следовать за ним, он быстро направился к выходу из храма. Последовав за ним, Марк по дороге заметил молодого старейшину с побледневшим лицом. Разводя трясущимися руками, будто перед кем-то оправдываясь, он пятился в темный конец коридора.
Марк и Калиган вышли на городскую площадь. Задымленный воздух Амархтона показался Марку свежим, по сравнению со сдавленной атмосферой Храма молчания. Марка слегка трясло, в нем все кипело от негодования: неужели он только что был в аделианском храме? Что происходит, что творится в этом городе?
— Что это было, Калиган?
— Цена договора со злом, — сухо вымолвил учитель. — Прибавь шагу.
Они шли быстро и целеустремленно, невзирая на то, что такая походка выдает их из среды амархтонцев, а им следует остерегаться чужих глаз.
— Это предательство. Нужно предупредить королеву, — решил Марк.
— Не успеем. До полудня осталось чуть больше трех часов.
— Тогда вся надежда на Ипокрита. Что он соберет верных аделиан и таки откроет городские врата.
— Вся надежда на Ипокрита! — передразнил его Калиган. — Звучит как очень злая шутка.
— Что же делать?
— Следовать своему заданию. Все, чем мы можем помочь королеве — это вовремя дать сигнал с Башни мрака… Однако мы разогнались. Сбрось шаг. И не верти башкой.
Почти всю дорогу назад они молчали, и только раз Марк спросил:
— О чем ты говорил с тем молодым старейшиной?
— О цене верности.
— Ты призвал его оставаться верным совести?
— Я никого, ни к чему, никогда не призываю. Я лишь спросил, сколько стоит его верность Клемиусу? Предложил ему двести динаров золотом и должность главного настоятеля храма после победы Армии Свободы, если он предаст Клемиуса. Я мог бы пообещать и больше, да он бы не поверил.
— И что он сказал?
— Что не предает друзей. Тогда я спросил, за сколько же он предал королеву, пятнадцать тысяч воинов и двести тысяч горожан, живущих без проблесков надежды на свободу.
— А он что?
— Ничего. Опустил глаза, побледнел, да попятился, — Калиган с досадой дернул щекой. — И все-таки в нем что-то осталось. Немного, но осталось. Если мне не удалось купить его верность, то не удастся и магам. Он запуган. Запуган, но не сломлен. Его время еще придет.
* * *
Собирались быстро и тихо. Оставшиеся пятеро воинов-следопытов Теламона проверяли самострелы, мечи, кольчуги. Широкоплечий рыцарь натягивал поддоспешник, морщась от боли в сломанных ребрах. Теламон предлагал ему остаться в доме кузнеца с раненым побратимом, но тот наотрез отказался покидать своего военачальника. На вопрос королевского эмиссара, куда учитель поведет их на этот раз, Калиган указал на возвышающиеся стены Аргоса.
— Во дворец Владыки Хадамарта, — пояснил Калиган. — Для нас это лучший из худших путей к Башне мрака.
— Так мы идем к Башне мрака? — переспросил Теламон, не скрывая удивления. — Не благоразумней ли пробраться через улицы?
— Темный Круг знает, что мы в Амархтоне. Маги и легионеры контролируют обе улицы, ведущие к Башне мрака. Единственный путь, где нас не ждут — это Аргос.
— Это почему? — нахмурился Теламон, явно не радуясь перспективе вторжения во дворец тьмы.
— Существует предание, что ни один аделианин не может войти в эту обитель зла из-за давнего проклятия. Но я там был и, как видите, пребываю во здравии.
— Тебе не кажется, что ты слишком самоуверен, учитель? — надменно вскинул голову Теламон. — Мне это подозрительно…
— Подозрительно что? — не меняясь в лице, спросил Калиган.
— Что ты слишком хорошо знаешь все подступы к Башне мрака.
— Я бывал здесь раньше. Ты считаешь это преступлением?
— Подозрительно все это, — продолжал в том же духе Теламон, и Марк прекрасно понял, куда тот клонит. — Учитывая то обстоятельство, что кто-то из вас вызвал мертвого льва…
— Почему это «кто-то из нас»? — возмутился Марк.
— Потому, — губы эмиссара натянулись в улыбке.
Пятеро воинов-следопытов как бы невзначай опустили руки на рукояти мечей.
— Теламон, сейчас не время для судебного разбирательства, — растягивая ответную улыбку, сказал Калиган.
— Кто-то вызвал мертвого льва, — упорно повторил Теламон, — из-за чего двое моих людей пропали без вести, один ранен. Для аделианина, сотворившего заклинание некромантов, пожизненный Шарат будет очень мягким наказанием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
