нравится? – Миа развалилась на кресле, положив ноги на панель управления звездолета.
– Давай-ка тормози и припаркуйся хотя бы вон на той стоянке киперов между двумя огромными пустынниками. Там нас не заметят, а до города доберемся на попутках.
– Есть мой капитан! – отсалютовала Миа, скинула ноги и быстро развернула звездолет к общественной стоянке.
Там нас вряд ли будут искать, да и искать ничего среди байкеров и отморозков никто не даст. Самая большая опасность в таких местах – что твой транспорт разберут на запчасти. В нашем случае это будет большой удачей.
Припарковавшись и словив сразу несколько заинтересованных взглядов от местных сторожил, мы бросили машину и пошли пешком по трассе. Добраться до города было не самой большой проблемой. Сложно было попасть внутрь, да так, чтобы тебя не обыскали от носков до трусов. Во время прохождения международных саммитов даже горожане старались реже высовываться из дома, чтобы не нарваться на патрули. А уж чтобы чужаку прорваться извне в город – речи вообще не было. Шанс у нас был один – поймать попутку. Но и он был готов провалиться, никакой адекватный житель Галактики не сунется сейчас в город. Туда шли только дорогие дельталеты важных особ, принимающих участие в мероприятии. А такие не останавливаются и не подсаживают попутчиков.
Но Миа придумала гениальный план. Даже побывав в теле девушки, хоть и хвостатой, мне бы такое в голову не пришло. Она разлеглась поперек дороги, благо дельталетов вокруг не было ни одного, разорвала на себе кофту, выставив напоказ все свои прелести. Я засел в канаве, прикрывшись тенью кустарника. Первый же дельталет затормозил, из него выскочил водитель, следом за ним охранник, а позади, опасливо выглядывая из окна, осторожно приоткрыли двери пассажиры. На наше счастье это была пожилая пара, разодетая в костюмы – явно для праздничного бала на саммите.
Водителя вырубила Миа, я справился с неуспевшим добежать охранником. Пассажиры тут же захлопнули двери, но для двух профессиональных военных, это не было проблемой. В этот раз я даже не пытался выбить стекло, предоставив возможность Мие проявить себя. Но она покопалась в карманах водителя, достала связку ключей и одним движением открыла машину. Выгнав испуганных старичков на трассу, мы сели в дельталет.
– Мы так их и оставим стоять на трассе? – покосилась на меня Миа.
Ох уж эти женщины.
– Конечно, нет, – я вышел из машины, и уже через десять минут мы ехали, переодевшись в бальные костюмы, а в огромном багажнике дельталета мирно спали герцог и герцогиня Альтерские, чьи бейджи мы вешали себе на одежду.
– Ваши паспорта!
На въезде в город ожидаемо стоял патруль, тщательно проверяя документы каждой въезжающей машины. Мы показали мультипаспорта важных пенсионеров. Патрульный посмотрел на паспорт, потом на нас.
– Вы не смотрите, молодой человек, – начала заигрывать с ним Миа, – не могли же мы поехать на такое мероприятие в том возрасте, который у нас. Андалуззские технологии – и нас с мужем просто не узнать. Скажите, лет тридцать сбросили как минимум?
Она покрутилась перед ним еще пару минут, показывая, где и как убирала морщины, вторые подбородки и старческие пигментные пятна. Патрульный выдержал ровно две минуты, вернул паспорт и дал добро на открытие шлагбаума.
– Женщины – страшная сила, – улыбнулся я, когда мы миновали пропускной пункт. – Заговорят кого угодно.
– Кстати, мне понравилось называться твоей женой, – как бы невзначай проговорила Миа.
– Девушка, вы обороты сбавьте, – щелкнул я ее по носу, – я вам еще предложение не делал.
– Такими темпами и не сделаешь, – наигранно надулась она.
– Сделаю. Но не сейчас.
– А когда? – в ее глазах загорелся огонек.
Ненавижу, когда они так поступают. Загоняют в угол неудобными вопросами, от которых как ни ответь, все будет худо. В гестапо нужно брать только женщин.
– Когда познакомишь меня со своим отцом. Должен же я просить у него твоей руки.
– Хорошо, я запомню, – заговорщицки улыбнулась она, и эта улыбка мне не понравилась.
Мы подъехали к центру города и вынуждены были остановиться. Большинство улиц на время проведения саммита стали пешеходными в целях безопасности. Выбравшись из машины, мы пошли, взявшись под ручку. Миа достала с заднего сиденья ажурный зонтик и шла, крутя его над головой.
– Ты глупо смотришься, – сказал я, – зонтик весь дырявый, ни от дождя, ни от солнца не защищает.
– Глупо смотришься ты. У тебя штаны по щиколотку, – парировала она.
– Я не виноват, что дядечка оказался таким низкорослым. Других штанов мне не предлагали.
– Тогда иди и молчи, за умного сойдешь.
– Вот что ты обзываешься? Я же и обидеться могу.
– Ты по паспорту директор научного института. Соответствуй образу.
Дальше мы шли спокойно только потому, что я стоически молчал и не говорил ни слова. Не потому, что я обиделся, а потому, что каждое мое слово приводило меня к еще более худшему положению, чем было до этого. Найти здание, в котором проводились заседания, было проще простого. Все увешанное флагами разных планет, оно напоминало огромный улей, в который влетало и вылетало множество насекомых. Люди разных форматов толпились около входа, пытаясь проникнуть внутрь. В основном, конечно, журналисты, добывающие горячие новости.
Мы подошли к охраннику, который стоически отражал нападение одного очень болтливого и настырного журналиста, и показали пропуска. Их проверили с такой тщательностью, что я чуть не присвистнул. Во времена, когда я кадетом обслуживал безопасность саммитов, такого строгого контроля не было. Но мои источники, хоть и сдали нас, работали на совесть, пропуска были сделаны идеально.
Швейцар отворил перед нами двери, и мы вошли в основной зал. По сравнению с внешним убранством дворца, которое поражало позолотой всех стен здания, внутри был настоящий рай для коллекционера. Картины известных художников, скульптуры и статуи – только подлинники. Официанты в белых ливреях разносили шампанское. Мы с Мией взяли по бокалу и прошли в зал, встав за одной из колонн.
– Какой опознавательный знак? – спросила она меня.
– Алые кризалиусы на пиджаках, – я сорвал с ближайшего куста цветок и воткнул в петличку.
– Вынь, – Миа выдернула цветок, отбросив его подальше.
– Ненормальная, – рявкнул я на нее, отчего несколько проходивших мимо пар обернулись, – как мы друг друга узнаем?
– Смотря кого ты собрался узнавать, кваггов или подручных фельдмаршала. Я же говорила, что они расшифруют все записи. Оглянись, здесь ползала с кризалиусами в петличках.
Я перевел взгляд на толпу, вглядываясь в каждого более внимательно. У каждого третьего на пиджаке был алый цветок.
– И что теперь? – Миа смотрела на меня немного испуганно.
– Фельдмаршал постарался на славу. Придется вручную определять
