Кортес обрадовался возможности навести страх на всю страну, запугать народ, показать непокорным, что малейшая попытка неповиновения будет жестоко караться. Касик был сожжен заживо, и огромная толпа, присутствовавшая при казни, стояла тихо и покорно. Народ был уверен, что приговор вынесен самим Монтесумой…
Целых шесть месяцев Кортес правил Мексикой за спиной Монтесумы. Вожди ацтекских племен, наблюдая за этим, пришли в ужас. Созрел заговор. Во главе встал Какамацин — племянник Монтесумы. К нему примкнули касики крупнейших городов. На военном совете заговорщиков Какамацин призывал взяться за оружие, и его все поддержали. Были назначены день и час нападения на дворец испанцев. Казалось, что они обречены, однако среди собравшихся заговорщиков находился один родственник Монтесумы, который расценил призывы Какамацина как стремление самому захватить власть в стране. И он все сообщил правителю, а тот немедленно уведомил Кортеса… Ему казалось, что только Кортес — опора его трона! Верные Монтесуме люди заманили Какамацина и нескольких его приближенных в ловушку. Через несколько дней был схвачен Куитлауак. Вскоре все главари заговора, скованные одной цепью, сидели в темнице, куда их заточил Кортес.
Настал день, когда Кортес напомнил Монтесуме, что подданные испанского короля должны ежегодно выплачивать ему дань. Монтесума собрал вождей ацтеков и отдал им приказ. Слово Монтесумы по-прежнему было для всех законом. Зная это, Кортес предложил немедленно разослать во все города сборщиков налогов в пользу короля. И вот кладовые Кортеса наполнились золотой и серебряной посудой, многими сокровищами. Монтесума также узнал, что обнаружена его тайная кладовая. Отлично понимая, что Кортес не расстанется с этими сокровищами, Монтесума решил «подарить» их испанцам, чтобы, так сказать, сохранить лицо. Теперь Кортес мог распоряжаться этим кладом как хотел.
Три дня испанцы извлекали и сортировали драгоценности. Потом все золотые вещи были переплавлены в толстые квадратные слитки — так удобней было делить добычу. Ослепленные алчностью, они не пощадили даже великолепные произведения искусства, ценность которых превосходила стоимость золота, из которого они были сделаны. Несметные богатства распалили жадность солдат, потребовавших немедленно приступить к дележу. Как ни уверял Кортес, что скоро золота станет еще больше, солдаты не соглашались ждать. Они стали замечать таинственное исчезновение многих драгоценностей и не без оснований подозревали в том Кортеса.
Приступили к дележу. Из всей массы прежде всего была взята одна пятая для короля и другая — для Кортеса. Но еще он потребовал возмещения тех расходов, которые понес на Кубе при снаряжении экспедиции, а также компенсации Веласкесу за уничтоженные суда (это был просто способ прикарманить лишнее золото, никакого возмещения Веласкес не получил) и, наконец, оплаты издержек, затраченных на посольство, отправленное в Испанию. Далее сбросили пай для семидесяти человек гарнизона Вера-Крус, а также стоимость двух коней, павших при Тласкале и Альмерии (это тоже присвоил Кортес). Только затем уж приступили к наделению участников экспедиции. Но и тут сперва получили доли оба епископа, затем офицеры, затем самопальщики и арбалетчики — им предоставлялось по двойному паю. Когда же очередь дошла до остальных солдат, пай каждого оказался столь ничтожен, что многие его даже не брали (и это опять же оседало в кармане Кортеса).
После дележки дисциплина заметно упала. Два-три десятка испанцев наслаждались богатством, остальные роптали. Солдаты размышляли: во имя чего они перенесли столько невзгод, не раз рисковали жизнью? Получалось, что ради обогащения Кортеса…
Чтобы не дать разрастись недовольству, Кортес выведал у Монтесумы, где находятся три крупнейших золотых месторождения Мексики. Несколько испанцев были посланы обследовать их и привезли данные о баснословных запасах. Солдаты воодушевились: правду говорил Кортес, быть им богачами! Ропот утих.
Кортес поистине ощутил себя всемогущим властелином Мексики! И вот однажды он потребовал от Монтесумы, чтобы тот передал испанцам крупнейшее сооружение Теночтитлана — храм бога войны. Сокровища храма не давали покоя предводителю конкистадоров.
Монтесума протестовал, но поделать ничего не мог. Для начала он позволил на вершине храма поставить часовню с иконой и крестом. Кортес отметил свою победу торжественным богослужением. Он уже начал разговоры об обращении Монтесумы в католическую веру. Но неожиданно дело приняло совсем другой оборот.
Торжественный молебен чужим богам, совершенный на глазах у всех в храме Уицилопочтли, был воспринят жителями Теночтитлана как страшное кощунство. Ацтекские жрецы объявили Монтесуме, что боги намереваются покинуть столицу, если не будут наказаны испанцы. Разгневанные боги требуют изгнания всех пришельцев за пределы Мексики.
Монтесума сразу же сообщил Кортесу «волю богов». Тот был поражен, как громом. Он позабыл об опасности! В любую минуту он может погибнуть, а что еще страшней — лишиться груд золота и драгоценностей, которые сделали его одним из богатейших людей Европы!
Кортес мигом придумал коварный план и заявил, что готов отправиться в обратный путь. Но для того, чтобы вернуться на родину, ему надо соорудить три больших судна. Пусть Монтесума даст своих лесорубов и плотников. И будет готов отправиться в Испанию, чтобы представиться королю.
От дальнего путешествия Монтесума надеялся как-нибудь увильнуть, а пока он дал Кортесу все необходимое и пообещал удерживать народ в повиновении, пока идет постройка судов.
И опять начались для испанцев тяжелые дни и ночи, когда глаз почти не смыкали и даже спали с оружием. Уставшие от постоянного напряжения солдаты с нетерпением ждали того дня, когда можно будет наконец распрощаться с Теночтитланом и перейти на суда, где они окажутся в безопасности.
А тем временем надвинулась новая неприятность. Диего Веласкес, губернатор Кубы, прослышав об успехах и богатствах своего несостоявшегося зятя, снарядил в Мексику новую экспедицию. Во главе ее был поставлен его близкий друг — генерал Нарваэс. Силы его намного превосходили силы Кортеса.
Сразу по прибытии в Мексику Нарваэсу удалось выведать во всех подробностях, как обстоят дела у Кортеса. Предателями оказались три недовольных дележкой солдата.
Кортес и не подозревал о прибытии большого испанского флота и о новой опасности, ему грозящей, а Монтесума уже знал обо всем. В полученном им донесении была с помощью рисунков изображена высадка новой экспедиции. Знал Монтесума и о намерении новоприбывших арестовать Кортеса, и он повеселел, предчувствуя освобождение. Кортес заметил это, выведал у Монтесумы, в чем дело, и немедленно начал действовать.
