— Вне всякого сомнения. И если твой отчим свернет ему шею, тем самым он избавит меня от лишних хлопот. Белль нахмурилась:
— Не надо так шутить.
Стивен уже открыл было рот, чтобы заявить, что вовсе не шутит, но тут же прикусил язык.
— Только будь осторожен, — предупредила Белль. — И тогда папа, возможно, поблагодарит тебя за то, что ты спас мою репутацию.
— Возможно — если, конечно, до него еще раньше не долетит слух о том, как я сам же ее и подпортил. Белль кивнула:
— Это верно. Думаю, не стоит упоминать о нашей встрече с сыщиком с Боу-стрит и… и о том происшествии на дороге, хотя ты, конечно, сыграл в нем самую героическую роль. Как это благородно с твоей стороны — броситься на помощь невесте и вырвать ее из рук разбойников! А если серьезно, Стивен, я до конца своих дней буду благодарна тебе за это…
Стивен покраснел.
— Нет уж, лучше постарайся забыть об этом, и поскорее, особенно о том, чему мы стали свидетелями в трактире Каскера, — тихо проговорил он. — И потом, я не сделал ничего героического — тебе ведь и без моей помощи удалось сбежать от них. А уж как ты скакала на лошади — ночью, с развевающимися по ветру волосами, просто леди Годива! До конца своих дней не забуду этого зрелища! Знаешь, я бы с удовольствием взял тебя на охоту!
— Ты вел себя как настоящий герой! — К тайному удовольствию Стивена, Белль упорно гнула свое. — Как странно, что я до этой самой минуты и не вспоминала о мистере Фрае. Наверное, когда я вдруг оказалась в лапах этих ужасных людей, это настолько выбило меня из колеи, что заставило забыть о разных мелких происшествиях.
— Зато меня оно заставило изрядно поднапрячь свои умственные способности, — с мрачной иронией хмыкнул Стивен.
— Ах да, и ведь ты получил еще и дополнительное удовольствие, познакомившись с разбойниками с большой дороги! Какое замечательное приключение, правда? Можно целый месяц хвастаться всем родным и знакомым! — Белль лукаво усмехнулась.
— Разбойники с большой дороги или такие же конокрады — черт их разберет! Во всяком случае, они с такой охотой расстались с этой лошадкой, что я понемногу начинаю думать, уж не свели ли они ее с чьего-нибудь двора… Проклятие! — с досадой выругался Стивен.
— Что такое? — всполошилась Белль.
— Ничего страшного. Я только сейчас сообразил, что теперь нет ни малейшей возможности вернуть эту скотину ее хозяину — кем бы он, черт побери, ни был! А теперь представь, что судьбе будет угодно сыграть с нами очередную шутку и она столкнет нас нос к носу. Ведь этот парень наверняка узнает свою лошадку! Поднимется страшный шум, меня обвинят в конокрадстве, а то, чего доброго, еще и в краже тех проклятых коров! — В голосе Стивена сквозило уныние. — Ох, боюсь, кончу я свои дни на галерах! Или на виселице…
Белль захихикала:
— Вот-вот! А может, нас вздернут обоих, как ты думаешь? Что-то я сомневаюсь, что твои новые друзья будут так любезны подтвердить нашу невиновность и занять место на эшафоте. Жаль, конечно, потому что я бы лично не отказалась познакомиться с ними.
Стивен бросил на нее укоризненный взгляд:
— Не думаю, чтобы они объявились. И уж конечно, мне бы и в голову не пришло знакомить тебя с ними. Наверное, будет справедливо, — он тяжело вздохнул, — если я отдам эту скотину владельцу коляски взамен тех двух лошадей, которых у нас увели.
— А может, его узнают на постоялом дворе, куда мы едем? И тогда мы сможем вернуть его законному хозяину! — Белль шумно вздохнула. Все ее веселье исчезло. — А кстати, ты помнишь, что твой Король все еще у Бекки! Да и кстати, не забыть бы сообщить твоему дядюшке и Констанс о том, что мы поженились. — Белль уныло покачала головой: — Похоже, нам предстоит нелегкое время, не так ли?
— Ну-ну, не трусь, радость моя. Все в свое время. Первым делом, как только вернемся в город, я пошлю в газеты объявление о нашей свадьбе. Это положит конец глупым сплетням и заставит многих наших знакомых прикусить языки.
Белль снова покачала головой, на этот раз энергичнее.
— Нет, так не пойдет. Объявление в газетах удовлетворит разве что Марвеллов да еще Дунканов, но чтобы положить конец сплетням — этого мало. Тебе придется написать письмо дядюшке и изложить ему свой вариант этой истории. А я, в свою очередь, напишу Бекки, прежде чем эта новость дойдет до нее в искаженном варианте. Иначе она страшно обидится, еще, чего доброго, сочтет себя преданной. Стивен взвесил ее слова.
— А я-то мечтал, что хотя бы первые пару недель у нас с тобой будет настоящий медовый месяц, — уныло пробормотал он, вспоминая свои планы. — Мне так хотелось сделать тебя счастливой, Белль!
— Не казни себя, Стивен, — ласково пробормотала Белль и, наклонившись к мужу, погладила его по щеке. Ее уродливое обручальное кольцо тускло блеснуло на солнце. — Примерно этого я и ожидала. Придется как-то смириться с этим…
После этих ее слов обоим почему-то сразу расхотелось разговаривать.
Ну вот, мамочка, наша семейная жизнь началась. Остается только надеяться, что все ниши злоключения остались наконец позади. Боже, как я устала!
Перебирая в памяти все, что случилось за сегодняшний день, я вдруг почувствовала прилив какого-то непонятного чувства — будто у меня появилась семья. Конечно, венчание было не таким, какое бы ты могла пожелать для своей единственной дочери, но все равно мне было так жалко, что ни ты, ни папа не смогут увидеть его! Может, это стыдно — думать о таких вещах во время собственной свадьбы, но я все время вспоминала тот кусочек из Шекспира… помнишь, как он сказал, что ромашка пахнет сильнее, когда на нее наступишь? А может, он имел в виду гиацинт? Или нарцисс? Во всяком случае, представь, мы со Стивеном стояли возле наковальни в каретном сарае, при этом оба больше смахивали на бродячих цыган, чем на нормальных людей, тем более на жениха с невестой. Надеюсь только, что наше будущее будет безоблачным — должна же судьба хоть как-то вознаградить нас за все наши мытарства?!
И еще одно, мамочка. Как ты смеялась бы, увидев мое уродливое обручальное кольцо! Однако даже если я не решусь носить его на людях, все равно у меня никогда не поднимется рука выкинуть его. Почему-то… сама не понимаю почему… но мне эта жалкая безделушка дороже всех бриллиантов на свете — кроме Стивена, конечно!
Глава 15
К своей досаде, Стивен вдруг обнаружил, что превратился чуть ли не в героя местных легенд. К счастью, в пивной никто его не узнал, так что ему без помех удалось пробраться в укромный уголок, выпить и послушать местные сплетни о своих «подвигах».
Очень скоро ошалевший от всех этих разговоров, Стивен догадался, что завсегдатаи рады возможности потолковать об убийствах, недавно случившихся в их краях. Да что там рады — они вообще ни о чем другом и слушать не желали! Языки работали без умолку. А главной темой разговоров были убийства и незнакомец, прикончивший чуть ли не всю шайку угонщиков скота.
