Нам неоднократно приходилось наблюдать и даже поражаться выдержкой рядовых бойцов-артиллеристов, примеров храбрости и отваги можно было видеть часто. К примеру – во второй артиллерийской дуэли на одной из береговых батарей, осколком разорвавшегося снаряда телефонисту батареи Тимофею Воробьеву перебило руку, о чем стало известно только после окончания стрельбы. Телефонист этот, превозмогая боль, продолжал передачу команд с командного пункта на орудия и обеспечил выполнение задачи, поставленной батарее.
Незабываемый пример выдержки дает такой эпизод: мне лично пришлось быть свидетелем. На глиссере при запуске мотора, моторист Иван Семенович, от неосторожности обращения с пропеллером, ему отрубило пальцы правой руки, и он, не издал ни единого звука, сам достал бинт и начал делать перевязку. И мы только тогда заметили, что с ним произошло. Оказать этому матросу помощь и заменить его другим, не было возможности, и он некоторое время с разбитой рукой оставался на глиссере, выполняя свои обязанности.
Прежде чем рассказать о подлинном героизме личного состава кораблей и частей Кронштадтского морского оборонительного района в 1942 и 1943 годах, мне представляется важным вернуться к периоду накануне Великой Отечественной войны. Это поможет разобраться более обстоятельно в событиях военного времени.
Еще в 1938 году, когда мне довелось в роли Командующего Краснознаменным Балтийским флотом заниматься вопросами укрепления оборонных мероприятий Кронштадтской крепости. Совершенствовались работы модернизации, особенно на северные форты.
К началу Великой Отечественной войны работы были закончены. Однако самым сильным компонентом во всей сумме оборонных мероприятий был, есть и будет человек и в особенности советский человек. Кронштадту, как морской крепости, присущи морские традиции. Не зависимо от того, носит ли боец флотскую тельняшку или красноармейскую гимнастерку, находясь в Кронштадте, он приобщается ко всеми морскому, ему не чужды лихость и отвага моряка.
Рост флота выдвигал новые требования – создание новых баз, оснащенных необходимой техникой командных пунктов и ряд других неотложных мероприятий. Для этого была создана комиссия, в которую вошли представители штаба флота Белоусова инженерного отдела Квочкина и представителя центрального аппарата из Москвы и других офицеров. Они обследовали ряд мест как в Кронштадте, так и на южном берегу залива. В Лужской губе началось строительство военно-морской базы и ремонтных мастерских.
Для подлодок их базирования в Кронштадте в Купеческой гавани была оборудована зарядовая станция, береговые казармы для личного состава. На Ораниенбаум базировались подлодки типа «М».
Тогда изучался вопрос о строительстве защищенного командного пункта штаба флота.
В Больших Ижорах было найдено такое место: оно вполне удовлетворяло выдвинутым тактико-техническим требованиям.
Предполагалось разработать необходимую документацию с тем, чтобы уже в 1940 году приступить к строительству.
Почему было выбрано место для командного пункта штаба флота в Больших Ижорах? Строилась Лужская военно-морская база и предполагалась хорошая связь с Кронштадтом.
Дело в том, что существовал перспективный план строительства дамбы, которая соединила бы Кронштадт с южным берегом в Ораниенбаумско-Ижорском районе. Возведение дамбы Кронштадт – южный берег Финского залива позволил бы решать ряд задач:
– защита Ленинграда от наводнения;
– облегчение транспортной связи;
– снабжение пресной водой Кронштадта, на которой базировались бы боевые корабли, а их потребность в пресной воде была огромной, и ряд других, не менее важных проблем, стоявших перед промышленными предприятиями города, ибо частые западные ветры нагоняли морскую соленую воду, которую для технических надобностей котельного хозяйства использовать нельзя. Котлы требовали пресную воду.
Однако в сентябре 1939 года началась вторая мировая война. Это создало новую ситуацию.
Вскоре изменилась обстановка и на Балтийском море. Балтийский флот перенес свое базирование на Запад.
Главной базой стал Таллин. Модернизировались и строились военно-морские базы: Либава, Виндава, строились артиллерийские позиции и укрепления на Моонзундских островах и на Ханко.
Строительство в Кронштадте и в Ижорах было приостановлено.
Вероломное нападение фашистской Германии на СССР, изменившаяся обстановка на Балтийском море, вступление в войну с Финляндией – все это вынудило наше командование принять решение о возвращении нашего флота в Главную морскую базу в Кронштадт. Вновь встал вопрос о строительстве хорошо защищенного КП флота. Готового проекта его строительства не было. Наспех, необдуманно провели случайное мероприятие. Штаб флота не мог предложить правильного решения проблемы – установка зарытой в землю большой металлической цистерны. Следовало обеспечить необходимую изоляцию от грунтовых вод. Верхнюю часть цистерны должны были прикрывать цементные плиты. Однако вместо убежища и КП получился «музыкальный инструмент», хорошо воспринимавший все взрывы бомб со значительным усилением звуков. От этого все обитатели, так называемого убежища, были вынуждены немедленно выходить на поверхность.
К тому же грунтовые воды требовали создания системы водоотливных средств.
Эти и другие недостатки привели к тому, что построенное сооружение стало памятником его создателям. Использовать этот КП было нельзя на всем протяжении войны. Пришлось вновь оборудовать КП, который предполагался для ПВО, а в данных условиях его пришлось перестраивать в ходе войны.
После возвращения флота из Таллина командный пункт штаба флота был специально построен в Ленинграде. Для него были использованы броневые плиты с морского полигона.
Однако строительство береговых командных пунктов не удовлетворяло возросшим требованиям. Сложная обстановка 1942 года требовала четкости управления действиями подводных лодок при выводе их на позиции в Балтийское море.
Данные о действиях береговой артиллерии, кораблей ОВРа, авиации – все документы обрабатывались и хранились в разных местах. Все это осложняло обстановку, обобщение материалов и своевременное принятие по ним необходимых мероприятий.
Я привел это пример, чтобы подчеркнуть острую необходимость заблаговременно, в мирное время тщательно изучать требования к сооружениям данного типа, которые должны использоваться во время войны.
С переходом Краснознаменного Балтийского флота на новые военно-морские базы на западе, я в этот период работал заместителем Народного комиссара Военно-морского флота. На меня была возложена задача по руководству всеми строительными работами, производимыми на флотах, как созданными управлениями в центрах, так и на местах.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
