не самых красивых поступков не нужна никому. Правда, тогда ты не напишешь книгу и не заработаешь много денег, но зато гарантированно останешься живым, что тоже неплохо. А Жаб, когда станет королём, даст тебе денег и на свадьбу, и на протез мизинца.
— Дам, — подтвердил амфибос.
— А что будет с обвинениями, выдвинутыми в ваш адрес? — не унимался Носок.
— Ну ты прям как не адвокат, — усмехнулся Ковалёв. — С нас снимут обвинения и повесят всё на Бронкхорста, которого и отдадут под суд. А до суда он не доживёт — подавится хэнлорыжем в камере предварительного заключения. Но мы об этом поговорим в другой раз, сейчас времени не так уж и много.
Ковалёв полез в карман куртки, достал все оставшиеся дебетовые карты Куна, протянул их Носку и сказал:
— Держи! Здесь хватит на все накладные расходы на первое время, а там либо мы договоримся с тестем, либо ты с кальмарами.
— Но это ваши деньги! — снова заупрямился адвокат. — Я их не возьму!
— Во-первых, это и твои деньги тоже, а во-вторых, не зли меня! — прикрикнул Лёха и запихал карты гуманоиду в карман куртки.
— А если ты не сможешь убежать с Тропоса, и тебя арестуют, — снова вступил в разговор Жаб. — Скажи, что мы тебя запугали, заставили и дом нам снять, и всячески помогать. На всех допросах настаивай, что ты не при делах.
— Скажи, что пытали, покажи палец, — добавил Лёха.
— Нет, — храбрый сын Лифентра покачал головой. — Я поеду с вами! Вам может понадобиться моя помощь! Я это чувствую!
— Носок! — Ковалёв тяжело вздохнул. — Мы ценим твой порыв, но, похоже, ты пропустил мимо ушей всё, что мы тебе сейчас сказали.
— Я выслушал всё внимательно, — ответил адвокат.
— А запомнил всё?
— Всё!
— Ну, тогда не будем терять драгоценное время и перейдём к плану «Б», — Лёха посмотрел на Жаба и спросил друга: — Аккуратно сможешь?
— А сам? — поинтересовался в ответ амфибос.
— Да рука не поднимается, — ответил Ковалёв. — Слишком уж я к нему привязался.
— Хорошо, не проблема, — сказал Жаб.
— Вы о чём сейчас говорите? — спросил уроженец Лифентра занервничав. — Что не проблема?
Но ответа он не дождался, вместо него Носок получил от амфибоса молниеносный и сильный удар кулаком в подбородок. Адвокат сделал полшага назад, потерял сознание и начал падать. Ковалёв быстро подскочил к гуманоиду и успел его подхватить.
— Вот поэтому и привезли тебя туда, где толпы народа, — усмехнувшись, сказал комедиант, оттащил Носка поближе к ночному клубу и заботливо уложил на тротуар.
После этого Ковалёв набрал полные лёгкие воздуха и громко закричал:
— Помогите! Кто-нибудь! Помогите! Тут прохожему плохо!
На улице находилось достаточно народа, и менее чем за минуту вокруг Носка собралась толпа. Одни предлагали вызвать скорую медицинскую помощь, другие пытались привести адвоката в чувство прямо на тротуаре. Кто-то предложил вызвать полицию, но его тут же чуть не положили рядом с Носком.
Ковалёв усмехнулся, он знал, где оставлять гуманоида. Каждый второй посетитель близлежащих клубов в это время находился под воздействием официально запрещённых веществ. Обычно полиция закрывала на это глаза и рейды по клубам не устраивала, но приехав на вызов, вполне могла кое-кого для порядка и задержать.
Воспользовавшись суматохой, комедианты незаметно отошли в сторону.
— Ты уверен, что ехать к твоему тестю — лучшая идея? — спросил Жаб друга, когда они вернулись к транспортёру.
— Ну а какие у нас ещё варианты? — поинтересовался в ответ Ковалёв.
— Может, всё же лучше на Далувор?
— А какова вероятность, что мы туда доберёмся? В отличие от Носка, мы находимся в розыске.
— Небольшая вероятность, — согласился Жаб. — Да и не хотелось, конечно, всё это выносить на всеобщее обозрение.
— Вот и я про то же. Страховка в виде признания Бронкхорста у нас есть. Почему бы не попробовать договориться?
— Если честно, не совсем приятно договариваться с тем, кто хотел меня купить и использовать в своих целях. Я почти уверен: в его планах было нанести вред Далувору.
— Не буду тебя разубеждать. Сам думаю, что дело там явно не в недвижимости королевской семьи. Но пока не переговорим с Тонгом, подробностей не узнаем. Так что решай, как поступим. Давить на тебя я не могу. У меня на кону стоит лишь моя жизнь, а у тебя — судьба Далувора. Решать однозначно тебе, дружище!
Амфибос ненадолго задумался, потом сказал:
— Хорошо, поехали. Действительно, до Далувора надо ещё как-то добраться. Дело это не быстрое и не простое, а убегать и прятаться я устал.
В этот момент толпа вокруг адвоката радостно зашумела, видимо, гуманоид пришёл в себя.
— Ну вот и Носок очнулся, — заметил Ковалёв. — Сейчас отправится в порт, а там к кальмарам. Он, конечно, не самое крепкое звено нашей команды, но не дурак и очень хочет жениться, поэтому я надеюсь, он справится со своей задачей. Главное, свалить отсюда, пока он не увидел, что мы ещё этого не сделали.
Комедианты быстро забрались в транспортёр, и Лёха велел автопилоту держать курс на штаб-квартиру Торгово-промышленной палаты Тропоса.
Глава 21. Новый поворот
Ехали недолго, не более пяти минут, и даже ни разу не спустились в тоннели. Штаб-квартира Торгово-промышленной палаты Тропоса находилась в центре города. Транспортёр припарковался на пустой гостевой стоянке возле красивого небоскрёба, и автопилот объявил пассажирам, что они приехали. Здание насчитывало сто восемь этажей и выглядело, будто было полностью сделано из стекла. Торгово-Промышленная палата занимала в нём верхние двадцать пять этажей.
— И как мы попадём к твоему тестю? — спросил Жаб, когда комедианты покинули салон транспортёра. — Есть идеи?
— Как советовал Бронкхорст, — ответил Ковалёв. — Попросим встречи. Как отказаться, когда добыча сама пришла к тебе в руки?
— А зачем отказываться? Он просто отправит охрану, чтобы нас скрутили.
— Нет. Не отправит. Я знаю своего тестя. Гордыня не позволит ему так поступить. Он захочет со мной поговорить хотя бы для того, чтобы насладиться моим жалким видом.
— Но у тебя не жалкий вид.
— Но он-то рассчитывает, что жалкий! — ответил Лёха, достал из кармана телефон Бронкхорста и набрал номер тестя.
Сразу же из динамика
