запонками, которые снял с одного из вычурных костюмов в гардеробе, уж хотя бы они смотрелись нормально. А также серебряными часами на цепочке — подарком бабушки перед моим отъездом. Глядя на свое отражение в зеркале, я не мог не вспомнить, сколько судебных процессов выиграл в подобном костюме в своей прошлой жизни. Это была моя броня, моя рабочая форма, в которой я чувствовал себя собранней и готовым преодолевать любые сложности.
— Вы выглядите потрясающе, молодой господин, — произнесла Мила, и в ее голосе слышалось искреннее восхищение. — Костюм сидит просто идеально.
— Спасибо, Мила, — ответил я с улыбкой. — Ты проделала отличную работу, без тебя бы создавалось совсем другое впечатление.
Не успел я закончить фразу, как в дверь снова постучали. На этот раз это была другая служанка, которая сообщила о прибытии господина Левински.
Я удивленно приподнял бровь. Чего мог хотеть от меня этот усатый ловелас? Тем более, что через пару часов мы все равно бы встретились.
Ярослав Левински стоял в холле, одетый по последней столичной моде. Его костюм представлял собой настоящее произведение искусства: камзол из темно-синего бархата, расшитый золотыми нитями, белоснежная рубашка с кружевным жабо, узкие брюки и начищенные до блеска сапоги. Ну и, конечно, подкрученные блестящие усы. Уж не знаю, воск или бриолин, но с этим он явно переборщил.
Увидев меня, Левински удивленно вскинул брови.
— Максим, друг мой, что за странный наряд⁈ — воскликнул он, окидывая меня оценивающим взглядом. — Он такой… простой. Ты уверен, что это подходит для места, где соберется лучший свет молодой аристократии? Ну, по крайней мере, его часть.
— Поверь, Ярослав, иногда простота — это именно то, что нужно, — ответил я, поправляя манжеты рубашки. — Особенно когда хочешь, чтобы тебя воспринимали всерьез.
— Ну, если ты так считаешь… — покачал головой усач. — В любом случае, я пришел предложить отправиться на бал пораньше. Есть кое-какие дела, которые я хотел бы обсудить по дороге.
Я кивнул, соглашаясь. Возможно, Ярослав располагал какой-то полезной информацией.
Мы сели в его экипаж, и как только он тронулся, Левински начал свой рассказ. К моему разочарованию, информация оказалась совершенно бесполезной. Ярослав принялся перечислять всех свободных девушек, которые будут присутствовать на балу, давая каждой полную характеристику, вплоть до описания цвета глаз и фигуры, а также советуя, на кого стоит обратить внимание.
И, конечно же, с кем связываться ни в коем случае не стоит, потому что они и сами те еще охотницы. Оказывается, все эти «вечеринки» не только повод для приглашенных расслабиться, но и найти будущего спутника или спутницу жизни. Причем желание жертвы не особо учитывалось. И тут главное — понять кто ты в ситуации, а то может получиться весьма неожиданно.
— Ты только представь, Максим, — восторженно говорил он, поглаживая свои усы, — там будет Софья Волконская! Настоящая красавица, скажу я тебе. А еще Анна Трубецкая — говорят, у нее приданое в пятьсот тысяч рублей и это по минимальной оценке! Ты бы видел ее, кхм… В общем там все в порядке, мой друг, все в порядке.
Непонятно, когда мы успели стать друзьями, но в целом я и не против, несмотря на весьма специфичный характер этого необычного представителя Судебного Бюро.
Я слушал вполуха, лишь изредка кивая и запоминая несколько фамилий — мало ли, вдруг пригодится для дела. Мои мысли были заняты предстоящим заданием и возможными подозреваемыми.
— А вот к Екатерине Орловой лучше не приближаться, — продолжал Ярослав, не замечая моего отсутствующего вида. — Она хоть и красавица, но уже обещана сыну генерал-губернатора. Да и Мария Долгорукая — тоже не вариант, ее муж — настоящий зверь, говорят, на дуэли уже троих убил просто из-за того, что они посмели слишком долго с ней разговаривать. Ты лучше ее стороной обходи. Она охочая до мужиков. Особенно таких красавцев, как мы. Сама спровоцирует, придется в дуэли участвовать, а ты знаешь, как с этим строго! Еще скажут, что превысил допустимый уровень угрозы или что-то вроде того и все… Писать потом объяснительные замучаешься.
Я вздохнул, понимая, что этот поток информации не прекратится до самого бала. Что ж, по крайней мере, это давало мне время собраться с мыслями и еще раз обдумать план действий на вечер.
Экипаж медленно продвигался по улицам столицы, которые уже начинали заполняться нарядно одетыми людьми, спешащими на различные светские мероприятия. Я смотрел в окно, наблюдая за этой суетой, и думал о том, какие тайны и интриги скрываются за этими улыбающимися лицами и роскошными нарядами.
Наш экипаж остановился перед величественным зданием Таврического дворца, чья красота заставила меня на мгновение забыть о предстоящем задании. Этот архитектурный шедевр, поражал воображение даже в этом альтернативном Санкт-Петербурге.
Фасад дворца был украшен колоннами и пилястрами, придававшими ему величественный вид. Огромные окна, обрамленные изысканной лепниной, отражали последние лучи заходящего солнца, создавая впечатление, будто здание окутано золотистым сиянием. Центральный портик, увенчанный треугольным фронтоном с гербом империи, словно приглашал войти внутрь.
Дворец гармонично сочетался с прилегающим садом, где аккуратно подстриженные кусты и цветочные клумбы создавали атмосферу райского уголка. Кто-то очень постарался над внешним видом и его поддержанием.
— Впечатляет, не правда ли? — произнес Ярослав, заметив мой интерес. — Говорят, император иногда посещает здешние балы. Но сегодня он вряд ли будет, тем более мероприятие полуофициальное.
Мы подошли к главному входу, где два гвардейца в парадных мундирах проверяли приглашения. Я достал свое, и протянул одному из них, когда мы подошли. Мужчина с весьма суровым видом внимательно изучил документ, сверился с каким-то списком и кивнул:
— Добро пожаловать, господин Темников. Проходите.
Ярослав последовал за мной, и мы оказались в просторном вестибюле, где нас встретил дворецкий в ливрее, расшитой золотом.
— Позвольте проводить вас в бальный зал, господа, — произнес он с легким поклоном.
Мы поднялись по широкой мраморной лестнице на второй этаж.
Когда мы вошли в бальный зал, я на мгновение замер, пораженный открывшимся зрелищем. Огромное помещение, казалось, сияло изнутри. Хрустальные люстры, свисавшие с высокого расписного потолка, отбрасывали мириады бликов на полированный паркет и зеркала в золоченых рамах. Стены, обитые шелком нежно-голубого цвета, создавали ощущение легкости.
Зал уже был полон гостей. Дамы в роскошных платьях и кавалеры в парадных мундирах и фраках образовывали живописные группы, ведя оживленные беседы. Я заметил, как некоторые из присутствующих с любопытством поглядывают в нашу сторону, оценивая новоприбывших.
И это всего лишь вполне
