Доминик уставился на нее.
— Ненавидеть тебя! Констанция, разве ты не понимаешь, что я никогда не смог бы возненавидеть тебя? Я люблю тебя и никогда, ни одной секунды не сожалел бы о том, что женился на тебе. Прости, что не сделал тебе предложение как следует. Из-за Мьюриэль я вынужден был объявить о нашей помолвке, не поговорив прежде с тобой.
— Ты хочешь сказать, что собирался просить меня выйти за тебя замуж еще до скандала с Мьюриэль? — изумленно спросила Констанция.
— Да, конечно. Ты сказала, что я хочу жениться на тебе из благородства, чтобы уберечь от скандала. Тебе не приходило в голову, что мое благородство не позволило бы мне лечь с тобой в постель, если бы я уже не решил просить твоей руки?
Констанция рассмеялась:
— А ты не думал, дорогой, что было бы неплохо поставить меня в известность о твоих планах?
— Я — дурак и признаю это. У меня нет иных оправданий, кроме одного — ты так вскружила мне голову, что я утратил способность рассуждать здраво.
Доминик взял ее руку и опустился на колено.
— Мисс Констанция Вудли, вы — моя единственная любовь. Единственная женщина, которую я когда-либо любил и буду любить. Я предлагаю вам свое сердце, руку, состояние — пусть и скромное. Я буду считать себя несметно богатым, если вы согласитесь доверить мне свое сердце. Вы выйдете за меня замуж?
— Да! — воскликнула Констанция, смеясь и плача одновременно. — Да, да, я выйду за тебя. Я люблю тебя. Вставай же и дай мне поцеловать тебя.
— С радостью, — сказал он.
И она поцеловала его.
Эпилог
Доминик и Констанция поженились в конце июля в церкви Святого Эдмунда в Коудене. Поговаривали, что свадьба была не такой пышной, как в прошлые годы, но все согласились, что не было невесты и жениха красивее и счастливее. Ведь это был брак по любви.
Леди Каландра и леди Франческа были подружками невесты, и, хотя обе они были красавицы, невесту затмить было невозможно. Когда Констанция шла к алтарю, где стояли лорд Лейтон и священник, ее глаза сияли любовью. Лейтон подарил ей такой взгляд, что многие женщины в церкви украдкой вздохнули.
Доминик и Констанция вышли из церкви как муж и жена, под приветственные возгласы жителей деревни, и направились в Рэдфилд, где их ждал праздничный ужин и гости. Со всех садов были собраны поздние летние цветы, чтобы украсить бальный зал, столы ломились от яств.
Ходили слухи, что графа и графиню Селбрук не радовал этот брак. Но если и так, они умело это скрывали. Они танцевали и смеялись так, словно давно уже благословили сына. После медового месяца в Шотландии лорд и леди Лейтон собирались поселиться в Рэдфилде. К тому времени лорд и леди Селбрук должны были переехать в поместье леди Селбрук в нескольких милях от Рэдфилда. Леди Селбрук уже два месяца переделывала дом и обставляла его по своему вкусу. Лорд Селбрук заявил, что это к лучшему, поскольку Доминик должен научиться управлять поместьем, которое однажды будет принадлежать ему.
В семействе Фитцаланов и в жизни окружавших их людей многое должно было перемениться. Фитцаланы были неотъемлемой частью истории деревни, и жители Коудена гордились ими, хотя и не очень любили нынешних лорда и леди Селбрук. Лорд и леди Лейтон — другое дело.
Их брак сыграл на руку и леди Хостон. Ее репутация человека, умеющего устраивать браки, укрепилась многократно. Поговаривали, и не только в Коудене, но и в Лондоне, что леди Франческа увидела нынешнюю леди Лейтон на балу и сразу поняла, что эта женщина станет прекрасной парой брату. Все превозносили безошибочную интуицию леди Хостон.
Леди Франческа, конечно, имела вид чрезвычайно довольный, как у кошки из пословицы, что слопала канарейку. На свадебном балу Франческа наблюдала за вальсирующими новобрачными. Доминик, улыбаясь, смотрел на Констанцию. Ее сияющее лицо было обращено к нему. Оба они светились от радости, и Франческа ощутила легкий укол зависти.
— Вы все-таки сделали это, миледи, — произнес глубокий мужской голос за ее спиной.
Франческа повернулась и оказалась лицом к лицу с герцогом Рошфором. Она не удивилась, увидев его здесь, хотя они не встречались уже больше месяца. Он переезжал из одного своего поместья в другое, проверяя, как там идут дела, а Франческа уезжала в Лондон, чтобы помочь Констанции выбрать свадебное платье и приданое. Однако она знала, что герцог будет на свадьбе и отыщет ее. Он всегда был джентльменом, даже когда удача была не на его стороне. Франческа улыбнулась ему.
— Да, ваша светлость, я сделала это.
— Я бы сказал, вы превзошли себя, — они не только были помолвлены, но и успели пожениться до конца сезона, — сказал герцог с легкой иронией. — Я должен выдать вам премию.
— Мне достаточно будет того, о чем мы уговорились, — ответила Франческа.
Герцог вынул из кармана квадратную бархатную коробочку. Франческа взяла ее и спрятала в сумочку.
— Даже не посмотрите? — спросил герцог.
— Я вам доверяю.
— Правда? — Он внимательно посмотрел на нее.
— Разумеется. Вы всегда уплачиваете свои долги.
— Гм… некоторые долги не так просто уплатить.
— Вы сегодня весьма загадочны.
Рошфор пожал плечами:
— Я плачу по долгам, дорогая леди, но я не люблю проигрывать.
Вежливо поклонившись, герцог удалился. Франческа смотрела ему вслед, пока он не затерялся в толпе. Она порылась в сумочке, ей очень хотелось взглянуть на подарок герцога, но потом решила, что лучше сделать это потом, в своей комнате. Это означало, что ей придется дожидаться, когда новобрачные отправятся в свадебное путешествие.
К счастью, Доминику и Констанции не терпелось поскорее начать медовый месяц. Они не стали задерживаться на праздничном ужине, поднялись наверх, чтобы переодеться, и покинули Рэдфилд. Франческа смотрела, как они садятся в карету, и в горле у нее стоял комок. Через окно кареты она видела, как Доминик, склонившись, поцеловал Констанцию, а она обвила его шею руками. Франческа сжала пальцы, стараясь удержаться от слез.
Она махала им, пока карета не исчезла за поворотом. Потом она повернулась, прошла через толпу гостей и поднялась в свою комнату. Вечер продолжался, но Франческа выполнила свои обязанности и могла позволить себе отдохнуть.
В комнате Франческа застала Мэйзи.
— Вы же не собираетесь еще ложиться, миледи? — спросила горничная с улыбкой.
— Напротив, собираюсь. Я немного устала, Мэйзи.
— И неудивительно. Расчесать вас?
Франческа кивнула, и Мэйзи принялась вынимать из прически шпильки, складывая их в хрустальное блюдо. Волны белокурых волос рассыпались по плечам Франчески. Мэйзи расчесала их серебряной щеткой.
