всего, что ты должна была пережить со мной, а затем написать об этом в романе. Насколько я понял, ты вычеркивала то, что мы уже сделали. Походы в музеи, в кино, на пикник, в парк аттракционов, на концерт, встреча с семьей, совместное рисование и пение, время с детьми…
Он провел руками по волосам.
– Так вот почему мы присматривали за Нисой на прошлой неделе? Прогноз погоды, кстати, не обещает дождя, по крайней мере еще две недели. Как ты собираешься танцевать под дождем, Нисан? Или мы отправимся на экватор, чтобы вычеркнуть и этот пункт? Ты сделаешь все для своей книги, не так ли? Ты сделаешь все! Ты разобьешь сердце тому, кому ты действительно дорога! Я бы открыл для тебя издательство и все равно публиковал бы твои книги, Нисан. Тебе не обязательно было так поступать со мной!
Когда он закончил, я просто плакала. Динчер не ждал от меня никаких объяснений. Он и так знал – что бы я ни сказала, этого будет недостаточно. Я не остановила его, когда он прошел мимо меня. Я не винила его в том, что он не остался. На сей раз я не стала спорить, как делала раньше.
Я проплакала четыре часа, свернулась калачиком и терпела боль, которую должна была терпеть. Думая о человеке, который показал мне, что такое любовь, я чувствовала себя одинокой как никогда.
Глава 21
Любовь хочется описать словами, но никогда не получается
Я пряталась дома, закрыв жалюзи, и писала пятнадцатое сообщение Мине с просьбой не приходить ко мне. Я считала, что наказываю себя тем, что не пью обезболивающее, хотя от бессонницы у меня уже несколько дней болела голова.
Бросив телефон на диване, я направилась на кухню, пробираясь через разбросанные по полу пакеты с едой. Выпив большой стакан холодной воды и прислонившись спиной к стене, я почувствовала усталость.
Всю неделю я не покидала квартиру и свое рабочее место, разве что иногда ходила в туалет и забирала заказанную еду.
Я поставила стакан в раковину, где уже громоздилась остальная посуда, и лениво направилась в ванную, надеясь, что холодный душ приведет меня в чувство. Потом, завернувшись в халат, я вернулась на кухню, чтобы сварить кофе. Я уже собиралась сесть обратно на диван, когда заметила светящийся экран телефона.
Я плюхнулась на диван и, пролистав сообщения на панели уведомлений, обнаружила среди них электронное письмо. Оно пришло от Эге. Впервые за долгое время я радостно подскочила. Кофе выплеснулся из чашки и обжег мне пальцы. Я в панике поставила чашку на журнальный столик.
Снова откинувшись на спинку дивана, я нажала на письмо от Эге. Прежде чем прочитать его, я пролистала всю переписку в почте, чтобы вспомнить, что именно писала ему.
Кому: Эге Гюнер (egeguner@vvmail.com)
От: Нисан Дж. Тан (nisantan@vvmail.com)
Тема: Обзор файла книги «X», извинения
Привет. Я начинаю ужасно волноваться, ведь от тебя нет вестей уже больше месяца. Мне все труднее и труднее верить, что с тобой все в порядке, когда вместо гудков я слышу: «Этого номера не существует». Ни одно сообщение до тебя не доходит. Ты забыл, какой я паникер? А что, если я пишу тебе это письмо из психушки?
Вообще-то у меня есть теория по поводу твоего исчезновения. Думаю, ты наверняка связался с Миной, потому что она, в отличие от меня, не так сильно беспокоится о тебе. Я же схожу с ума. И еще, возможно, ты начал ненавидеть меня по какой-то неизвестной мне причине. Ведь иначе ты бы не молчал так долго.
Что бы это ни было, пожалуйста, пожалуйста, ответь мне! Скажи мне, если я неосознанно совершила ошибку. Мы знакомы уже семь лет! Что заставило тебя внезапно исчезнуть? Надеюсь, ты не в секте или еще где…
Это шутка.
Я не хочу тебя терять.
P. S.: Я заканчиваю писать свою величайшую книгу. Я не отправлю ее ни на какой конкурс, пока ее не прочтет мой редактор. Она ждет тебя во вложении.
Примечание 2: Просто скажи мне, что это хорошо.
Затем я нажала на ответ Эге и занервничала.
Кому: Нисан Дж. Тан (nisantan@vvmail.com)
От: Эге Гюнер (egeguner@vvmail.com)
Тема: Обзор файла книги «X», извинения
Привет, Нисан.
Я прошу прощения за то, что заставил тебя волноваться. Знаю, что это не совсем адекватное объяснение, но я пытаюсь отвлечься. Мне действительно нужно было отдохнуть.
Одно из твоих предположений верно. Я поддерживаю связь с Миной с того дня, как уехал. Я пообещал присматривать за Нисой десять ночей, когда вернусь, в обмен на то, что она ничего не скажет тебе. Я пока не жалею об этом, но посмотрим, что будет, когда я вернусь.
Вкратце расскажу тебе, что я здесь делаю, чтобы тебе не пришлось отправлять еще одно письмо. Я живу в доме Энеса, моего университетского друга, с которым ты знакомилась много лет назад, но, возможно, уже не помнишь. Я в Хьюстоне, городе, где снимается моя любимая телепрограмма. Я часто смеюсь, думая, что если бы ты оказалась здесь, то побежала бы навещать того старого доктора. Я пока не планирую возвращаться, хотя знаю, что тебе это не понравится.
Не знаю, зачем я поехал в Америку ни с того ни с сего. Я понимаю, что до сих пор не ответил ни на одно письмо, что ты мне отправила. Твои глаза, наверное, сейчас бегают по словам в поисках того, что ты действительно хочешь узнать. Я не буду больше заставлять тебя ждать.
Давай вернемся немного назад. Тебе 20, мне 23. Ты излучаешь радость, предвкушая публикацию своей книги, а я нахожусь в стрессе, потому что впервые редактирую книгу. От волнения я грызу ногти. И вот однажды в издательстве мы сталкиваемся в переговорной. Мы пожимаем друг другу руки, не подозревая о том, что впереди нас ждут семь лет дружбы. Твое волнение заставляет меня забыть о стрессе. Ты пишешь так невинно, так легко. Но когда твоя книга поступает в продажу, все идет не так, как ты представляла. Я с нетерпением жду, когда улыбка появится на твоем лице. Я злюсь, что никто не ценит тебя, а затем думаю, что должен стать редактором каждой твоей книги, потому что никто другой не сможет отредактировать твои тексты так, как я.
Наши рабочие отношения вскоре превращаются в настоящую дружбу. Я всегда на телефоне,
