ты разговаривала с Эге, но ничего мне не сказала.
– Я была вынуждена так сделать! Кроме того, он сделал заманчивое предложение: присмотреть за Нисой целых десять ночей.
– Так он что-нибудь обо мне рассказывал? – повторила я.
– Немного… – сказала она, и ее голос стал тревожным. – Если ты спрашиваешь, значит уже все знаешь.
– Как ты могла мне не сказать? Лучшие друзья не скрывают такое друг от друга!
– Эге мне тоже близкий друг. И я с огромным уважением отношусь к тому, что он делает. Я не жалею, что не рассказала. Если ты собираешься злиться – злись.
Хоть я и не могла этого видеть, но я могла представить, как Мина пожимает плечами.
– Я не злюсь, просто… – Я глубоко вздохнула. – Я не хотела разбивать ему сердце.
– Ты ничего не могла сделать. Вряд ли долгие годы френдзоны можно реанимировать несколькими приятными словами. Я не утверждаю, что поездка в Америку – лучшее решение, но и плохим его не назовешь. Самый эффективный способ забыть кого-то – держать дистанцию.
– А что, если он никогда не вернется?
– Он вернется. Но не раньше, чем разлюбит тебя. Потому что если он вернется, пока у него еще есть чувства к тебе, то ваша дружба разрушится навсегда.
– Мина…
– Это не твоя вина. Я тоже не замечала, что он влюблен в тебя. Я думала, что мы трое – отличная команда. Эге должен был набраться смелости и признаться за семь лет. Я тоже ему сказала об этом.
– Ты продолжаешь с ним общаться?
– Да. У него все в порядке. Тебе не стоит беспокоиться.
– Надеюсь, это действительно так. Мне пора, – сказала я быстро. Мы уже подъезжали к дому Динчера.
– Дай мне знать, как все прошло.
Мы остановились перед домом Динчера, я расплатилась и побежала к двери. Увидев открытую дверь подъезда, я поняла, что все шансы, которые предоставляла мне судьба за всю жизнь, были использованы за один сегодняшний день, но мне нужен еще один дополнительный шанс. Я бы хотела, чтобы Динчер простил меня.
Дверь лифта открылась, и я поднялась на его этаж. Я вытерла вспотевшие от страха руки о джинсы и пошла мелкими шажками. Сердце билось все быстрее и быстрее. Я остановилась перед его дверью и медленно подняла руку.
Когда я нажала на звонок, раздался знакомый пронзительный звук. Я сделала шаг назад и стала ждать, пока дверь откроется. В коридоре снова стало тихо, я подождала еще несколько секунд и беспокойно потопталась на месте. Я снова нажала на звонок. Дверь по-прежнему никто не открывал. И мой энтузиазм сменился отчаянием.
Я прижала ухо к двери. Вдруг Динчер увидел меня в глазок и не захотел открывать дверь? Однако спустя две минуты я поняла, что за дверью никого нет. Я развернулась и села на ступеньки, обняв колени. Я ведь предполагала, что такое может случиться, поэтому решила не уходить, пока он не вернется. Спустя два часа я подняла голову и посмотрела на черную дверь перед собой. Интересно, куда Динчер мог пойти после того, как ушел из музыкального магазина?
Я отправила сообщение Фуату, думая, что, возможно, Динчер отправился к группе. Однако через несколько минут Фуат опроверг это предположение, я вздохнула и прислонилась к стене.
Может быть, Динчер со своей семьей? Хотя он не навещал отца даже в хорошем настроении, вряд ли он поехал бы к нему в плохом.
Внезапно я отпрянула от стены, услышав, как по лестнице кто-то поднимается. Пульс участился, когда я быстро сползла по ступенькам к перилам. Просунув голову сквозь решетку, я попыталась разглядеть, кто идет, и увидела золотистую макушку поднимающейся женщины. Я, ворча, попыталась вытащить голову из решетки и тут представила, что Динчер увидит меня в таком положении, тогда я резко дернулась назад, игнорируя боль в голове. Почувствовав, что высвободилась, я с облегчением вздохнула.
Женщина, проходя мимо, удивленно посмотрела на меня. Она миновала пролет третьего этажа и продолжила легко подниматься. Вот почему она такая стройная. «Нисан! – закричал мой внутренний голос. – Разве сейчас подходящее время для того, чтобы рассматривать людей и анализировать их?» Я помрачнела. Сейчас не подходящее для этого время, но мне нечем заняться, сидя на лестнице и ожидая неизвестно чего! Перебранка с моим внутренним голосом была прервана звуком шагов еще одного человека, поднимающегося по лестнице.
Я повернула голову и снова посмотрела вниз. На этот раз я не стала просовывать голову между металлическими прутьями, чтобы не застрять еще раз. Я медленно встала и прислонилась к стене.
Звук шагов становился громче. Когда напряжение дошло до предела, все, что я планировала сказать, вылетело из головы. В этот момент глаза Динчера встретились с моими. Наши рты одновременно разомкнулись, и во взглядах смешались страх и волнение.
– Нисан?
Я поджала губы.
– Привет, – сказала я.
Пока я в изумлении смотрела на него, он поднялся на последние несколько ступенек и встал прямо передо мной. На нем был серый спортивный костюм и однотонная футболка такого же цвета, волосы были взъерошены, и я поняла, что считаю его привлекательным в любом виде.
– Давно ты здесь ждешь? – спокойно спросил он.
Я же ждала, когда Динчер выплеснет слова ненависти, которые забыл сказать в тот день. Его добрый взгляд, голос, полный нежности, которого мне так не хватало… Теперь я была совершенно ошеломлена.
– Несколько часов, – пробормотала я. Я искала в его взгляде холод, который мысленно ненавидела, потому что все еще помнила его злость. Но все, что я смогла найти в его глазах, – это тепло.
Динчер поднес руку к лицу и рассмеялся. Я молча наблюдала за ним. Он рассмеялся от злости? Собирался ли он обвинить меня в наглости, потому что я пришла сюда?
– Значит, ты здесь уже несколько часов?
Я нахмурилась.
– Да.
– Нисан, – сказал он с улыбкой, – я ждал тебя возле твоего дома.
В голове одновременно взорвалась тысяча фейерверков и заиграла знаменитая музыка, что звучит в заставке диснеевских мультфильмов.
– Что?
Динчер рассмеялся и сделал шаг ко мне:
– Я пришел к тебе домой, чтобы поговорить.
Он должен был повторить это еще раз, чтобы я поверила в то, что слышу, но я решила не испытывать судьбу.
– Почему? – спросила я, теряя контроль.
Зеленые глаза прищурились и молча смотрели на меня.
– Потому что я решил довериться тебе, дорогой писатель, даже если для кого-то другого это было бы большой глупостью.
Я слышала стук сердца в ушах.
– Я пришла сказать тебе, что вовсе не глупо довериться мне.
Уголки его губ слегка изогнулись, а взгляд стал мягче.
– Тебе не нужно ничего говорить. Просто дай мне почитать твой роман.
Я нахмурилась.
– Ты ведь не думаешь, что я продолжаю тебя обманывать? – спросила я, не веря в то, что слышу. – Это правда, что сначала я сблизилась с тобой, чтобы написать книгу.
