пределами нашего уютного бара, раздается взрыв — в дыру высыпается еще несколько камней, но на этом все.
— Ты победил дракона? — изумленно распахиваю глаза. — Теперь ты настоящий рыцарь!
— Я демон! — самодовольно заявляет мой мужчина. Теперь полностью мой, во всех смыслах.
Почему-то никому из нас не интересно пойти посмотреть, во что там превратились остатки дракона.
Ран вальяжно разваливается на этом слишком мягком диване, сгребает меня за плечи и прижимает к себе, цепуя в висок.
— Люблю тебя… — шепчу я тихонько.
— Я тебя больше, — смеется он.
Может быть, прямо сейчас к нам крадется еще один кошмар, но нам уже все равно. Мой демон справится с чем угодно.
Я переползаю на него сверху, с удовольствием запутываюсь в шелке его волос, пропускаю сквозь пальцы светлый водопад, целую и прикусываю ключицы и наконец добираюсь до сияющего бриллианта в ухе.
— Зачем ты его носишь? — спрашиваю, пробуя языком на вкус твердый камень, а потом прикусывая мочку.
Мне кажется, с ним связано что-то важное, но это странное знание, которому неоткуда взяться.
Ран морщится, словно очень не любит об этом вспоминать, но мне важен ответ.
— Это подарок Хаоса в нашу первую встречу. Если я столкнусь с могущественной силой, с которой не смогу справиться, я могу использовать заклинание в этом камне. Оно способно уничтожить любую опасность, вообще что угодно.
— И кого угодно… — задумчиво говорю я…
…выныривая из сбывшегося сна-подарка.
Немного неловкий момент, когда собственная свекровь устроила тебе интимное свидание с любимым мужчиной. Но теперь я знаю, каков он на вкус, этот мужчина, как нежен, неистов и безжалостно прекрасен он может быть. А заодно понимаю, чего ему стоила та победа над драконом и потраченный на нее камень-заклинание.
…вот этого…
Я вновь пересматриваю тот страшный момент в тронном зале:
Кхаран отвлекается всего на несколько секунд — чтобы дотянуться, успеть схватить раньше, чем Риг утащит меня на съедение Хаосу, запрет в комнате с порталом. Но эти драгоценные секунды превращают отточенную демонскую защиту в черное месиво из разорванных змей-лиан на полу тронного зала.
И тут же второй волной атаки из-под прикрытия сплетенных черных змеиных тел выстреливают острозубые крючья, впивающиеся в плоть среднего принца.
Растопыриваются внутри, каждое движение заставляет их вонзаться все глубже, причинять все больше боли.
Рраш знал, что так будет. Он готовил эту атаку, заранее просчитывая момент, когда брат ослабеет достаточно — и когда наплюет на собственную безопасность, чтобы спасти меня.
В тот же самый момент он обращается к силе Хаоса напрямую — как учил отец, как положено наследнику империи демонов. Сейчас в него вольется чистая мощь, которая просто вдавит Рана в мраморный пол, не даст пошевелиться… И тогда третья волна змей превратится в ленты, опутывающие его тело, а четвертые короткие черные росчерки вонзятся в татуировки, надолго лишив его доступа к магии…
Я бы могла пересматривать эту сцену раз за разом — так приятно увидеть удивление на лице Экхрраша, когда он не находит привычного отклика Хаоса на свой призыв.
Но в нем достаточно уже накопленной силы — и он продолжает воплощать свой план. Пропускает вторую фазу, переходит к третьей — ленты послушно связывают Кхарана, лишают возможности сопротивляться даже через боль. Летят клинки, протыкают его тело, запечатывая магию демонских татуировок…
Но вместо крови из разрезов льется чистый алый свет, словно сам Хаос спрятался внутри принца…
Ах, нет, простите, Императора.
Но Рраш еще не знает то будущее, которое уже известно мне.
Что-то пошло не так — ну и ладно. Главная задача не в этом.
Он тактически отступает, дав приказ своим змеям удерживать брата на месте — и торопится ко мне. Надеясь, что успеет, что Хаос поженит нас, а соитие — точнее изнасилование, будем называть вещи своими именами — даст ему доступ ко всей магии Хаоса, подвластной моему роду.
…в тот момент, когда я шагаю обратно через ало-черную пленку, с безумным сожалением расставаясь с Хаосом и чувством истинного дома, которое он мне дает, Ран как раз роняет в ладонь свою сверкающую сережку и заклинание — последняя надежда! — расплескивается ослепительным, знакомым мне светом по комнате.
Оба принца невольно зажмуриваются, а когда снова открывают глаза, перед ними стою я.
С младенцем на руках.
49. Сердце Хаоса
Пока братья пребывали в изумлении, я успела рассмотреть, что Кхаран больше не ранен, все его татуировки на месте, яркие и четкие, он свободен и весьма зол. Рраш зол не меньше — еще бы, только собирался праздновать победу, а тут все с начала.
Но все битвы закончились. Настало время совсем других дел.
— Это что? — требовательно спросила я у Рана, протягивая голого розового младенца.
— Я тебе все объясню! — быстро сказал он, подхватывая ребенка на руки.
И тут же словно начисто забыл обо мне: тут творилась особая магия. Выражение ярости и боли сползло с его лица, как демонское обличье, сменившись глуповатым умилением. Колючие черные звезды в алых глазах перелиняли в травяную зелень, длинные светлые волосы занавесили трогательную сцену первого поцелуя родного отца.
— И лучше бы побыстрее! — нарочито угрожающим тоном сказала я, из всех сил пытаясь не хихикать.
Воин с младенцем на руках — невероятно милая картина. Пожалуй, неплохо получилось. Начни я выбирать отца своему ребенку как Хаос — императрицу, и то вряд ли вышло бы лучше.
— Это наш ребенок, Рада. Хаос признал наш союз, — так и не отрывая глаз от малышки, пояснил Кхаран. — Первенца императрице дарит Хаос. Отцом становится тот, с кем она была близка последний раз.
Он нахмурился, словно пытаясь вспомнить что-то не существующее. Сплетение двух вариантов реальности не идет демонам на пользу. Это не их магия. Но скоро он забудет тот момент, когда по-настоящему испугался в Ночь Страха. У него останется память только о том, как я открыла ему доступ к силе Хаоса, и явившийся по наши души дракон ничему не помешал.
— Моя невеста отдалась другому?! Моему брату?! — взревел Рраш, и рисунки на его коже угрожающе задвигались.
Я закатила глаза.
Но сейчас было не до него.
— При чем тут Хаос! — возмутилась я, глядя на Рана. — Ты мне скажи, почему она девочка? Кто мне четырех сыновей обещал?
— Я обещал тебя удивить! — моментально сориентировался он. — Ты ведь удивлена?
— Невероятно, — проворчала я, забирая малышку обратно и укутывая ее в мгновенно возникшее в руках одеяльце. — Если б вы мне сразу пообещали, что я обойдусь без токсикоза, больной спины и болей при
