— призналась, даже не пытаясь сдерживаться. — Просто изумительно! Волшебство, созданное из ветра и медной проволоки!
— Ну, на самом деле тут много чего ещё задействовано, — рассмеялся Мэйншторм. — Но да, суть ты передала верно. А сейчас…
Я точно знала, что Дарий снова хочет меня поцеловать и была совершенно не против, но краем глаза заметила движение со стороны двери, а когда повернула голову, то с моих губ сорвался тихий писк — в мастерской находились посторонние.
Трое.
— Что такое? — моментально напрягся Дарий, как и я увидев незнакомцев только сейчас. — Кто вы такие и что вам надо?
Нам не ответили.
Закутанные в черные тряпки с ног до головы так, что оставалась лишь прорезь для глаз, они бесшумно разошлись полукругом. Я заметила в их руках кинжалы и внутри всё похолодело от осознания, что это убийцы. Наверное, надо было кричать и звать на помощь, но меня сковало ступором от ужаса, и лишь теплая рука Дария, который рывком задвинул меня к себе за спину, не позволяла отключиться из реальности.
Сам он схватил с ближайшего стола пассатижи и метнул ими в ближайшего незваного гостя. Затем что-то ещё и снова метнул. Отвертку, молоток, россыпь болтов, банку с какой-то жидкостью, которая выплеснулась злодею прямо в лицо, и тот сначала отшатнулся, а потом взвыл, начав тереть глаза и метаться по мастерской. Двое других, переглянувшись, метнулись к нам и завязалась потасовка, причем меня Дарий отпихнул к окну за своей спиной, и я могла лишь в ужасе наблюдать за происходящим. Ещё одного он сумел отпихнуть прямо на «лестницу Иакова», которая до сих пор была включена, и когда мужчина задел прутья рукой, то задергался всем телом, захрипел и запахло паленой плотью, от которой меня моментально замутило. Но оставался ещё третий…
Угрожающе зарычав, преступник начал опасно махать кинжалом, а Дарий схватился за стул, выставляя его в качестве щита, но мы все забыли о первом мужчине. А он, продолжая метаться по мастерской, снес со стола один прибор, другой, запутался в проводах, которые до этого лежали немного хаотично, но в целом не мешались, добрался до аккумулятора, который ещё заряжался, уронил его на себя, дернул, выдирая из него провода, которые тянулись с крыши от ветряка…
И вся комната превратилась в грозовое облако, внутри которого начали одна за другой разряжаться огромные, нестерпимо сияющие молнии. Они били и били, сбивая со столов приборы и инструменты, шипели и трещали, приводя меня в ужас, пронзили насквозь третьего преступника, отчего он аж засветился изнутри, затрясся и я увидела, как чернеют его вены вокруг глаз, а из него самого начинают бить молнии, а потом…
Одна из молний ударила и в меня.
Тело пронзила настолько нестерпимая боль, вместе с тем сведя судорогой все до единой мышцы, что я даже вдохнуть не могла.
И отключилась.
Глава 23
Когда я открыла глаза, то первым, что увидела, был потолок. Белый-белый…
Медленно моргнув, скосила глаза налево, потом направо…
Увидела, как ко мне спешит медсестра с тревожным выражением лица, и в груди всё обмерло. Я помнила, что было до того, как я потеряла сознание. Помнила всё. До последней секунды. Нападение. Вонь паленой плоти. Молнии.
Дарий…
Дарий!
— Тише, тише… — незнакомая женщина сжала мою руку, когда я дернулась всем телом, не желая верить в то, что…
Что…
— Мисс Алейно, спокойно, — добавила она уже строже, вводя мне в вену некий препарат, который в считанные секунды заставил тело обмякнуть, а разум затуманиться. — Всё хорошо. Все живы. И вы живы. И все. Все-все. Только не волнуйтесь.
— Правда? — сумела прошептать.
— Истинная правда, милая! — заверила она меня горячо. — Отдыхайте.
Её слова стали тем самым катализатором, который действительно помог расслабиться, и я закрыла глаза, позволяя себе уплыть в вязку дрёму.
В следующий раз, когда я пришла в себя, то обнаружила у своей постели не просто незнакомого медика, а магистра Эльдариньо, легендарного целителя министерства, что не прибавило мне спокойствия, но не успела я и рта раскрыть, как он наставил на меня палец.
— Без паники. А то знаю я вас, юных и впечатлительных. Скажу главное сразу: тело в порядке. Жених караулит за дверью. Остальные не пострадали. А теперь о важном.
Я медленно моргнула, не понимая, что может быть важнее моего здоровья и жизни близких, но то, что услышала дальше, заставило меня снова впасть в ступор.
— Молния, попавшая в ваше тело, разорвала ваше энергетическое ядро в клочья. И тут же слепила заново. Поздравляю. Ваш внутренний энергетический резерв возрос в сотню раз.
— Эм-м…
— Но это не очень хорошо, — тут же придавили меня очередным заявлением. — Тело пострадало. Ожоги на ногах и руках, повреждены ткани нервной системы, разрыв барабанных перепонок, судороги… Ну и по мелочи. Это всё мы вам вылечили. Но наблюдение снимать рано. Феномен, сами понимаете, не изучен. Лично я опасаюсь всякого: от сбоя сердечного ритма, до новых судорог и стремительного выгорания. Ваше тело и разум не подготовлены к подобным объемам магии.
— И… — я рвано выдохнула, — как быть?
— Наблюдаться. Учиться. Жить.
Последнее обнадежило. Так сильно, что когда мне заявили, что сейчас пустят проведать жениха, я не думала о каких-то там приличиях и манерах, платье и прическе, а просто вцепилась в руки Дария, когда он стремительно вошел, и позволила себя обнять. Крепко-крепко!
Никто из нас не произнёс ни слова, но слова были и не нужны. Он здесь. Рядом. Он жив. Мы оба живы!
И это главное.
Лишь когда магистр Эльдариньо, тактично прокашлявшись, заявил, что господин Мэйншторм сможет проведать меня и завтра, а при благополучном исходе и забрать, потому что физически я в полном порядке, но сейчас ему пора, Дарий мягко поцеловал меня щеку и шепнул, что придет. Обязательно придет!
А потом он ушел…
С тревогой проследив за тем, как он вышел из палаты, я перевела уже гораздо более сосредоточенный взгляд на магистра и спросила:
— А те трое? Живы?
— Местами, — многозначительно усмехнулся целитель. — Но с ними работаем уже не мы, а тайная канцелярия императора. Не волнуйтесь, к господину Мэйншторму уже приставлен опытный телохранитель. Под подозрением наши соседи из южной империи. Остальное, простите, тайна следствия. Итак… Роза. Пора прояснить главное. Скажите, что у меня в правом кармане?
Я
