от гражданских лиц. Раздать гарнизонам стимуляторы и системы автономного дыхания. Блокировать выезды из города для предотвращения распространения заразы в другие регионы.
Император обвёл взглядом министров.
— И запускайте мобильные пункты помощи. Поднимайте резервы медицинских складов. Вся власть в городе переходит к военным комендатурам. И найдите мне тех, кто создал эту заразу. Ищите лаборатории, ищите любые следы… Действуйте!
* * *
Пока я водил ладонью над грудью Валерии, направляя тонкие потоки энергии в её организм, на стене операционной бесперебойно работал телевизор, транслируя экстренные выпуски новостей.
Диктор в строгом костюме зачитывал указ Императора о снятии ограничений на распространение информации касательно биологической угрозы. На экране мелькали кадры из переполненных больничных коридоров. Журналисты перебивали друг друга, рассказывая о симптомах странной болезни. Пациенты теряли физические силы, страдали от бессонницы и превращались в абсолютно беспомощные тела на больничных койках.
Валерия же лежала на операционном столе и болтала без умолку, активно жестикулируя свободной рукой, доказывая мне несостоятельность телевизионных экспертов.
— Да ну, полная ерунда эти их репортажи… — уверенно заявляла она, глядя в потолок. — Я вот, например, чувствую себя отлично. Пришла на работу вовремя, сил выше крыши, и прямо сейчас готова встать и пробежать пару кругов по району…
Я улыбнулся и продолжил плавно перестраивать её клеточную структуру.
На металлической тумбочке рядом со столом выстроился отряд хомяков, которые организовали полноценную группу моральной поддержки. Командир отряда стоял на задних лапках и помахивал крошечным флажком, сделанным из зубной щётки и куска бинта. Двое его подчинённых держали наготове ватные диски, имитируя готовность вытирать пот со лба пациентки. Ещё один хомяк просто сидел рядом и тихонько пищал в такт её словам, создавая видимость активного участия в беседе…
Валерия продолжала рассуждать о панике в городе, о запасах продуктов и о необходимости перестроить график приёмов. Я слушал её тираду минут двадцать, методично вплетая новые защитные узлы в её ауру.
— Слушай, Лера, — я прервал её размышления о закупках антисептиков, — по правде говоря, я полностью разделяю твой энтузиазм… Но я вылечил тебя ещё час назад.
Она замерла на полуслове, и её глаза сфокусировались на моём лице.
— Э-м-м… Серьёзно?
— Ага.
Она приподняла голову и посмотрела на свои руки, затем перевела взгляд на меня.
— А зачем я тогда здесь лежу?
— Ну, происходит некоторая модификация организма… — спокойно пояснил я, проверяя плотность энергетического каркаса. — Не парься. Просто закрепляю результат и добавляю пару полезных настроек иммунитета, чтобы защитить тебя в будущем.
Валерия послушно опустила голову обратно на подушку и посмотрела на экран телевизора, где показывали очередного упавшего без сил прохожего.
— Вик, а ты вообще понимаешь суть этой болезни? Что это за вирус такой?
Я закончил работу с её грудным отделом и перешёл к сканированию лимфоузлов на шее.
— Практически всё понимаю. Болезнь совершенно неинтересная и скучная. Создатель этой дряни делал всё наспех. Он закрутил генетический код, нагромоздил кучу сложных узлов и попытался создать идеальное оружие массового поражения. Если вкратце, то он хотел убивать людей тысячами, — я усмехнулся, вспоминая кривые цепочки РНК, которые рассматривал в её крови час назад.
— Но автор перемудрил с алгоритмом репликации. Вирус получился агрессивным и сложным. В первую очередь он убивает сам себя. Биологический цикл замыкается в кольцо, программа даёт сбой и патоген разрушает собственную структуру. Люди выздоровеют через две недели без всякого лечения, их тела просто очистятся от мёртвых клеток вируса. Паника в городе раздута на пустом месте. Жертвы среди людей со слабым здоровьем будут, это неизбежно. Пусть местные светила медицины придумывают протоколы лечения, собирают консилиумы и получают свои медали. У них есть все шансы справиться с этой задачей.
Валерия нахмурилась, переваривая услышанное.
— Вик, а ты не хочешь помочь? У тебя же наверняка есть способ поднять всех на ноги за день.
Я отошёл от стола, подошёл к раковине и включил воду.
— Представь картину, Лера. Я выхожу на площадь, собираю журналистов и заявляю о наличии готового чудо-препарата, способного остановить пандемию. Раздаю лекарство, спасаю город… Знаешь, как быстро мою свободу приватизируют? Имперская безопасность и парочка высших родов упакуют меня в бронированный фургон ровно через пять минут после моего выступления. Я получу пожизненную прописку в секретном бункере, где буду варить эликсиры под дулами автоматов до конца своих дней.
Я вытер руки бумажным полотенцем и посмотрел на Валерию, которая задумчиво прикусила губу.
— Да, есть в этом логика, — согласилась она. — Сидеть в бункере — это плохая перспектива. Мы лучше здесь, в клинике, пересидим.
Я достал телефон из кармана джинсов и набрал номер Агнессы Новиковой. Гудки шли долго. Наконец, соединение установилось.
— Агнесса, привет, — сказал я, усаживаясь в своё кресло. — Когда мы сможем встретиться для обсуждения деловых вопросов?
— Виктор, ты выбрал абсолютно неподходящий момент, — послышался напряжённый голос графини, на фоне какого-то шума. — Ты смотрел новости? У меня в корпорации есть заболевшие сотрудники. Зараза распространяется по отделам. Скоро придётся полностью останавливать производственные линии. Моя личная гвардия теряет бойцов, люди падают без сил прямо на постах. Я держу оборону, пытаюсь организовать карантин… Мишу изолировали в специальном крыле поместья, к нему никто не подходит. Я запретила любые контакты, — она тяжело вздохнула. — И я вижу в этом шанс. Эта катастрофа может вывести мой род на совершенно новый уровень влияния в Империи, если нам повезёт выстоять и сохранить активы…
Я почесал подбородок, обдумывая её слова.
— Всё это полная ерунда, Агнесса, — абсолютно серьёзно сказал я. — Не бойся этой болезни. Давай встретимся.
— Виктор, прости, но ты не понимаешь ситуацию… Я не могу покинуть координационный центр. Город закрывают, кругом паника…
Я улыбнулся и переложил телефон в другую руку.
— Агнесса, послушай меня… Представь, что твой брат подхватит этот вирус, заразится и сляжет. Я приеду и вылечу его, быстро и без последствий. Что ты на это скажешь?
— Я бы назвала тебя лжецом и сумасшедшим, — медленно проговорила она. — Но я помню твои прошлые заслуги. Ладно, буду у тебя в клинике через час. Никуда не уезжай и жди меня.
Она сбросила вызов. Я посмотрел на погасший экран смартфона и улыбнулся.
— Да куда я отсюда денусь, — сказал я вслух, обращаясь к Валерии и хомякам. — У меня в графике на сегодня значатся два шимпанзе, питон, ягуар и крокодил. Работы непочатый край…
* * *
Агнесса появилась ровно через час, прошла прямо в мой кабинет, плотно закрыла за собой дверь и опустилась в кресло напротив.
Она достала из сумочки небольшую стеклянную баночку с металлической крышкой и поставила её на стол между нами.
— Канцелярия
