class="p1">— Оперативно, — похвалил я, забирая носитель. — Вольно, бойцы. Можете идти к кормушке, вы заслужили двойной паёк.
Хомяки радостно пискнули, строй рассыпался, и они бодро потрусили в сторону кухни, где их ждала миска с отборными зёрнами.
Я вставил флешку в ноутбук. На экране появились папка с грифом «Для служебного пользования». Передо мной развернулась стенограмма допроса того самого «Лесного Призрака» — человека, которого военные вытащили из сектора «Зелёный-4».
Читать эти сухие канцелярские строки было интересно. Дознаватели Департамента Специальных Расследований своё дело знали туго. Они выжали из парня всё, что могли, используя методы, балансирующие на грани закона и откровенного садизма. Впрочем, парень держался долго.
Его звали странным именем Доминик. Обычный с виду человек, бывший студент-биолог, который пять лет назад пропал без вести во время туристического похода. Все считали его мёртвым, а он, оказывается, выжил. И не просто выжил, а стал частью чего-то большего.
Он рассказывал о Структуре. Не банде, не клане, а именно о Структуре — организации без названия, которая опутала своей сетью Дикие Земли. Они вербовали отчаявшихся, сломленных людей, предлагая им силу в обмен на служение.
Этот Доминик был мелкой сошкой, всего лишь расходным материалом, чьей задачей было наблюдение за миграцией тварей и установка специальных сигнальных маяков, которые привлекали монстров к определённым точкам. Он даже не знал имён своих кураторов, только позывные и голоса, искажённые голосовыми устройствами.
Но кое-что интересное он всё-таки выдал.
В протоколе допроса красным маркером были выделены его слова о сборище фанатиков, которые верили, что человечество — это тупиковая ветвь эволюции, и будущее принадлежит гибридам. Они поклонялись силе, мутациям и изменению плоти. Именно они поставляли Структуре самых жутких и нестабильных химер, созданных в своих подземных лабораториях.
Я хмыкнул. Знакомый почерк… В каждом мире находятся идиоты, которые считают, что пришив себе хвост и отрастив лишнюю пару глаз, они приблизятся к божественности. Обычно такие эксперименты заканчивались тем, что «божество» сходило с ума и начинало жрать собственных последователей.
Но самое интересное было в конце отчёта. Допрос прервался внезапно. В графе «Состояние заключённого» значилось: «Смерть в результате обширного кровоизлияния в мозг. Причина не установлена».
У парня в голове наверняка стояла ментальная закладка, которая сработала в тот момент, когда он подошёл слишком близко к опасным тайнам. Или же его просто «выключили» его хозяева, поняв, что он попался.
Сейчас следователи рыли землю, пытаясь понять, как такое возможно в изолированной камере, экранированной от магии. Они искали яд, искали предателя среди охраны… Наивные… Против грамотно поставленной ментальной бомбы стены не помогут.
Я закрыл файл. Картина прояснялась. В городе действовала мощная, законспирированная сеть, которая использовала химерологию как оружие. И у них были ресурсы, знания и полное отсутствие моральных принципов.
Именно таких я и любил… «воспитывать».
Весь следующий день я посвятил рутине: принимал пациентов, смешивал мази, ругался с поставщиками оборудования, которые опять сорвали сроки доставки новых фильтров. Обычная, размеренная жизнь владельца ветеринарной клиники, который по совместительству является самым опасным существом в городе.
Утром следующего дня в клинике стояла подозрительная тишина. Обычно Валерия приходила первой, включала музыку, варила кофе и начинала гонять хомяков, проверяя чистоту. Но сегодня приёмная была пуста.
Я посмотрел на часы — восемь пятнадцать. Для Валерии, которая отличалась патологической пунктуальностью, опоздание на пятнадцать минут было нонсенсом.
И вот, дверь наконец-то открылась, и она вошла. Выглядела она… паршиво, и это было ещё мягко сказано. Бледная кожа с землистым оттенком, под глазами залегли глубокие тени, нос красный… Она двигалась медленно, было видно, что каждое движение давалось ей с трудом. А ещё она куталась в объёмный тёплый кардиган, хотя в помещении было тепло.
— Привет, Вик… — сказала она хриплым и слабым голосом, похожим на скрип ржавых петель.
Валерия прошла к стойке, тяжело опустилась на стул и уронила голову на руки. Я подошёл ближе, внимательно разглядывая её.
— Так, и что это у нас за косплей на зомби-апокалипсис?
— Я заболела, — буркнула она в стол. — Простуда… Или грипп… Голова раскалывается, горло болит, всё тело ломит…
— Заболела? — я приподнял бровь. — Интересно…
— Что тут интересного? — спросила она, с трудом поднимая голову. — Обычное дело… Продуло где-то, или вирус подхватила. Наверное, кто-то чихнул рядом… С каждым бывает. Сейчас выпью парацетамол, запью горячим чаем, и всё пройдёт. Работать надо…
Я молча смотрел на неё. В моей голове крутились шестерёнки анализатора.
— Лера… — медленно произнёс я. — Ты же понимаешь, что это невозможно?
— Что невозможно? Заболеть? Вик, я человек. Люди болеют… У меня такое сто раз было. Иммунитет упал… Всё окей, я справлюсь.
— Нет, не всё окей, — я обошёл стойку и встал рядом с ней. — Ты забыла, с кем работаешь? И что я с тобой сделал?
— В смысле? — она подняла на меня мутный взгляд.
— Я провёл тебе полную коррекцию организма. Усилил твой иммунитет, разогнал метаболизм, вживил пассивные атрибуты регенерации. Твоя иммунная система сейчас способна переварить бубонную чуму и попросить добавки. Обычный вирус гриппа должен был сдохнуть ещё на подлёте к твоей носоглотке. Ты физически не можешь заболеть простудой. Твой организм уничтожил бы её за секунды.
Валерия шмыгнула носом.
— Ну, значит, этот вирус какой-то особенный, мутировавший… Сейчас такие штаммы ходят, что никакие прививки не помогают…
Я положил ладонь ей на лоб. Кожа была горячей и сухой, температура зашкаливала.
— Горячая, — констатировал я. — Очень.
В этот момент телевизор на стене, который обычно крутил рекламные ролики кормов для животных, прервал трансляцию. Появилась заставка экстренных новостей.
— Внимание! — тревожный голос диктора заполнил приёмную. — Комитет Здравоохранения объявляет о введении режима повышенной готовности! В столице зафиксирована вспышка неизвестного заболевания!
На экране появились кадры: переполненные больницы, люди в масках, очереди скорых…
— Симптомы развиваются стремительно: высокая температура, слабость, помутнение сознания, отказ внутренних органов… Болезнь поражает избирательно, но бьёт наповал. Государственные предприятия закрываются на карантин. Школы и университеты переходят на удалённый режим. Врачи разводят руками: стандартные схемы лечения не работают. Антибиотики, противовирусные, магическое целительство — вирус игнорирует всё!
Валерия смотрела на экран, и её глаза полезли на лоб от ужаса.
— Это… это про меня? — прошептала она. — У меня те же симптомы…
— Похоже на то, — кивнул я, не отрывая взгляда от телевизора.
— Но как? — её голос дрогнул. — Ты же сказал, я защищена… Какой шанс, что я могла подхватить эту дрянь?
— Учитывая твою симптоматику… Девяносто девять процентов.
— Девяносто девять⁈
— Да. Это не обычный вирус, Лера. Это искусственно созданная биологическая дрянь, боевой агент. Кто-то выпустил в город модифицированную заразу. Она создана так, чтобы пробивать стандартную иммунную защиту.
