В то время как ночные бомбардировщики производили налеты на объекты Германии, истребительная авиация и дневные бомбардировщики наносили удары по объектам противника в Северной Франции. После того как осенью 1940 года немецкая авиация прекратила массированные дневные налеты на Англию, большое количество наших истребительных эскадрилий перенесло свои боевые действия по другую сторону Ла-Манша. Поэтому первое, с чего начал главный маршал авиации Дуглас, заступивший вместо Даудинга в конце ноября 1940 года на пост командующего английской истребительной авиацией, было проведение в жизнь, с одобрения штаба английских ВВС, наступательных действий по объектам противника, расположенным во Франции.
Таким образом, начиная с декабря 1940 года английская истребительная авиация начала проводить систематические налеты на территорию противника. Действуя самостоятельно небольшими силами по плану операции «Рубабс» или значительными силами при сопровождении нескольких бомбардировщиков по плану операции «Сёркес», наши истребители не давали противнику покоя. Задачи, которые ставились перед истребителями, были разнообразными: уничтожение самолетов в воздухе и на земле, обстрел и бомбардировка аэродромных сооружений, портов и других объектов. Основная цель этих действий заключалась в том, чтобы вынудить немцев сохранить на Западе сильную противовоздушную оборону. Если бы нам удалось заставить противника увеличить численность истребительной авиации, количество зенитных батарей и радиолокационных станций во Франции и Бельгии за счет сокращения сил в Юго-Восточной Европе, то, как мы надеялись, это могло бы спасти Грецию и Югославию от захвата Гитлером. В то же время это сулило огромные моральные преимущества, так как наши летчики привыкали навязывать противнику свою инициативу.
Вплоть до июня 1941 года наступление английской истребительной авиации носило ограниченный характер. В период с 20 декабря 1940 года по 13 июня 1941 года наши истребители произвели только 104 самолето-вылета по плану операции «Рубабс» и провели 18 воздушных боев с истребителями Противника, в ходе которых немцы потеряли семь, а мы восемь самолетов. В течение этого же периода наша авиация произвела 11 налетов по плану операции «Сёркес». в самом крупном налете участвовало 30 бомбардировщиков и около 300 истребителей. В ходе этих налетов мы потеряли 25, противник — 15 самолетов.
Нападение гитлеровской Германии на СССР требовало усиления наступательных действий нашей истребительной авиации. Если в свое время было необходимо вынуждать противника удерживать свою авиацию на Западном фронте с тем, чтобы предотвратить ее использование против греков, то теперь еще важнее было не допустить использования немецкой авиации против русских. Поэтому мы активизировали действия нашей авиации по другую сторону Ла-Манша[81]. В период с середины июня до конца июля 1941 года Истребительное командование, прикрывая действия 374 бомбардировщиков, произвело около 8000 самолето-вылетов. По нашим подсчетам, было уничтожено 322 самолета противника, мы потеряли 123 самолета. Это было уже большим достижением. Численность дневной истребительной авиации противника в Северной Фракции составляла около 200 самолетов, поэтому потери немцев должны были означать либо полное уничтожение авиации в этом районе, либо стопроцентное обновление ее самолетного парка. К сожалению, очень часто наблюдалось большое несоответствие между донесениями экипажей о количестве сбитых самолетов противника и числом фактически сбитых самолетов. Теперь известно, что немцы в этот период потеряли только 81 самолет, то есть примерно в четыре раза меньше, чем мы предполагали. И все же численность самолетов 2-й и 25-й немецких истребительных эскадр на Западном фронте снизилась с 200 самолетов в июне до 140 самолетов в августе, а количество исправных самолетов соответственно снизилось с 75 до 60 процентов. Кроме того, немцы вынуждены были отозвать на Запад значительное количество опытных летчиков с Восточного фронта.
Хотя наша разведка была введена в заблуждение относительно действительного количества сбитых самолетов противника, она располагала достоверными данными о дислокации и всех перемещениях немецких военно-воздушных сил. Рост потерь бомбардировочной авиации вскоре вынудил нас сократить масштабы воздушного наступления по объектам на территории противника. Это решение было принято в августе, то есть как раз в тот момент, когда боевые действия истребительной авиации начали приносить определенные результаты. В ходе этого наступления в 1941 году, по нашим данным, сбито около 800 истребителей противника, в то время как наши потери составили 462 истребителя. Теперь известно, что немцы потеряли только 183 самолета. Таким образом, мы потерпели неудачу как в соотношении потерь своих самолетов и самолетов противника, так и в попытке отвлечь истребители противника с Восточного на Западный фронт.
***
В то время как английские ВВС оказывали нажим на противника в Европе, на Дальнем Востоке появился новый противник — сильный, решительный и коварный. 7 декабря 1941 года японцы нанесли свой ошеломляющий удар. Какой-то момент казалось, что все, с таким трудом достигнутое нами с 1940 года, поставлено под угрозу. И все же, несмотря на те мрачные дни, когда за поражением наших вооруженных сил в Киренаике последовали катастрофы в Малайе и Бирме, Англия могла искать утешение в том, что в 1940 году она стояла перед еще большей угрозой и все-таки выжила. То, что она смогла устоять против превосходящих сил противника и бороться в одиночестве до присоединения к ней двух великих союзников, объясняется рядом причин, причем боевая деятельность наших военно-воздушных сил является далеко не последней. А тот факт, что английские ВВС спасли Англию в 1940 году[82] и затем перенесли войну на территорию Германии, в свою очередь объясняется многими обстоятельствами, из которых основными являются следующие: здравый подход к новым идеям людей, ответственных за развитие авиации, которые, несмотря на ограниченные материальные ресурсы и неблагоприятное общественное мнение, за короткий промежуток времени в двадцать лет сумели создать к 1939 году боеспособные военно-воздушные силы; великолепная выучка и высокие боевые качества летного состава английских ВВС, ибо общеизвестно, что исход войны в воздухе больше, чем в войне на суше или на море, в конечном итоге зависит от индивидуальных качеств бойца. В этом отношении английские ВВС периода 1939–1941 годов могли найти себе равных, но ни в коем случае не могли оказаться превзойденными.
Часть II
БОРЬБА С ПЕРЕМЕННЫМ УСПЕХОМ
Глава 1
ЯПОНИЯ НАНОСИТ УДАР
В одно прекрасное солнечное утро в мае 1925 года в Лондоне состоялось совещание — главнокомандующих тремя видами вооруженных сил Британской империи. Предметом этого совещания являлось рассмотрение вопросов обороны небольшого острова Сингапур, расположенного у входа в восточную часть Малаккского пролива и находящегося на удалении более 13 000 километров от берегов Англии. На южном берегу этого острова лежит большой город, а на северном расположена военно-морская база Сингапур, считавшаяся в течение многих лет «Гибралтаром Дальнего Востока». После окончания осенью 1939 года строительства этой базы, обошедшегося в 60 миллионов фунтов стерлингов, она была снабжена и оборудована всем необходимым, начиная от ленточки для фуражки морского офицера и кончая 15-дюймовыми орудиями береговой артиллерии; а у гранитных и железобетонных причалов базы находился плавучий сухой док длиной 300 метров и шириной 40 метров, в котором мог разместиться самый крупный линейный корабль. После 15-дневной осады под натиском стотысячной японской армии 70 000 защитников острова капитулировали и были захвачены в плен. Более половины из них погибли из-за исключительно тяжелых условий жизни в плену. Падение Сингапура было одной из самых больших военных катастроф в истории английских вооруженных сил.
Эта катастрофа произошла через 17 лет после того памятного майского утра, когда три военных руководителя занимались в Лондоне рассмотрением вопросов обороны Сингапура.
В 1921 году было решено перенести главную военно-морскую базу Англии на Дальнем Востоке из удаленного и открытого для нападения противника Гонконга в другое, более безопасное место. В течение двух лет Имперский комитет обороны тщательно изучал вопросы, связанные с непрерывно растущей мощью японского военно-морского флота. Для английской военно-морской базы на Дальнем Востоке необходимо было найти менее удаленное и более безопасное место на случай военных действий между Англией и Японией. Комитет считал, что таким местом является остров Сингапур; такого же мнения придерживалась имперская конференция, состоявшаяся в 1923 году. После этой конференции прошло два года, а эксперты не прекращали работу в поисках наилучших методов обороны этого острова. На майском совещании 1925 года предметом дискуссии явился вопрос выработки наилучших методов зашиты медленно строящихся доков и арсеналов новой военно-морской базы. Начальник штаба военно-морских сил Англии и начальник Имперского генерального штаба одобряли такую форму обороны Сингапура, которая могла бы обеспечить его защиту при помощи стационарных 15-дюймовых орудий в сочетании с орудиями мелких калибров. Такой вид обороны был хорошо проверен и в том или другом варианте выдержал испытания многих войн. Тренчард, начальник штаба английских ВВС, предпочитал иметь более подвижную систему обороны с наличием в ней оружия, обладающего большей дальностью поражения. По мнению Тренчарда, к артиллерии, подводным лодкам и легким надводным кораблям, выделенным для защиты Сингапура, следовало добавить эскадрилью истребителей, две эскадрильи бомбардировщиков-торпедоносцев и отряд гидросамолетов.
