зажмурился от удовольствия.
В этот раз на нём не было молочного бархата и вороньего плаща. Выглядел он по-современному, настоящим модником из богатого района Линдо: костюм-тройка цвета сахарной пудры, штиблеты белой кожи, не древний посох, а трость… Но в память о прошлом облике на груди чернели три тонких пера. Волосы отливали всё той же холодной платиной, и всё так же пугала неестественная, металлическая гладкость лица…
А глаза, что раньше никак не удавалось разглядеть, были разными: один – зелёный, как турмалин, другой же – чёрный, будто оникс.
– Это ведь тебе подчиняются Карающие, так? – вдруг вырвалось у Дайаны.
– Вы правы, милая леди, – ласковым, словно прикосновение бабочки, тоном откликнулся Лерой. – Я польщён, что вы знаете обо мне.
– Не думай, что тебе оказана честь, – вскинула подбородок Дайана. – Ты убил мою подругу!
– Фактически – не я. Это Карающий забрал её Жизнь, – подавив зевок, спокойно ответил Лерой, точно говоря о погоде. Он погладил набалдашник трости и без предупреждения улыбнулся. – Карающим это нужно для пропитания. А что до меня – я просто собираю… коллекционирую Жизни.
– Убирайся! – задохнувшись от омерзения, прокричала Дайана. – Я не желаю тебя видеть!
Но Лерой встал, и на губах его вновь заиграла улыбка.
– Чтобы прогнать меня, требуется нечто большее, чем слова.
Быстро – Дайана даже не осознала, насколько быстро – улыбка оказалась вплотную. Пахнуло мятой. И лавандой.
– Требуется… Сила.
Шёпот. Шёпот со всех сторон.
Зрачки в глазах исчезли. Радужку заволокло чёрной, как дёготь, пеленой.
На Дайану смотрел Карающий.
Похолодеть, отпрянуть, закричать…
И не услышать ни звука.
Каблук угодил во что-то мягкое, податливое, словно трясина. Комната закрутилась вокруг – и будто поглотила саму себя. В лицо ударил песок: мелкие, белёсые, как пыль, песчинки, кристаллики, что вонзились в глаза, колкими поцелуями царапнули кожу…
А когда песчаная волна схлынула – Дайана уже стояла среди пустыни. Одна.
Нервно облизать губы, оглядеться…
Небо – чёрное, как траурный креп. Песок – умопомрачительно-светлый, цвета жемчужной пыли. Холод мраморного склепа, оглушительная тишина, пустота…
…Нет, не пустота.
Что-то задело фиолетовый рукав – и отскочило, метнулось лисьим хвостом. Сбоку, сверху, из-под ног.
Рот Дайаны приоткрылся. Огибая её, вверх взмывали серебристые тени – словно обитатели морских глубин, что поднимались к поверхности моря ночами, пульсировали и переливались странным холодным огнём…
Это было печально. Это было прекрасно.
Хотелось лечь на песок. Закинуть руки за голову, да остаться здесь. Просто лежать, смотреть… Смотреть, как они кружат, как пугливо подлетают к самому лицу… Шепчут что-то…
Смотреть. Точно коллекционер на любимую коллекцию. С жадной любовью… С желанием дополнять.
Среди антрацитовой черноты неба промелькнуло нечто более чёрное.
«А ведь и ты можешь создать свою коллекцию…»
Шёпот серебряных теней испуганно стих.
«Ты можешь обладать…»
Бесшумно как смерть взмахнули огромные крылья.
«…Лишь стоит тебе пожелать».
С неба смотрели десятки, тысячи белых, словно черепа, ликов. Готовых подчиниться… Готовых убивать. Беспощадными жнецами косить и косить чьи-то жизни.
Прохладный запах мяты – совсем близко. Неслышная поступь ног.
– Прими свою Силу – и сможешь ими повелевать, – прошептали губы Лероя в самое ухо. – Прими свою Силу – и сможешь свернуть горы!
Карающие смотрели с беспросветно чёрных небес. Ни звёздочки, ни огонька…
– Стоит пожелать… Стоит загадать…
Холод цепких пальцев опустился на плечи.
«Загадать», – мысленно повторила Дайана.
И услышала чужой голос, ощутила рукой чужие пальцы. Тёплые, хоть и сверкающие мертвенной белизной.
«Загадывай желание, Ридделл».
Звёзды над Линдо. Звёзды, величиной с кулак.
– Загадать…
Сладкий запах. Сладкий шёпот.
«Уже загадано».
– Убирайся!
Крик потонул в рёве урагана. Песок вздыбился, унёс хохочущего демона прочь. Буря взвилась до небес, разметала Карающих на обрывки и клочья. Дайана упала на колени, вонзила дрожащие пальцы в песок…
Песчаная волна поднялась, будто белая кобра. И накрыла.
***
…Горное ущелье. Река – жидкая лазурь, что несёт кувшинки – золотые блики. Ослепительно-белые, как песец, шапки снегов.
Зажмуриться снова?
Нет.
Дайана медленно встала на ноги, чувствуя, как холодеет ладонь, полная серебристого песка. Она стояла на самой вершине одинокой горы, и ветры, что царили вокруг, обдували её то жаром, то холодом.
– Красиво, не правда ли?
Он подошёл с правого бока, упёрся обеими руками о трость. Дайана отшатнулась, и вниз посыпались камешки.
– Это – Майтрин, – беззаботно, с мягкой улыбкой сообщил ей Лерой, кивнув в сторону реки. – А вон там, у тех гор, далёкий северный Беадорф. Там обитают нордены.
– Зачем я здесь? – резко спросила Дайана.
Лерой поглядел на неё васильково-голубыми глазами и улыбнулся, отчего на гладких щеках появились ямочки.
– Чтобы ты узрела часть Эвалоннии, облюбованную твоим отцом. Чтобы осознала всю мощь его замысла.
Зачаток нового мира…
Он и вправду прекрасен, с бесконечной грустью подумала Дайана.
Лерой чуть склонился к ней, будто уловив мысли.
– Это лишь часть мозаики, дорогая. И ты можешь помочь собрать её воедино.
– Я стану ведьмой? – спросила Дайана, наблюдая, как плывут золотые блёстки на Майтрин.
– Намного, намного больше, чем ведьмой! Ты будешь властвовать над бурями, морями и мирами… Видеть счастливые лица слуг, умирающих за тебя, и тьму, в смирении ползающую у твоих ног… Разве ты не хочешь этого, Дайана? Разве ты не хочешь править?..
«Нет, нет», – кричало где-то далеко внутри.
А затем вспомнилась Моргейна.
«Всего одно слово родит пламя. Всего один изгиб тонких губ – и на землю обрушится дождь».
Лерой приблизился. Нежно приобнял одной рукой.
Ногти Дайаны впились в ладонь, бледное лицо её чуть подрагивало.
– Тебе не нужно бояться этого. Ты не можешь не любить колдовство: это уже в твоей крови. Посмотри.
Дайана проследила за его взглядом, и…
Песок с мёртвой пустыни исчез. Вместо него ладонь Дайаны обвивали языки тёмно-аметистового пламени.
– Нет!
Зрачки её расширились от ужаса.
– Не бойся, – промурлыкал Лерой. Глаза, что стали топазовыми, ярко засверкали. – Только почувствуй… Прими Силу…
– Нет!
Фиолетовый огонь погас, и руки Лероя отдёрнулись.
Дайана подавила дрожь. Смахнула холодный пот с лица.
– Нет, – тихо, но твёрдо повторила она.
Ущелье, река и горы утонули во тьме. Вместо них появилась комната с грубыми, каменными стенами.
Дайана подошла к окну. Подняв руку, стиснула пальцы на шершавой решётке.
– Скажи отцу, что я отказываюсь. Он может убить меня, если хочет. Мне всё равно. Но я отказываюсь… Отказываюсь быть ведьмой. И уничтожать.
Вздох, лёгкий сквозняк, тишина…
Демон исчез, можно было не оборачиваться, чтобы узнать это.
Конечности мелко задрожали, рука крепче сжалась на решётке, и непрошенные слёзы смочили глаза.
«Улыбнись, Ридделл.
Ведь ты выдержала испытание.
Выдержала».
Дайана сморгнула слёзы…
И улыбнулась.
***
В кресле
