это не значит, что она примкнёт к отцу! Были другие люди, другие Ридделлы… Она не верит, что все они обладали злой Силой, причиняли зло!
Монотонный голос не умолкал; жуткие, непонятные слова метались в воздухе, как летучие мыши. Дайана корчилась, стоя на коленях посредине круга. На глазах её выступили слёзы, и зал на мгновение раздвоился, всё раздвоилось на равные части…
– Я… не буду…
Фиолетовый свет. Там, где подсыхала капелька крови.
– Я…
Чаша в руках Слуги взорвалась – запрыгали по камням черепки.
А пламя, что вырвалось на волю, накинулось на духа.
«Нет!»
Попытаться встать, попытаться закричать… Боль с лёгкостью швырнула обратно.
Барон продолжал читать. Безмолвно кричащий дух – гибнуть.
«Цель оправдывает средства, милая», – словно чьи-то губы коснулись уха.
Крик прорвался – неистовой яростью, что пронеслась по залу, разметав перекошенные свечи. Дрожь, от которой трясло всё тело, перешла в камень: пол дрогнул, обнажая земляные недра. И край расселины – щербатой, как улыбка монстра, – коснулся магического круга.
Встать на ноги, ударить по невидимой преграде кулаком…
Символы, что оберегали круг, потускнели. Крохотное пламя на каждом из них погасло.
Ударить ещё, закричать! Остановить их, пока ещё не поздно!..
…Поздно.
Дух исчез – ни обрывка плаща, ни клочка плоти. Аметистовый вихрь, сыто гудя, расширился и потемнел. Но что это? В нём промелькнула смутная фигура?
Внезапный страх. Новая боль – будто кровь в каждой жилке закипела.
…Так и есть. Пламенный некто повернулся, чтобы в упор уставиться на Дайану.
Белая, серповидная вспышка – улыбка.
Сотня кинжалов заворочалась в голове.
«Нужно вырваться. Убежать. Найти выход отсюда!»
Кулак ударил прозрачный барьер – и вошёл в пустоту. Но шагнуть из круга Дайана не успела.
Пламя бросилось, обернулось вокруг фиолетовой змеёй. А дальше…
Дайана вскрикнула, отступила. Глаза её расширились.
Аметистовое платье, смоляные завитки волос. Волчья улыбка на до ужаса знакомом лице.
Дайана вдруг поняла, что ноги больше не держат её.
Зал поплыл, вспыхнул… И перевернулся.
***
…Вокруг только жар, темнота и злая, как цепная собака, Сила. Но вот из-за угла вылетает Дориан с глазами, раскалёнными докрасна.
– Беги, Ридделл, беги!
И она бежит. Бежит по гулким, полным спутанных проводов и старых рельсов лабиринтам. Вбегает в первую открытую дверь, проносится по залу, огибая колонны…
Рдяные огоньки. Ониксовый трон.
Вампиры кланяются, точно хозяйке. Подводят к сиденью из чёрного, как тьма, камня. И Аббат, звеня бубенцами на костюме придворного шута, почтительно подносит кубок чистого серебра.
Глоток вязкого, солёного…
Кубок летит прочь, ужас туманит разум. Дайана вскакивает, бросает солнечный брегет… Бежит.
Дальше, дальше, дальше… По Кроличьей норе – и ввысь. Холодный вихрь подкидывает к небу, крутит, словно воздушная карусель.
Но Линдо больше нет. Линдо раскололся, развалился на части. Дайана падает в никуда, разевая беззвучно вопящий рот…
Внезапная каменная твердь. Ущелье невдалеке, из глубин которого то и дело выстреливает аметистовое пламя.
А на краю – две фигуры в чёрном и белом.
Дайана слышит хриплое дыхание, лязг мечей, что сверкают в руках… Но больше – ни звука.
Одинаково быстрые, одинаково сильные. Невероятные выпады, молниеносные удары…
Пляска огня продолжается. Бесконечной мукой тянется бой. Но вот…
Дайана вздрагивает всем телом, когда чёрный воин пронзает противника насквозь. Кажется, это в её груди кровавым цветком распускается рана.
Победитель сталкивает побеждённого в огонь. Успевает презрительно махнуть вслед… Но колени подгибаются.
И он умирает.
***
Дайана очнулась, лёжа на своей кровати прямо в платье. Глубоко вдохнула и выдохнула, провела дрожащей рукой по лицу…
Лёгкий смешок заставил руку отдёрнуться.
Девушка-двойник сидела в изножье и смотрела на Дайану, накручивая на палец чёрную прядь.
– Ну, привет.
Дайана не ответила. Лишь неловко, шурша юбками, сползла с постели, стараясь держаться подальше от неё.
На загривке шевелились волосы. Во рту было солоно, будто и вправду пила кровь…
– Кто… – начала Дайана и закашлялась. – Ты кто?
Девушка рассмеялась, сощурив глаза. Встала с небрежным изяществом зверя. Теперь одетая в мужской костюм – куртка и брюки для верховой езды – она была копией Дайаны во всём, кроме глаз. Тёмные, цвета штормовой сини, они таили в себе скрытую угрозу.
– Я-то? Элейн, разумеется.
– Элейн? – тупо повторила Дайана. Она никогда не любила своё второе имя.
– Так точно. Вторая половина твоей сущности, – весело сказала девушка-двойник и пояснила: – Тёмная половина, учти.
Она шагнула ближе. И развеселилась ещё больше, стоило Дайане попятиться.
– Зачем ты здесь? – выпалила она, отступая к стене. – Зачем отец это сделал?!
– Глупый вопрос для такой умной девочки, – с нескрываемой издёвкой ответила Элейн.
Взгляд Дайаны заметался по комнате. Она облизала губы, скороговоркой заговорила, словно размышляя вслух:
– Я отказалась помогать. Но ему нужна Сила, а не моя злая сущность. Мой дар… Мой… – Дайана вскинула на Элейн глаза. Двойник деловито изучала ногти. – Мой дар тоже разделился? Отвечай!
Элейн подняла взгляд, блеснувший красными огоньками.
– Извини. Теперь он только мой.
– Ты лжёшь! – в отчаянии вскричала Дайана.
– Тогда почему ничего не происходит? Ты в ярости, а замок не разнесло на куски, – хладнокровно заметила Элейн.
– Нет! Ты всё врёшь, врёшь, врёшь!..
Элейн расхохоталась.
– Отнюдь, – сказала она, отсмеявшись. – И очень скоро, – с плотоядной улыбкой добавила Элейн, – я буду создавать миры… Разрушая.
Дайана чуть не зарычала от бессильного гнева. Нет, это не может быть правдой!
– Я не позволю тебе! – выкрикнула она – шагая Элейн навстречу, поднимая для пощёчины ладонь…
Насмешка в сапфировой синеве. Ни слова, ни движения – но рука Дайаны тут же застыла, будто нечто невидимое, цепкое перехватило и оплело её в полёте.
Элейн подступила вплотную – так, что дыхание коснулось лица.
– Я достаточно томилась взаперти, – шепнула она, скаля зубы. – Но больше никто не удержит меня. Никто и никогда. Поняла?
Миг – и рука освободилась. Взмах продолжился, но рука ударила пустоту: Элейн ускользнула, неуловимая, как ветер. Дайана пошатнулась и упала.
Хлопнула дверь. Но леденящий смех двойника продолжал метаться по комнате и звучать в мозгу.
***
Она шла бодрым, пружинистым шагом. Ноздри трепетали, вбирая сладостно-холодный воздух, пальцы касались каменных стен, обводя все шершавости и бугорки. Хотелось броситься вскачь, пройтись по всему замку в ритме джиги, во всё горло вопя: «Свободна, свободна!» на каждом углу…
Элейн стянула у встречного Слуги кроваво-красное яблоко с подноса. Впилась в него так, что по сторонам брызнул восхитительный сок. Съела – жадно, урча, упиваясь каждым укусом… чувствуя, как работают её челюсти, как смыкаются и размыкаются её зубы…
«Свободна. Свободна!»
Навстречу попался драконий воин. Элейн послала ему воздушный поцелуй, промчалась по лестнице и
