Очередная зарубка.
— Звучит прекрасно, — сказал я, изображая на лице некую комбинацию из недоверия и воодушевления. — Но, боюсь, это слишком великолепно, чтобы оказаться еще и реализуемым.
— Вот и снова вы не хотите воздать нам должного. Все сказанное вполне в наших силах. Но, разумеется, при одном условии.
Снова пауза — и снова моя реплика:
— При условии серьезной поддержки с нашей стороны?
— Рад, что на сей раз вы все поняли.
— Вы доходчиво объясняете.
— Итак, вы согласны?
— На сотрудничество? Но вы так и не раскрыли — в чем же оно, собственно, должно заключаться.
— Разве? Простите, я просто еще не добрался до этого. Мы не собираемся требовать от вас ничего невыполнимого; мы не намерены давать вам какие-либо поручения или указания, связанные с вашей работой в Пространстве Сна. То есть у нас и в мыслях нет — вмешиваться в ваши дела. От вас же мы хотим лишь одного. Зная заранее схему ваших действий там, мы могли бы заблаговременно и качественно обеспечить их подстраховку отсюда. Это — первое. Возможностей у нас немало. Начиная хотя бы с гарантий безопасности вашей плоти здесь. Согласитесь, что до сих пор вы относились к этому достаточно легкомысленно. Разумное ли дело — уходить на операцию из своего дома, как это сделали вы на этот раз. Да и там, в Бюро — любое тело можно просто-напросто вынести через окно палаты, в наше время ни для кого не составит трудности проникнуть на второй или третий этаж извне, вынуть стекло — ну, и так далее…
Еще одна зарубка — и достаточно глубокая. Что же касается ухода из моей квартиры прямо в Пространство Сна — этот факт не вполне совпадал с тем, что подсказывала быстро проясняющаяся память.
— А вот попробуйте, — продолжал он, высокомерно усмехнувшись, — вынести хоть самую малость отсюда. Что — вынести; вы и сами отсюда не выйдете без нашей помощи. Прежде всего — просто заблудитесь! Здесь же вы будете в сохранности, как в банковском сейфе. И это — лишь наименьшее из того, что мы можем вам предложить. Хотя, не отрицайте, собственное тело — не такая уж малость…
С этим я просто не мог не согласиться.
— Второе, — продолжал капитан. — Как вы сами понимаете, всякое ваше действие в ПС будет вызывать противодействие здесь — со стороны ваших — и наших — оппонентов. Ясно же, что их ответные ходы там будут зарождаться здесь. И, предполагая эти возможные ходы, мы получим неплохую возможность пресечь их тут уже в начальной стадии.
— Простите, капитан. Вы, видимо, исходите из того, что противники находятся на этой же территории — в России, в Москве. Но с таким же успехом они могут находиться и в Западном полушарии, и в Южном, или хотя бы просто в другой стране… Ведь, учитывая значение Груздя и его работы для всего мира, разве нельзя предположить, что те, кто охотится за ним — или уже схватил его и удерживает, — не являются представителями других стран?
Он улыбнулся так, словно я сказал что-то, совершенно наивное и не заслуживающее серьезного обсуждения.
— Нет. У нас есть все основания быть уверенными, что они находятся именно тут. Не просто основания: точное знание. Но нам не хватает имен и, кроме того, нужны доказательства. И как только мы с вашей помощью их получим, дело можно будет считать выигранным. И вам останется лишь беспрепятственно забрать Груздя — если ему понадобится помощь — и вернуть его всем нам.
— Да, заманчиво, — не мог не признать я.
— Вот видите! Так что дело за вами. Нужно всего лишь ваше доверие и откровенность.
— Я и не хочу ничего иного, как быть с вами совершенно откровенным. Другое дело — насколько это вам поможет.
— Уж за это не беспокойтесь.
— Тогда — конкретно: чего вы ждете от меня?
Он кивнул:
— Естественный вопрос. Он побуждает меня перейти к третьему и, пожалуй, главному пункту. Для того, чтобы обеспечить ваши действия в СП как можно лучше, мы должны знать имена людей, соприкасавшихся с Груздем в Производном Мире, точнее — тех из них, с кем вы намерены встретиться — или уже встречались там в процессе розыска. И знать, что именно они показали.
— Зачем они вам? Разве здесь, в яви, вы не можете вызвать их и, как говорят у вас, побеседовать?
— Неужели непонятно? Вы же прекрасно знаете, что всякий человек ведет себя по-разному наяву и во сне. Там вы способны получить у них такие сведения, которых они не дадут здесь — хотя бы просто потому, что не помнят, потому что память сна и память яви — вещи разные. Да что я вам растолковываю, вы сами можете прочесть мне лекцию об этом. Однако, в свою очередь, и мы здесь можем получить от них такую информацию, которой они там вам не дадут, и опять-таки не по злому умыслу, а потому, что, уходя в ПС, сами того не желая, оставляют ее тут. Вот почему мы сейчас нуждаемся в самой подробной и точной информации о том, с кем и как вы там работали и с кем еще намерены взаимно действовать, чтобы добраться до Груздя. Намеченный путь. Нужные люди. Этап за этапом. И кроме того: эти люди, безусловно, интересуют не только нас, но и наших противников. Зная этих людей, мы без особого труда выявим и тех, кто, помимо нас, ведет наблюдение за ними — и противник окажется у нас, как говорится, под колпаком.
— Очень убедительно, — сказал я, изображая самое серьезное внимание. — Не понимаю только одного: почему бы вам не получить все эти данные у моего руководства? Почему именно от меня? В конце концов, все данные сходятся к ним, я же не единственный, кто работает по этому делу.
— Просто потому, — сказал Халдей печально, — что там у них этих данных больше нет.
— То есть как?
— Да очень просто. Как вы прекрасно знаете, все сведения хранились в файлах. Кто-то провел компьютерную атаку. Все стерто и невосстановимо. Да, по-моему, атака эта началась еще при вас…
Это соответствовало действительности, и мне оставалось только подтвердить сказанное им.
— Вот почему нам пришлось обратиться к вам, — закончил он.
Все было очень логично. Правдоподобно. И все же… Все же.
Я вздохнул, выражая крайнее сожаление.
— Действительно, наше положение оказалось даже более затруднительным, чем мне казалось там, в ПС. И мне очень жаль, что я ничем не могу вам помочь.
Выражение его лица не изменилось. Только в глазах что-то изменилось на мгновение — словно кто-то мигнул фарами.
— Не понимаю: почему? Вы мне не доверяете?
— Да что вы, капитан! Такое предположение просто обидно. Дело совершенно в другом. Да вы сами знаете, в чем.
Он моргнул.
— Не представляю…
— Ну как же. Вы же сами только что об этом говорили: все то, что я знал там, в Пространстве Сна, там и осталось — в той моей памяти. Я ведь ничем не отличаюсь от других людей, согласны?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
