— Да он вовсе не завалил меня домашней работой! А леди Лестер оказалась так любезна, что помогла мне найти прислугу.
— Найти прислугу?! — Это явно удивило королеву.
Леа рассмеялась. Ну, наконец-то нашлась благодатная почва для болтовни! Эта история совершенно безобидна и может занять много времени. Она уже устала от вопросов Мод и очень боялась сболтнуть лишнее. Леа с нескрываемым удовольствием заговорила о доме. Мод с интересом слушала. С одной стороны, она была в полной растерянности от такого поворота разговора, с другой — надеялась, что появится зацепка для дальнейших расспросов. Леа с упоением рассказывала о своих приключениях с прислугой. В конце концов, Мод рассмеялась и между прочим обронила, что, дескать, лорд Реднор еще поплатится за свою глупость. Она заметила, что Леа даже не обратила внимания на это замечание, и поняла, что Реднор еще глупее, чем она могла предположить. А Леа, закончив веселый рассказ, взмолилась, чтобы королева не выдавала ее.
— Он так рассердится! Ему бы не понравилось, если бы он услыхал, что я о нем говорю, — осторожно сказала Леа, изображая, что дрожит от страха. Пусть Мод думает, что муж запугал ее.
— Нет, нет, детка. Сделаем вид, что все это мне рассказала леди Лестер. Бедное дитя, он жесток с тобой? — Мод надеялась, что дела обстоят именно так, а на ее страхе можно будет в будущем хорошо поиграть.
— Нет! Он часто улыбается и смеется. А злится, потому что я маленькая и глупенькая. Он привык к более самостоятельным женщинам.
Она торопилась закончить разговор, но королева все что-то выспрашивала о доме: сколько еды покупается, сколько комнат, сколько поваров. Леа поняла — Мод пытается понять, сколько человек привез с собой Реднор, и как долго собирается пробыть в Лондоне. Она подумала, что отвечать на эти вопросы — дело Кейна. Тут она увидела Уильяма Глостера! Хвала Всевышнему! Он услышал ее молитвы! Наконец-то можно будет уйти от этого неприятного разговора.
— Ах, и лорд Уильям Глостер тоже здесь! Он такой… мне сложно объяснить… такой обаятельный.
— Да, это верно. При дворе много интересных мужчин. — Если это то, о чем мечтает леди Реднор, все можно легко устроить. Мод попыталась разговорить девушку на эту тему, но Леа отвечала рассеянно и невпопад, и вскоре Мод отстала от нее. Подошел Уильям, и Мод, взяв с него слово, что он развлечет гостью, ушла. Она была просто в восторге от жены Реднора. Мод решила, что сможет выудить из Леа все, что ей нужно.
А Леа бросила изучающий взгляд на лорда Уильяма. У нее не было ни капли интереса к нему, хотя женщинам он нравился. Она многозначительно посмотрела на Уильяма и, как бы невзначай, произнесла:
— Это все просто так не кончится.
— Что вы сказали?
— Я подпустила в ушко ее величества маленькую букашку, которая может много чего нажужжать, — скромно потупив глаза и невинно улыбнувшись, тихонько сказала Леа. Вдруг она резко посерьезнела. — Вы не видели моего мужа? Мне нужно срочно поговорить с ним.
«Это наивное создание иногда не замечает, что говорит, — подумалось Уильяму. — Надо запомнить ее слова — пригодится».
— Нет, не видел. Хотите — пойдем, поищем его вместе. Вы знаете, леди Реднор, мне кажется, что ваша новая жизнь вам очень нравится. Вы так красивы. У вас щеки алеют как розы.
— Если вы хотите сказать, что я от злости покраснела, то вы будете совершенно правы. Самые настоящие розы!
Уильям Глостер обычно поддерживал Реднора. Хотя особой любви между ними не было, Леа знала, что при нем можно говорить спокойно, не боясь за свой язык.
«Видимо, Мод что-то там наговорила бедной девушке, — размышлял Уильям, — вот она и расстроена. Мод хочет поссорить ее с Кейном и переманить на свою сторону. Припомнила что-нибудь из его прошлой жизни».
Леа вдруг отняла у него свою руку.
— Простите меня. Ваш брат идет сюда. Я знаю, вы в ссоре и не горите желанием разговаривать с ним, но Кейн очень хорошо относится к нему. Я должна вести себя с ним точно так же.
Филипп не заметил Леа, пока она не взяла его за руку. Он узнал ее не сразу. Эта девушка с горячими ладонями — жена Реднора. Она изменилась с тех пор, как он видел ее в последний раз. Дело не в платье или украшениях. Она просто повзрослела. Живое умное лицо, по-детски пухлые щеки и взрослые проницательные глаза. Она — еще дитя, и такие глаза!
Филипп едва слышно поздоровался и спросил, может ли чем-то быть ей полезен.
Леа не отпускала его руки и что-то отвечала. Ее не покидало ощущение, словно она держит за руку труп. Она чувствовала, что Филипп буквально тянет из нее тепло.
— Лорд Филипп, давайте отойдем в сторонку. Позвольте, я провожу вас к тому креслу у окна.
Филипп безуспешно пытался отдышаться. Смерть подступила к нему совсем близко.
— Боюсь, вы правы, мне лучше присесть, — голос его упал до шепота, и глаза устремились в неведомую даль.
Леа посмотрела на снующих вокруг людей. Те, кто стоял поближе, вежливо отвернулись, делая вид, что не хотят мешать их разговору. Леа понимала, что ей даже некого позвать на помощь. Многие будут только рады узнать, как тяжело болен Филипп, ведь вокруг одни враги. Она подставила ему свое плечо, и Филипп оперся на него. Его тело было очень легким. Слава Богу, до окна оказалось недалеко. Она усадила Филиппа в кресло, и он откинулся к стене. Вдруг Леа услыхала легкий и приятный смех. Его обладателя она прекрасно знала.
— С вами все хорошо, лорд Филипп? Разрешите, я оставлю вас на минутку? — Филипп кивнул, и Леа торопливо пошла на звуки веселья. Вскоре она увидела компанию, в центре которой находился Херефорд. Его-то она и искала. Рядом с Херефордом стояла очень красивая смуглая молодая особа, однако Леа, не обращая ни на кого внимания, решительно пробилась к Херефорду, взяла его за руку и оттащила в сторону.
— Милорд, вы должны немедленно достать мне крепкого вина.
— Крепкого вина? — Херефорд оторопел, он не поверил своим ушам.
—Ну да, вина, — раздраженно повторила Леа. — И поскорее, пожалуйста.
— Что-нибудь с Реднором? — улыбка сошла с лица Херефорда.
— Давайте не будем терять время. Сделайте то, о чем я прошу.
Он вернулся очень быстро, держа в руках фляжку. От смеха и веселья на лице Херефорда не осталось и следа.
— А теперь, — сказала Леа, отворачивая крышечку у фляжки, — срочно разыщите лорда Реднора и скажите, что Филипп Глостер здесь. Он совсем плох.
— Филипп? Вы думаете, я стану заботиться об этом предателе?
— Тихо, тихо, лорд Херефорд. Филипп дорог Реднору, и я делаю то, что он и сам поручил бы мне. Не нужно это обсуждать здесь так громко. Умоляю вас, приведите сюда моего мужа, — тихо, но настойчиво проговорила Леа.
Когда Херефорд, пожав плечами, нехотя удалился, Леа почти насильно заставила Филиппа сделать несколько глотков из фляжки. Потихоньку он начал приходить в себя и спросил, где лорд Реднор. Леа еще не успела ответить, как увидала, что через зал широкими шагами идет ее муж, а позади него — Херефорд. Вскоре Филипп мог вполне сносно говорить, хотя он понимал — ему только кажется, что силы вернулись. Это все от вина: хмель пройдет — и станет еще хуже.
