— Именно так они и сделали, — возразил Вадаж.
— На меня лично!
— Вы были бы слишком рискованной мишенью для насилия. С молодой и доверчивой девушкой все гораздо проще.
У Хейма было такое чувство, что он сейчас заплачет от досады и бессилия. Но глаза его по-прежнему были сухими и горячими, словно угли.
— Что же делать? — прошептал он.
— Не знаю, — каким-то механическим голосом ответил Вадаж. — Очень много зависит от того, кто они. Очевидно, это не официальные лица. Правительству достаточно просто арестовать вас по какому-нибудь поводу.
— Значит, военные. Джонас Ио, — Хейм встал и направился к выходу.
— Куда вы? — Вадаж схватил его за руку. Но это было все равно, что пытаться остановить лавину.
— Возьму оружие, — сказал Хейм, — и в Чикаго.
— Нет. Постойте. Да стой же, дурак чертов! Что вы можете сейчас сделать, кроме как спровоцировать убийство Лизы?
Хейм качнулся и остановился.
— Возможно, Ио знает об этом, а может — и нет, — сказал Вадаж. — Нет никаких сомнений в том, что конкретной информацией о ваших планах никто не располагает, иначе они просто подключили бы к этому Мирный Контроль. Быть может, похитители не имеют абсолютно ничего общего с военными. Страсти постоянно накаляются. И этот тип людей, должно быть, ощущает потребность непременно изобразить из себя героев драмы, нападать на прохожих на улицах, устраивать похищения, ублажать свои маленькие грязные «я», да, на Земле таких много даже в высших классах, и все они сходят с ума от собственной никчемности. Им все равно, какой лозунг избрать. «Мир» просто наиболее престижный.
Хейм вернулся, взял бутылку, трясущимися руками наполнил спой бокал.
— Они хотят убрать меня с дороги, — повторил он про себя. — Убрать с дороги. Убрать с дороги, — повторял он вполголоса. — Хоть убей, но я не вижу никакого выхода! — воскликнул он.
— Как?
— Лиза в руках фанатиков. Чтобы ни случилось, они не перестанут меня ненавидеть. И они все время будут опасаться, что она сможет их узнать. Андре, помоги мне!
— У нас еще есть время, — огрызнулся Вадаж. — И лучше провести его с пользой, чем закатывать истерики.
Хейм поставил бокал и постарался собраться с мыслями.
«Прежде мне приходилось нести ответственность за жизнь людей, — подумал он, и в нем разом проснулись старые рефлексы командира. — Надо сконструировать точную теоретическую матрицу и выбрать курс с минимальными негативными потерями».
Его мозг заработал, словно компьютер.
— Спасибо, Андре, — сказал он.
— Может быть, насчет своих людей в полиции, это с их стороны просто блеф? — осведомился Вадаж.
— Не знаю, но лучше не рисковать.
— Тогда… мы откладываем экспедицию, отказываемся от того, что говорили о Новой Европе, и ждем?
— Возможно, это единственное, что нам остается, — голова у Хейма гудела. — Хотя я считаю, что это будет неверный шаг, даже если мы сделаем его ради спасения Лизы.
— Что же остается? Нанести ответный удар? Каким образом? А может, частные детективы смогли бы отыскать…
— А где искать? По всей планете? О, можно, конечно, попробовать, но… Нет, пока у меня не возникла эта идея с капером, я словно бы сражался с туманом, и вот теперь я снова в тумане и должен снова из него выбраться. Нужно что-то определенное, такое, о чем они не догадаются, пока не будет слишком поздно. Ты был прав: нет смысла угрожать Ио и даже, как мне кажется, обращаться к нему с просьбой. Единственное, что имеет для него значение — это выбранный ими курс. Если бы мы тоже могли этого придерживаться…
Хейм вдруг взревел так, что задрожали стены, а Вадаж едва не был сбит с ног, когда эта огромная туша пронеслась мимо него к телефону.
— Вот дьявол, да в чем дело, Гуннар?
Хейм отпер один ящик письменного стола и вытащил оттуда свой личный телефонный справочник. Теперь в нем среди прочих номеров был и закодированный номер неофициального телефона Мишеля Кокелина. Его пальцы нажали на кнопки.
На экране появился конфиденциальный секретарь:
— Бюро де… о, мистер Хейм!
— Прошу вас, соедините меня, пожалуйста, с министром, — сказал по-французски Хейм.
Несмотря на обстоятельства, Вадаж поморщился, услышав варварское произношение своего патрона, которое, по мнению последнего, было весьма сносным.
Секретарь взглянул на его выражение лица, подавил вздох и нажал на кнопку. Его изображение тотчас сменили усталые черты Кокелина.
— Гуннар! Что такое? Новости о вашей дочери?
Хейм рассказал ему обо всем, лицо Кокелина стало пепельно-серым.
— О, нет, — сказал он. — Это конец всему.
— Угу, — отозвался Хейм. — Лично я вижу лишь один реальный выход. Моя команда теперь уже набрана, ребята все что надо, хоть в огонь, хоть в воду. Вам известно место пребывания Синби?
— Вы что, с ума сошли? — запинаясь, проговорил Кокелин.
— Давайте мне все детали: точное место, как туда добраться, размещение охраны и сигнализации, — потребовал Хейм. — Я вытащу его оттуда. Если ничего не получится, я не стану впутывать в это дело вас. Я спасу Лизу, или попытаюсь спасти ее, представив похитителям право выбора: либо я дискредитирую их и их движение, вылив на них всю грязь, в которой у меня не будет недостатка, либо я получаю Лизу назад, объявляю себя публично лжецом, и, дабы доказать свое раскаяние, кончаю жизнь самоубийством. Мы сможем устроить все так, что у них не будет сомнений в решительности моих намерений.
— Я не могу… Я…
— Для тебя это трудно, Мишель, я знаю, — сказал Хейм. — Но если ты мне не поможешь, что ж, тогда я связан по рукам и ногам, мне придется делать так, как они хотят. И полмиллиона людей на Новой Европе погибнут.
Кокелин облизал губы, выпрямился и спросил:
— Ну, предположим, я тебе скажу, Гуннар. И что дальше?
Глава 8
— Космическая яхта «Махаон», ГБ-327-РП, вызывает Джорджтаун, Остров Вознесения. Мы терпим бедствие. Джорджтаун, вы нас слышите? Отзовитесь, Джорджтаун.
Свист рассекаемого воздуха перешел в рев. Сквозь передний защитный экран мощной волной хлынул жар. Иллюминаторы на мостике, казалось, были охвачены пламенем, а экран радара словно взбесился. Хейм покрепче затянул привязные ремни и сосредоточил все свое внимание на вырывавшемся из рук руле управления.
— «Махаон», я Гаррисон, — голос, говоривший по-английски, был едва слышен: волны Мазера с трудом пробивались сквозь ионизированный воздух, окутавший этот стальной метеорит. — Мы держим вас под контролем. Прием.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
