— Сюда, — произнес Хейм по внутренней связи. Цуккони и Люповец нацелили таран и включили мотор. Стальная болванка весом в 500 килограмм принялась методично долбить стенку купола. В усыпляющем тумане этот звук казался совершенно неуместным. Хейм прыгнул в пролом, в свет красного солнца.
За ним последовало еще человек двенадцать.
— Он где-то здесь, в этой каше, — сказал Хейм. — Рассредоточьтесь. До появления копов у нас есть минуты три.
Он нагнулся и бросился в джунгли. Хлестали ветки, разлетались лианы, под ногами захрустели опавшие цветы. Мелькнула какая-то тень…
— Синби! — Хейм рванулся вперед.
Зашипело испепеляющее пламя лазера. Хейм ощутил жар и увидел, как его защитная нагрудная пластина испаряется в сверкающем огне. В следующее мгновение он бросился на алерона и выбил оружие у него из рук.
«Близко подходить нельзя, — мелькнуло у Хейма в голове. — Он может обжечься о горячий металл».
Лицо Синби перекосила яростная ухмылка, и он захлестнул ноги Хейма своим хвостом. Хейм упал, но Синби не ослаблял захвата. В это время прибежали остальные, схватили свою добычу, предварительно отцепив ее хвост от своего командира, и поволокли по-лягушачьи поджавшего ноги Хозяина Интеллекта Сада Войны к выходу. Очутившись снаружи и вдохнув дурманящие испарения, Синби впал в полную прострацию.
«Будем надеяться, что биомедики правы, утверждая, будто эта штука безвредна для него», — подумал Хейм.
Выбежав на поле, он моментально забыл разом все, о чем думал. В небе показались два флайера АМК. Словно стервятники, они дружно спикировали вниз, обстреливая отряд Хейма. Он увидел, как пунктирная линия взметаемых пулями фонтанчиков пыли приблизилась к нему, треск и свист раздались в наушниках.
— Откройте! — крикнул он. Горло невыносимо жгло. — Пусть они увидят, кого мы несем.
Флайеры взревели и стали набирать высоту.
— Они попытаются вывести из строя яхту, если мы не сможем быстро подняться.
Впереди была еще аппарель, казавшаяся сейчас чертовски крутой. Над Зеленой Горой показалась эскадрилья. Хейм взобрался на аппарель и остановился. Мимо проскочили люди из группы захвата. Теперь Синби был на борту. И все остальные тоже. Один из флайеров нырнул вниз. Хейм услышал, как прямо по пятам за ним пули забарабанили о стальную поверхность аппарели.
Перебраться через комингс…
Кто-то моментально задраил шлюз. «Конни» встала на хвост и устремилась в небо.
Некоторое время Хейм лежал, не двигаясь. Наконец, подняв стекло шлема, он пошел на мостик. Пространство кругом сияло звездами, но Земля уже вновь начала их затенять.
— Прижимают нас книзу, а? — спросил он.
— Ага, — ответил Пенойер. Напряжение предыдущих часов прошло, и его мальчишеское лицо было одной широкой улыбкой. — Надо поскорей убираться, пока они не прислали весь Военный Флот. Сейчас пробьем этот потолок и двинем за их радарный горизонт.
Вслед за тем яхта описала длинную дугу над атмосферой, идя при этом на достаточно хорошей скорости, чтобы опередить момент включения орбитальных детекторов Мирного Контроля, а после помчалась к обратной стороне планеты. Операция прошла без сучка, без задоринки, что являлось для капера хорошей приметой. Если бы такая же удача сопутствовала «пиратам» и дальше, это было бы как раз то, что нужно.
Хейм повесил на место скафандр и погрузился в обычную рутину радиопереклички со всеми отсеками корабля. Это занятие полностью вернуло его самообладание. Везде все было тип-топ, если не считать и нескольких небольших выбоин, оставленных пулями на внешней обшивке. Когда Люповец доложил: «Пленник очнулся, сэр», Хейм почувствовал не волнение, а лишь прилив силы воли.
— Приведите его ко мне в каюту, — приказал он.
Яхта кралась сквозь ночь, постепенно снижаясь. Правильный расчет времени был очень важен. Русская Республика добродушно поплевывала на Контроль Перемещений, как, впрочем, и на многое другое, а поэтому, если соблюдать осторожность, можно было после наступления темноты сесть где-нибудь в сибирской тундре абсолютно незамеченными. Хейм ощутил легкую вибрацию и понял, что «Конни» пошла на посадку. Когда урчание двигателя замолкло, наступившая тишина показалась чудовищной.
Двое охранников у каюты капитана подняли руки в приветственном салюте. Хейм вошел внутрь и закрыл дверь.
Синби стоял возле койки. Он был совершенно недвижим, лишь самый кончик его хвоста слегка подрагивал, да ветерок, создаваемый вентилятором, шевелил шелковистую гриву. Однако когда он увидел Хейма, на его красивом лице появилась улыбка, от которой кровь стыла в жилах.
— Ах-х-х, — промурлыкал он.
Хейм приветствовал его официальным салютом алеронов.
— Имбиак, прошу меня простить, — сказал он. — Я доведен до безумия.
— Должно быть, это так, — трелью зазвенело у него в ушах, — если вы надеетесь таким образом спровоцировать войну.
— Нет, я не на это надеялся. Что может лучше дискредитировать мои взгляды, чем подобный поступок? Просто мне нужна ваша помощь.
Зеленые глаза сузились.
— Довольно странный способ обратиться с просьбой, капитан.
— Другого не было. Послушайте. Напряжение между лагерями войны и мира на Земле достигло апогея, то и дело оно выливается в насилие. Несколько дней назад была похищена моя дочь. Я получил предупреждение, что если не перейду на другую сторону, она будет убита.
— Сожалею. Тем не менее, что я могу сделать?
— Не надо изображать сочувствие. Если бы я отступил, вам это явно было бы на руку. Так что не имело смысла просить у вас помощи. Да и вообще, что бы я ни предпринял, я не склонен верить в обещания. Мне нужно было заполучить рычаг управления. Я подкупил кое-кого из тех, кто знает о вашем местопребывании, нанял эту шайку — и теперь мы позвоним главе организации агитаторов примирения.
Хвост Синби хлестнул по лодыжкам.
— Допустим, я отказываюсь, — прозвучала холодная музыка.
— Тогда я вас убью, — со злобой сказал. Хейм. — Не знаю, пугает это вас или нет, но на следующей неделе ваша делегация встречается с Парламентом. Лишившись военного эксперта, она окажется в невыгодном положении. Кроме того, дальнейшие переговоры вряд ли пойдут гладко после той бучи, которую я могу поднять.
— Однако, капитан, разве нельзя допустить мысль, что вы собираетесь прекратить мое существование в любом случае, с тем, чтобы я не мог потом обвинить вас в шантаже?
— Нет. Дайте согласие помочь мне — и я вас отпущу. Зачем мне совершать убийство, последствия которого отзовутся на всей планете? Меня бы непременно нашли. Один только мой корабль был бы вполне достаточной ниточкой к разгадке подобного преступления, поскольку у меня нет алиби на время похищения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
