— Ещё добавьте. Мало ли в каком состоянии мы там встретим наших товарищей? Не исключено, что придется кормить и их тоже.
— Понятно. Прихвачу ещё на пару дней — из расчета на пятьдесят человек.
— Этого, я полагаю, должно хватить…
С самого начала стало понятно, что Хромлюк, ничтоже сумняшеся, собирается идти вместе с капитаном. Поразмыслив, Алексей пришёл к выводу, что это только ему на руку. Опытный и оборотистый старшина разом снимал с него целую кучу забот.
А ещё часа через три появился и особист. Небольшая автоколонна, в сопровождении того самого броневичка, перевалила через бугор и подошла к переправе. Заранее предупреждённый постами, Ракутин уже ожидал гостей.
По внешнему виду Николаева было хорошо понятно, что толком выспаться у него уже достаточно давно не получалось. Во всяком случае, выглядел он каким-то помятым и сильно уставшим.
— Вот, товарищ Ракутин, знакомьтесь — капитан Воскобойников. Он примет у вас командование над переправой.
Коренастый капитан-пехотинец молча козырнул и с явным уважением посмотрел на орден на груди Алексея.
— Очень хорошо, товарищ полковой комиссар! А то я здесь, откровенно говоря, дергался — кого вместо себя оставить? Вам, товарищ капитан, старший лейтенант Федюнин всё подробно расскажет и покажет, что мы тут уже наворотить успели. Я так понимаю, что у меня на это уже времени не останется?
— Правильно понимаете, товарищ капитан, — уголками губ усмехнулся особист. — Давайте-ка, вызывайте сюда своего старшего лейтенанта, а мы, пока в сторонке присядем, я вам кое-что объясню…
Усевшись на валун, Николаев достал из планшета карту.
— Вот сюда должен был прибыть Лужин вместе с группой кинооператоров. Здесь нашими войсками захвачены немецкие танки, которые данная группа и должна была отснять на пленку. Последнее, полученное от него сообщение, свидетельствовало о том, что до места назначения ему осталось около десяти километров. Так что район поиска, мы уже можем очертить. Хотя бы и приблизительно. Таким образом, товарищ Ракутин, ваша задача несколько облегчается. Далее. Перейти линию фронта сейчас вполне возможно, она, как таковая, весьма условна — сплошных боевых порядков пока ещё нет. Во всяком случае, три часа назад со стороны немцев свободно прошла автоколонна с имуществом одной из наших дивизий — вообще тыловики! Её даже не обстреляли, представляете? Причем, последние километры они шли параллельно с немецкой автоколонной, приблизительно такого же состава. Вот ведь как бывает! Судя по всему, и у тех и у других попросту не хватало бойцов для открытого боестолкновения.
— Или немцы очень торопились…
— И так могло быть, — кивнул особист. — Продолжу. Грузовики я вам привез, правда, немецкий — только один, больше не нашли. Зато отыскали мины к вашему миномету! У вас ведь трофейный?
Капитан про себя удивился — Николаев и это запомнил?
— Да, товарищ полковой комиссар, трофейный у меня миномет. А мин, действительно, мало — всего штук пять…
— Ещё и патронов вам подбросим к немецкому оружию Десяток ППД и патроны к ним, гранаты… ещё кое-что, по мелочи. Ну, да это уже не ваша забота, старшина же у вас есть? Вот, пускай он и разбирается. Смотрите дальше, — особист зашуршал картой. — Вот здесь — начали строить укрепрайон. Но, так и не достроили — поставили всего один дот и заложили ещё несколько. Однако связь протянуть туда успели, и она действует! Гарнизон в доте есть, и на звонок ответил его командир, старшина Нифонтов. По его словам, немцы, после первого же боестолкновения, откатились назад и больше он их там не наблюдает. Так что, выходя назад, вы можете воспользоваться их телефоном, чтобы связаться с нами. Приблизительное направление отхода отряда — как раз и пролегает мимо дота.
— А что делать с гарнизоном? С собою забрать?
— Нифонтов настроен по-боевому и уверял, что могут продержаться там ещё долго. Правда, еды у них мало — поделитесь?
— Разумеется!
— И помните, капитан, ваша основная задача — эвакуировать Лужина и группу операторов! И всех людей, которые будут рядом с ним! Все материалы, которые при них окажутся.
— Что же это, за фигура такая, товарищ полковой комиссар, что за ним надо специальную группу отправлять?
— Хм… — почесал небритый подбородок особист. — Скажем так… полковой комиссар… он достаточно хорошо осведомлённый человек… во всех аспектах. Равно, как и люди, его сопровождающие. И его возможное — я подчеркиваю — возможное, попадание к немцам в плен — совершенно исключено! При любых обстоятельствах! Вы хорошо меня поняли, товарищ Ракутин?
— Понял, товарищ полковой комиссар.
— Вот и славно! Выдвигаетесь через три часа, я вас сам провожу. Времени хватит?
— Более чем достаточно, товарищ полковой комиссар.
— Всё — более вас не задерживаю! Собирайтесь, а я, с вашего разрешения, вздремну. Хоть пару часов, а то ноги совсем уже не держат…
Передача позиций не отняла много времени, и оба капитана даже успели выпить по кружке горячего чаю. Повар на скорую руку приготовил кое-что перекусить — до ужина ещё оставалось время. Прихлебывая чай, Алексей продолжал отвечать на вопросы своего сменщика. А тот оказался грамотным и толковым командиром. Некоторые огрехи заметил сразу, но ворчать по этому поводу не стал — успеем переделать. В целом же, неожиданно для себя, Ракутин убедился в том, что выстроенная им система обороны была не совсем уж безнадежной и неправильной. Поразмыслив, он рассказал Воскобойникову и о предыдущем бое. И сразу же был раскритикован за неграмотное расположение противотанковой пушки. По мнению сменщика, тащить её на холм не следовало. Хотя саму идею оборудовать там ложные огневые позиции, он подержал. Словом, разговор вышел содержательным и для Ракутина весьма полезным. Жаль только, что коротким — надо было идти будить особиста.
Тот проснулся моментально, стоило лишь чуть-чуть постучать пальцем по борту грузовика, в кузове которого полковой комиссар и уснул.
Выбравшись наружу, тот потребовал холодной воды и шумно отфыркиваясь, умылся. Посвежевший и более-менее отдохнувший, он выслушал рапорта обоих капитанов.
— Ну что ж, товарищ Воскобойников, раз у вас больше вопросов к капитану Ракутину нет, то, полагаю, мы можем его и отпустить…
Пожав на прощание руку, Ракутин расстался со своим сменщиком. Жизнь, порою, откалывала такие коленца! Всё бывало, вот и последующей встречи он не исключал.
Алексей не мог и предполагать, что, спустя всего одни сутки, на этот мост выйдут передовые танки немцев. Первые из них дойдут даже до окопов, где и останутся стоять черными закопченными глыбами. Их расстреляют в упор и подожгут бутылками с бензином. Но последующая атака, произведенная уже силами целого танкового батальона, сметет всю оборону, словно бы её тут никогда и не наблюдалось. Почти никто, из наспех собранного отряда, отсюда не уйдёт. Не уйдет и Воскобойников. Пуля достанет его в тот момент, когда он, оставшийся совсем без артиллеристов, в одиночку будет заряжать последнюю пушку. Он так и не успеет выстрелить… Погибнут у своих машин и зенитчики. Очереди их пулеметов, словно гигантской косой, срежут цепи наступающей немецкой пехоты, завалив вход на мост грудами тел в мышиной форме. Они даже смогут поджечь один танк!
