с отцом Димитрием? — спросила Алиса, когда они отошли уже достаточно далеко от дверей церкви.
— Когда-то мы были на одном социальном дне, — хмыкнул Леон. — Меня оттуда вытащил Антон, а уж я потом Димку. Он на самом деле отличный парень и очень хороший священник. Не думайте, что его сюда по блату всунули. То есть по блату, конечно, я замолвил словечко, кому надо. Но он образование нужное получил, а уж приход его просто обожает. Кроме всего прочего, он грамотный психолог, знает, кому что сказать. И в Бога верит искренне. Иначе не был бы таким хорошим экзорцистом. Да и место это, прямо скажем, не предел мечтаний.
Алиса оглянулась вокруг. Да уж, точно не предел мечтаний. Она помогла Леону забраться на пассажирское сиденье, сама села за руль. Кажется, пришел ее черед укрывать его пледом.
* * *
Алиса вела машину медленно и осторожно, поэтому обратный путь занял почти в два раза больше времени. Леон довольно быстро пришел в себя и даже пытался развлекать Алису разговором, но вскоре понял, что лучше поберечь силы. Да и Алису он не развлекает, а отвлекает. Он лишь написал Софии сообщение и откинулся на спинку сиденья, прикрыв глаза.
За время их отсутствия в доме ничего не изменилось. Людмила Алексина лежала на кровати с закрытыми глазами и то ли спала, то ли была без сознания. На запястьях, привязанных к кровати, не было кровоподтеков, выдававших бы, что она пыталась освободиться.
— Не обольщайтесь, — посоветовал Леон, когда Алиса обратила на это внимание. — Тварь внутри нее умна, прекрасно знает, что сейчас нет смысла дергаться. Но она начеку, не сомневайтесь. И стоит нам сделать ошибку, как она ею воспользуется.
Вскоре приехала София, привезла большую сумку с вещами Людмилы, а к вечеру на тупиковой дороге появилась и старая развалюха, дребезжащая, как ведро с болтами. Подъехала к дому, остановилась у ворот, и из нее вышел отец Димитрий. Одет он был все в ту же черную рясу, в которой встречал их у церкви, но сверху надел длинное пальто. Не то чтобы не замерзнуть — вполне возможно, в его машине не работает печка, — не то чтобы не привлекать внимания. На таких окраинах каждое новое лицо на виду, особенно если лицо это бородатое, а благословения он, как и говорил, на отчитку не получил.
С Софией священник поздоровался как со старой знакомой, на Леона бросил недобрый взгляд.
— Ожил? — поинтересовался коротко с нотками сарказма в голосе.
— Твоими молитвами, — в тон ему ответил Леон. — Спасибо, что все же приехал.
— Мне это не нравится, — заметил отец Димитрий, останавливаясь во дворе и не торопясь проходить к дому.
— Мне тоже, Дима, — хмыкнул Леон, — мне тоже.
Алису и Софию оставили на улице, а сами вошли в дом. Моросил мелкий дождь, усиливался ветер. Очень хотелось спрятаться в машине, но у них не было времени. Пока Леон и священник будут изгонять демона, Алисе с Софией тоже предстояло важное дело. Они обошли двор в поисках мангала, но такового тут не имелось. Решили использовать старую жестяную бочку. София бросила на дно несколько сухих поленьев, раздобытых в сарае, а затем вывернула сверху все, что привезла из дома Алексиных. Алиса разглядела одежду, несколько полотенец, даже постельное белье. С сожалением подумала о том, какую дыру в скромном бюджете Анны пробьет покупка новых вещей, когда все закончится. А еще и Людмила наверняка устроит разнос за то, что сожгли ее одежду, которую она, небось, хранила с молодости.
Алиса вспомнила, как однажды так же кричала на нее бабАня. Алиса тогда захотела сделать ей приятное: вымыть пол в квартире. Но вместо тряпки использовала старую юбку, найденную в комоде. Оказалось, юбку эту бабАня купила лет сорок назад, когда ездила на экскурсию в Москву, и с тех пор бережно хранила ее. Вместо похвалы Алиса тогда получила хорошую оплеуху.
Полив содержимое бочки жидкостью для розжига, София бросила сверху спичку. Пламя занялось быстро, и спустя несколько минут бочка полыхала вовсю. София отошла подальше, спряталась под навесом сарая. Алиса последовала ее примеру, прислушалась к происходящему в доме.
Все было тихо. Что бы ни происходило внутри, внешне казалось, что там даже нет никого. Алиса чувствовала, как бешено колотится ее сердце, как неприятно липнет к вспотевшей спине футболка. Она то и дело вытирала о штаны влажные ладони и посматривала на дом.
— Еще минут десять будет тихо, — не глядя ни на нее, ни на дом, отозвалась София. — А потом начнется. Хорошо, что дом стоит в тупике и ближайшие к нему необитаемы. Хотя крики наверняка будет слышно по всем окрестностям.
— А если кто-то вызовет полицию? — стараясь не стучать зубами от холода и напряжения, спросила Алиса.
София равнодушно пожала плечами.
— Представлюсь и скажу, что все в порядке. Местная полиция знает Леона. А если будут выпендриваться, позвоним начальству. Леон когда-то помогал им.
Алиса сгорбилась, сунула руки в рукава, чтобы немного согреться.
— И часто Леон таким занимается?
— Нечасто, — снова меланхолично ответила София. — Но бывает. Правда, обычно случаи немного легче. Тут уж какая-то слишком забористая тварь.
Из дома донесся первый, еще не очень громкий вопль, но даже он заставил Алису вздрогнуть. Ей казалось, если она будет молчать, станет еще страшнее, поэтому она снова спросила:
— А ты когда-нибудь видела этот обряд своими глазами?
София мотнула головой.
— Леон всегда просит остаться снаружи. Зачем я там? Влад иногда остается, когда человек очень сильный или нет возможности его надежно зафиксировать. А по сути, там нужен только бесноватый, Леон и Дима. Лишние свидетели могут помешать. Демоны хитры и коварны, зачем подвергать опасности того, кого можно оставить снаружи?
Алиса втянула голову в плечи, посмотрела на темные окна дома. Ей показалось, что они видит через стекло отблески свечей, но это могло быть лишь обманом зрения: на эту сторону выходили окна другой комнаты.
Вскоре в доме начался форменный кошмар. Оттуда доносились крики, иногда женские, иногда и вовсе нечеловеческие. Что-то хрипело, скрипело, падало. Алиса сначала вздрагивала от каждого вопля, а потом привыкла. Сердце все равно колотилось бешено, болью отдаваясь в висках, в животе скручивался болезненный узел и слегка подташнивало, но она хотя бы не вздрагивала. Хотелось закрыть уши ладонями и убежать, но она заставляла себя стоять спокойно, как София. Впрочем, от Алисы не укрылось, что и хладнокровная коллега, повидавшая уже всякого, при особенно сильных воплях впивается ногтями в ладони.
Коротко пиликнул телефон, отвлекая на себя внимание. София вытащила аппарат из кармана, прочла сообщение и нахмурилась.
— Влад пишет, — проинформировала она встревоженно. — Говорит, девочка исчезла.
— В
