class="p">
К
огда девушка, которую я любил, и ее близнец были поглощены горой, эхо гонга разнеслось по равнине вокруг нас. Это было похоже на объявление для богов, и я почувствовал, как воздух наполнился невидимой силой, когда бесчисленные божества приблизились, чтобы посмотреть на нас.
Этот момент был достаточно важен для того, чтобы все они присутствовали. Я услышал тяжелую поступь великанов, звук боевого рога и смех Локи-обманщика. На мгновение я удивленно уставился в небо, прежде чем отвести взгляд. Возможно, боги и наблюдали за этой схваткой, но это была битва людей.
Я проревел вызов, когда кусачие бросились на нас шестерых, и, подняв мечи над головой, ринулся в бой.
Мой брат и Кларисса были готовы сдерживать левый фланг, в то время как Фабиан и Чикоа стояли справа.
Мы с Эриком выбежали в центр группы.
Под нами вздыбилась почва, так как Эрик использовал свою силу над землей.
Валентина стояла посреди своих последователей, вызывая бурю с небес по своему приказу.
Я бросился вперед, и земля заходила ходуном, когда Эрик соорудил лестницу из камней у моих ног. Я помчался по ней, и зазубрины на земле прорезали каждого кусачего, разрывая их на части и втаскивая останки в фундамент сооружения. Я мчался все выше и выше, проносясь над армией Валентины на платформе, до которой они не могли добраться.
Наверху лестницы я спрыгнул с нее, держа мечи над головой, проревел вызов и бросился к Валентине, обещая ей смерть каждой клеточкой своего существа.
Она подняла голову, когда я стремительно бросился к ней, и ее глаза расширились от ужаса, когда она увидела мою бессмертную форму и катастрофическую силу, которой обладал Эрик.
Валентина подняла руки, и налетевший шторм сбил меня с курса прежде, чем я успел пронзить ее своими клинками.
Я врезался в ряды ее армии, кувыркаясь, и проламываясь сквозь плоть и кости, пока не остановился в окружении своих врагов.
Я взмахнул клинками еще до того, как снова поднялся на ноги, перерубая ноги вампирам, которым не повезло оказаться так близко ко мне.
Кусачие набросились на меня, быстро оправившись от первоначального шока моего приземления. На меня навалилась масса тел, прижимая меня к земле, кусая, нанося удары руками, ногами, и колотя ножами.
Но моя плоть была подобна стали, и раны, которые они мне наносили, заживали почти сразу же, как появлялись. Мне удалось перевернуться под напором их тел и заставить себя подняться на ноги со всей своей возросшей силой.
Вампиры отбрасывало от меня, врезаясь друг в друга и отступая назад, когда я проносился Веномом сквозь их ряды, толпами превращая их в пепел.
Буря взвыл, надеясь получить кровь от моей левой руки, и я крутанулся, исполняя его желание, когда ярко-красная жидкость покрыла и его, и меня.
Вампиры начали пятиться от меня, поднимая оружие, пытаясь прицелиться между своими товарищами.
Я рванулся вперед, когда загремела стрельба, и мои вампирские способности объединились с моей силой и позволили мне прорваться прямо через сердце их армии, как таран. Горсть пуль попала в мою плоть, но я не обращал внимания на жгучую боль, поскольку уже начал исцеляться. Единственная рана, которая могла остановить меня, — это рана в сердце, и я не собирался останавливаться перед меньшим.
На бегу я поднял клинки по бокам, причиняя смерти и увечья в колоссальных масштабах, даже не прицеливаясь.
Земля задрожала у меня под ногами, когда я снова приблизился к Эрику и окликнул его, пытаясь разглядеть в толпе.
— Магнар! — проревел он в ответ, и я стал искать его в этом хаосе.
С неба обрушился проливной дождь, пока Валентина готовила свою грозу, и молния ударила в землю передо мной, когда я повернулся на звук голоса Эрика.
Кусачие разбежались по ее команде, и я заметил ее на другой стороне равнины, злобно улыбающуюся, когда небеса раскололись над моей головой.
Я закричал, бросаясь прямо на нее с невозможной скоростью, в то время как ее молния снова и снова врезалась в землю. Она промахивалась по мне раз за разом, и я чувствовал жар ударов, врезавшихся в землю у меня за спиной, поскольку она недооценила мою скорость.
Ее губы приоткрылись, когда я оказался в нескольких футах от нее, прыгая вперед с Бурей, готовясь разорвать ее тело на части.
Молния ударила в меня прежде, чем я успел нанести удар, и я рухнул спиной на землю, а огонь разрывал мои вены на части. Я выронил клинки, когда электричество пробежало по металлу, обжигая плоть на моих ладонях.
Валентина радостно взвизгнула, приближаясь ко мне, и с неба снова сверкнула молния. Три, четыре, пять ударов вонзились в мое тело, когда она воздела руки к небесам, и мой позвоночник выгнулся дугой под ее натиском. Даже моя способность к исцелению не могла противостоять жестокости ее атак.
Небо надо мной снова раскололось, молния метнулась прямо к моему сердцу, но, прежде чем она успела поразить меня, из земли рядом со мной вырвалась земляная глыба, изогнулась надо мной и поглотила удар, похоронив меня в безопасном слое почвы.
Грязь накрыла меня, обволакивая, давя, удушая, но моему неживому телу не нужно было дышать.
Валентина в ужасе закричала из-за земляного холма, в котором лежал я, и на моем лице появилась дикая улыбка.
Я несколько секунд лежал неподвижно, пока мое тело залечивало обширные повреждения, нанесенные молнией, и мои конечности снова наполнялись силой.
Я начал царапать когтями землю, копать, черпать, отгребать ее в сторону, вытаскивая себя из могилы, которая меня спасла.
Свет проник сквозь почву, когда я достиг поверхности, и я потянулся к нему всем телом, как труп, поднимающийся из земли.
Валентина отчаянно сражалась с дарами Эрика впереди меня, дикий ветер бил по камням и гравию, которые он бросал в нее.
На мгновение ее взгляд обратился ко мне, и ужас наполнил ее глаза при виде своего суженого, поднимающегося из грязи, запачканного кровью и землей.
Я оскалил на нее зубы и снова бросился в атаку, на ходу подхватывая с земли свои клинки.
Эрик увидел, что я приближаюсь, и свирепая ухмылка осветила его лицо, когда мы вместе повернулись к ней. Эта женщина приковала нас к своей воле — разумом, телом и душой. Но она скоро выяснит, почему не следует держать монстров в качестве домашних животных.
С
ила сочилась из моего тела, из каждой кости, каждого волокна, каждого сухожилия. Жажда
