Риан мгновенно оказался у двери; стражники поспешно загородили ему дорогу, и он начал протискиваться между ними, не обращая внимания на поднятые дубинки, но тут увидел поднимающуюся по лестнице Маскелль. За ней шел Каруда с ничего не выражающим лицом, а чуть дальше виднелся молодой жрец с Посланником Небес на руках.
Каруда пытался что-то говорить Маскелль, но та не слушала. Она посохом отогнала в сторону изумленных стражников, словно это были овцы, выбежавшие на дорогу, и вошла в комнату.
— С тобой все в порядке? — спросила Маскелль Риана.
— Да. — Синтанец напомнил себе, что схватить ее за плечи, встряхнуть и потребовать ответа: какого дьявола она здесь делает? — было бы непозволительно.
— Что они с тобой сделали — бросили в канал? — не унималась Маскелль, встревоженно оглядывая Риана.
Он уже почти забыл о своем посещении дома Марады. Те события, казалось, произошли столетие назад. Каруда внимательно следил за ними, и Риан процедил сквозь стиснутые зубы:
— Нельзя ли обсудить эта позже?
Маскелль повернулась к Каруде:
— Убирайся. И забери с собой стражников. Ну!
Риан успел заметить, что офицер выглядит не лучшим образом; браслета на руке Каруды не было, и на его месте краснел свежий ожог. И все же Каруда упрямо возразил:
— Мне приказано…
Его прервало появление Посланника Небес, которого до площадки лестницы донес его молодой помощник. Старик проковылял в комнату, качая головой. Следом за ним появилась Хирана, жрица, находившаяся в павильоне императора, и двое слуг. Посланник Небес кисло взглянул на Каруду:
— Я знаю, что тебе приказано, молодой человек. Отправляйся к Мираку и сообщи ему, что его заговор удался — если, конечно, целью было доставить как можно больше неудобств Голосам Предков, всем жрецам Марай да и вообще служителям храмов.
Каруда взглянул на старика так, словно собирался возразить, потом мрачно сжал губы и двинулся к двери.
— Мой меч! — бросил Риан.
Каруда не остановился, но через секунду появился стражник с сири Риана и всеми тремя его ножами. Поспешно вручив их синтанцу, он выскользнул из комнаты.
Риан пристегнул ножны к поясу и стал прятать ножи.
— Теперь все закончено?
Маскелль покачала головой. Ее осунувшееся лицо было усталым.
— Нет еще.
Риан замер на месте, так и не засунув последний нож за голенище.
— Что?
— Я должна провести во дворце ночь: какой-то недоумок решил, что так я докажу свою верность престолу. «Что недоумок, это точно», — подумал Риан.
— Но как насчет Колеса?
— Вот в этом-то и вопрос, — пробормотал Посланник Небес.
— Я сделала все, что могла, — бросила Хирана. — Мне узнать-то о случившемся удалось только потому, что один из моих жрецов на рассвете медитировал вместе с канцлером.
— Приказание поступило не через секретарей императора? — хмурясь, спросила Маскелль.
— Похоже, все решил сам повелитель, — ответила Хирана; по выражению ее лица было ясно, что она на сей счет думает. — Мне не удалось узнать, кто за всем этим стоит. Мирак, конечно, только обрадовался, но я не могу сказать, он ли был зачинщиком. — Старая жрица посмотрела на Маскелль, и взгляд ее в первый раз смягчился. — Может быть и так, что император придумал это сам.
Маскелль что-то пробурчала себе под нос, отвернулась и вышла на балкон.
Посланник Небес, качая головой, посмотрел ей вслед.
— Мы должны вернуться в Марай. Сегодня все должно решиться. — Он сделал знак молодому жрецу и поманил за собой Хирану.
Риан задумался. Сейчас было не важно, чьих рук это Дело, Мирака или Марады: кто бы ни был виновником, он не остановится на достигнутом.
«Но никто больше не сможет использовать меня в качестве приманки!»
Риан выглянул на площадку лестницы и обнаружил, что стражников там нет. Проскользнув в дверь, он спустился этажом ниже. Там тоже никого не оказалось, но из-за двери, ведущей в сад, доносились голоса. Риан бесшумно приблизился и выглянул в щелку.
Каруда сообщал гвардейцам о последних событиях; потом, когда офицер ушел, один из гвардейцев сказал остальным:
— Видели бы вы это! Она вызвала молнию из ясного неба!
Риан выслушал красочный рассказ о прибытии Маскелль в Небесный Чертог, гадая, как много в нем правды.
«По крайней мере молнию и гром это объясняет», — подумал он. Когда стало ясно, что ничего интересного он больше не услышит, Риан бесшумно^поднялся по лестнице и вернулся в главную комнату. Маскелль по-прежнему стояла на балконе, опершись на перила. Риану очень о многом нужно было ей рассказать, но он никак не мог сообразить, откуда начать.
Почувствовав его присутствие, Маскелль беспокойно переступила с ноги на ногу и, не оборачиваясь, сказала:
— Ну вот, теперь ты все видел сам. У Риана не было времени обдумать то, что он действительно видел.
— Они думают, что меня прислал к тебе Верховный Владыка и что ты в союзе с ним. По крайней мере один из них так думает, — добавил Риан, вспомнив о сомнении, с которым молодой император встретил такое предположение.
Эти слова заставили Маскелль изумленно оглянуться.
— С кем-кем я в союзе?
— С Верховным Владыкой Синтана.
Маскелль фыркнула:
— Куда как правдоподобно!
Риан сделал глубокий вдох. Маскелль была в безопасности — хотя бы на данный момент; а раз так, какой смысл позволять врагам отвлекать их от главного? Риану казалось, что он хорошо понимает причину беспокойства Маскелль, и он решил, что этот нарыв следует вскрыть.
— Император — твой сын, верно?
Маскелль не обернулась к нему.
— Да, хотя и не по закону. Я отдала его в семью отца. Так он имел больше шансов унаследовать престол. Я тогда не хотела ребенка. — Она обвела рукой здание, в котором они находились, свою временную тюрьму. — И вот что я за это получила.
— У меня трое, — сказал Риан.
— Трое чего?
— Детей. В Ривервейте.
Маскелль медленно повернулась, оперлась спиной о перила и сложила руки на груди. Задумчиво хмуря брови, она спросила:
— А сколько у тебя было жен?
— Ни одной. Кьярдинам не разрешается создавать семьи. Однако мы пользуемся успехом у женщин, которые хотят иметь детей. К тому же я был любимцем владетельницы, и она…
Маскелль подняла руку.
— Похоже, у меня появилась идея. — Тон ее был холоден, но по крайней мере она перестала с такой ужасной пристальностью вглядываться в себя.
— Есть кое-что еще…
— Пожалуй, сейчас с меня довольно.
— Я кое-что нашел в доме Марады. Шкатулку, в которой лежал шар из слоновой кости. Он начал светиться, когда я его тронул. Я унес шкатулку, чтобы ты могла взглянуть сама. И еще там были всякие вещи… очень странные. Дом выглядит… неправильно. Если ты захочешь его обыскать, у нас остается на это мало времени. Марада знает, что кто-то побывал у нее, но не знает кто. По крайней мере я так считал, — печально добавил Риан, — пока меня не схватили.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
