– Так, так. Значит, и у великого Алекса Девени есть предел терпению. И действительно, эта шлюха может, кого угодно довести до белого каления. Ее можно выносить и держать рядом с собой лишь в том случае, если она незаменима в постели.
– Как я, мой Аполлон, – прошептала Филиппа, и тело ее затрепетало.
– День только начинается, моя распутница. Так почему бы тебе не попробовать снова?
– Что ж, Алекс. Насколько я понимаю, ты, наконец, одумался.
– Бал был прекрасный, мама, благодарю.
– И ты получил то, что хотел? – спросила Джудит. Алекс вопросительно взглянул на нее.
– Ты никогда ничего не делаешь просто так, ты что-то задумал.
– Хотел представить Сару нашим друзьям и соседям, чтобы выразить ей то уважение, которого она заслуживает, как жена Уильяма. Вот и все.
– И поэтому она убежала.
– Похоже, что так.
Уоттен подал завтрак позднее обычного; все слуги участвовали в погоне за Франческой, и Джудит, услышав новость, сочла возможным за завтраком присоединиться к Алексу.
– Ты несносен, Алекс, всегда поступаешь, как тебе заблагорассудится, ни с кем не считаешься.
– Хорошо, что ты это понимаешь, мама, потому что я отправлюсь за ней уже на этой неделе.
– Клянусь Богом, у меня участился пульс. С какой стати?
– Это мое дело.
– Я не собираюсь больше обсуждать эту тему, – возмущенно заявила Джудит.
Собственно, и у Алекса не было ни малейшего желания говорить о случившемся. Он еще не пришел в себя после всех откровений и предательства.
– Ты все равно поступишь по-своему, – сказала напоследок Джудит. И Алексу стало даже как-то спокойнее, что все вернулось на круги своя.
Поднявшись к себе, Алекс почувствовал аромат Франчески. Никогда больше он не поддастся ему. Его так ловко провели, заманив в чувственные сети, ни один нормальный мужчина не смог бы устоять перед ней.
Ну что ж, теперь все предельно ясно, и он готов встретиться с Сарой Тэва – Франческой Рэй – еще один раз.
Но он даст ей время добраться до Стоунборна. Чтобы она успела встретиться со связным.
Шахматные фигуры. Он рассчитывал на них. Кольм – не единственный, кто умеет играть в эту игру.
Деньги значительно облегчили ее положение. Фунт здесь, шиллинг там – никто не смотрел косо на женщину с чемоданом, у которой имелись наличные.
Франческа все время была начеку. Даже садясь в карету у пивной «Меретон», все еще была уверена, что Алекс настигнет ее. Но этого не случилось. Проведя весь день в пути, Франческа благополучно добралась до Рилстона, где пересела в почтовую карету до Вернон-Вейл.
Путь был долгий, утомительный, с ужином и ночевкой в гостинице, но деньги избавили ее от некоторых неудобств.
Прошел еще целый день, прежде чем она доехала до Стоунборна. И тут вдруг ее охватила тревога. Как ее встретят дома? Ведь она отсутствовала чуть ли не год.
Столько всего случилось за это время. Она очень переменилась. И, кажется, она совершила глупость, сказав Алексу, где живут ее родные.
Господи, кажется, сказала.
Но теперь уже поздно сожалеть. Она едет домой.
Алекс был терпелив, он умел ждать. Но не прошло и двух дней после побега Франчески, как ему уже захотелось отправиться за ней следом.
Ему так и не удалось изгнать из своих мыслей ее образ. Даже сейчас, лежа в постели, он мог думать только о Саре Тэва. О противоречивости ее натуры, которая теперь легко объяснялась.
Но совершенно невероятно, чтобы история, которую рассказала Франческа, оказалась правдой. Он просто не может поверить в эту сказку, иначе снова окажется в дураках.
Нет, все совершенно ясно: она – марионетка Кольма, его возлюбленная, его агент, и ее главной и единственной задачей было соблазнить Алекса и шпионить за ним.
Он был готов отправиться в Стоунборн в любой день. Но надо дать ей время оценить там обстановку и составить план действий. Он был уверен, что Сара, то есть Франческа, отлично с этим справится. Будь она наивной, ей не удалось бы свалить его, как старый гнилой дуб.
В ночной тишине на Алекса снова нахлынули воспоминания о ней, о ее поцелуях и ласках, сводивших его с ума.
Он испытал облегчение, когда на следующий день появился Аластэр.
– Ты действительно отпустил ее, Алекс? Как жестоко с твоей стороны!
– Все когда-нибудь кончается.
– Но, право же, дорогой мой, она была невероятна. Я приехал сказать тебе, какой замечательный был бал. И прелестная шлюха. Я надеялся заполучить ее для закрытого вечера, который собирался устроить.
Алекс вскинул бровь.
– Правда? Сожалею, но должен тебя разочаровать: она оставила свое ремесло.
– Да будет тебе, Алекс! Оставила? Эта распутница? Не верю. Нет, правда, куда она отправилась? Я сам договорюсь с ней. На тех же условиях, что и Селфридж. И, конечно же, приглашу тебя.
– Я бы рад помочь, но не знаю, где она.
– Ах, Алекс, Алекс. Бережешь ее для себя. Так-так. Ну ладно, все образуется само собой. Прощай, дорогой, – И, махнув фалдами сюртука, Аластэр ретировался.
Они желали ее. Даже Аластэр. Господи, она стала своего рода развлечением для мужских компаний. Новый трюк с участием прелестной распутницы, готовой снять с себя одежду.
Проклятие, проклятие, проклятие...
Вот и еще один день прошел. Завтра он отправится в путь.
Вдруг он заметил, что в его комнате горит свет. Наверное, Уоттен укладывает вещи.
– Закрой дверь, Алекс.
Филиппа, обнаженная, лежала на его постели; в неярком свете свечей он увидел ее налитое желанием тело, пышную, красивую грудь. Белокурые волосы струились сверкающим водопадом по ее плечам.
Она подвинулась, приглашающе похлопав по подушке рядом с собой.
– Филиппа, прекрати! Ты не должна была этого делать.
– Почему? Ведь эта тварь исчезла. А я хочу тебя. Маркус меня совершенно не удовлетворяет. Не бойся, никто ничего не узнает. – Она пошевелила бедрами, выставляя все свои прелести напоказ. – Ты знаешь, я давно этого хотела.
– Но я не хотел.
– Ты все еще одурманен этой сучкой. Но это пройдет, а пока я тебя утешу. – Она встала на колени. – Иди ко мне, Алекс. Я хочу тебя!
Алекс не был каменным. Его плоть напряглась. Воображение разыгралось. Он представил себе Сару, ее тело в цепях.
– Филиппа, не заставляй меня повторять дважды. Я не хочу тебя. Ты – жена Маркуса.
Ее охватило отчаяние. Алекс не хочет ее. А ведь Аполлон клялся, что ни один мужчина не устоит перед ней, что ее тело может любого свести с ума.
Филиппа спустила ноги с постели.
– Я обуза для Маркуса. Алекс, подумай. Ну, кому от этого плохо? С ней ты был, а со мной не хочешь? Поверь, я гораздо лучше в постели и всегда буду рядом с тобой.
