погибнет. «Воздушник», как она. Хотя, она никогда не решилась бы… А вот Маркус… Маркус!
Жар полыхнул по венам, и Лера очнулась от своей странной апатии.
Вдруг на аэре Маркус⁈ Ему незачем… Но вдруг! Чертов смерч! Чтоб он захлебнулся! Чтоб его порвало и вывернуло!
В тот же миг в рев ветра вонзился резкий хлопок, и яркая вспышка разорвала надвое серую ножку «гриба». Аэра метнулась прочь.
Лера опешила, но сразу сообразив, что это не ее проклятие, а заклинание мага, радостно закричала:
— Так его! Порвать и вывернуть!
Кто-то дернул за подол. Алли! Младшенькая показывала на Росу и того самого «первоклашку». Мальчуган сидел на песке, держась за ногу, а Роса тянула его вверх.
Лера кинулась к ним, оглядываясь по сторонам. У затопленного моста — лишь она и трое детей, остальные уже на полпути к холму.
— Роса, бегите! — Она подтолкнула старшенькую вслед за женщинами, сама же присела, закинула руку мальчишки себе на плечо и помогла ему встать. Рослый, коренастый, тот оказался довольно тяжелым, да еще и левую ногу держал на весу — без помощи не унести.
— Дилан! — заорала Лера в спины убегающим. Бесполезно — в таком урагане и за пару шагов не расслышишь.
Она оглянулась на озеро: аэра — у берега, а смерч почти восстановился. Воронки стремились друг другу словно намагниченные, еще немного и место разрыва затянется.
— Капец…
Лера покосилась на мальчишку. Тот смотрел на нее, тщетно пряча страх за нахмуренными бровями. Глаза его затуманились. Огромные, серые, как у нее самой… На секунду показалось, будто она смотрит в отражение.
Крепче сжав руки, Лера ободряюще кивнула:
— Вперед! Мы справимся!
Вместе с ними припустил и дождь. Ветер швырял его то в спину, то в лицо, то сбоку. Прячась от хлестких ударов, Лера смотрела только под ноги. Раз-два-три, раз-два-три… Приноровившись к прыжкам мальчугана, она успевала просеменить три шага. Но господи, как же медленно! Смерч намного быстрее. Куда он двинет? Хоть бы остался на месте.
Вдруг перед глазами мелькнула мокрая, хлопающая по ногам тога, и кто-то крикнул прямо в ухо:
— Я понесу!
Тяжесть исчезла, и Лера выпрямилась.
Шон! Этот тощий «ботан» вернулся за ними!
Шон ловко закинул мальчишку себе на спину, подхватил под коленями, и они рванули вперед.
Сырой подол лип к ногам и мешал. Лера на секунду приостановилась, чтобы задрать его и перекинуть через плечо, и заодно глянула назад. Ужас плеснул по венам кипятком, дыхание перехватило. Воронка — уже целая! — двигалась к каналу, вдоль которого они бежали. Двигалась к ним!
Спотыкаясь, Лера бросилась за Шоном: ничего, кроме его прыгающей фигуры, она не видела, словно мятущийся воздух размазал, стер остальное.
У самого холма догнали «гренадершу». Все уже поднялись на тропу, огибающую холм, а она по-прежнему «взбиралась» по своей собственной лестнице.
Опередив здоровячку, Шон взлетел по земляным полуразмытым ступеням сразу за Алли и Росой, но когда Лера поравнялась с «гренадершей», та глянула свирепо и выкинула в ее сторону руку. Лера едва успела уклониться от мелькнувшего над головой пудового кулака. «Гренадерша» же скакнула вперед и, хватаясь за траву и ветки кустов, первой полезла наверх.
Лера чертыхнулась. Смерив взглядом объемистый зад женщины — не пропустит же! — запихала тогу в бриджи, и кинулась следом.
Наверху стало понятно, почему все шли цепью и так осторожно: тропа оказалась до тошноты узкой, да еще и дождь превратил ее поверхность в склизкий глиняный кисель.
Лера сжала кулаки, усмиряя желание поторопить «гренадершу». Шаг, еще шаг… Вдруг ослепительно сверкнуло, треснуло, грохнуло, словно небосвод раскололся на куски, и сердце сумасшедше забилось, застучало: «Беги-беги-беги…». Тело само рвануло с места.
Лера сунулась поверху. Сразу же подскользнулась: склон был слишком крут, а сырая трава и земля совсем не держали. Глянула вниз: не так круто и камней больше, но выбраться обратно будет трудно. А можно и вовсе не устоять: свалиться на камни и расшибиться. Или ниже улететь, в ложбину меж холмов, где мчала настоящая река с порогами из тех же валунов — верная смерть. Придется так и идти. Гребаный смерч! Гребаный холм и гребаный дождь!
Ветер усиливался, толкал в спину, рвал волосы и одежду, выл и хохотал, суля приближение гибельной воронки. Тело продирало то жаром, то холодом. Ноги разъезжались по грязи. Выбирая куда ступать, Лера не заметила, что «гренадерша» остановилась, и ткнулась лбом в ее твердую спину. С опаской выглянула. Все стояли. Женщины тянули шеи, всматриваясь вперед, Алли и Роса испуганно озирались, Шон что-то втолковывал ближайшей женщине, которой оказалась эсса карапуза.
— Что там? — крикнула Лера, привстав на цыпочки и ухватив за плечо «гренадершу».
Та обернулась, собираясь ответить, но так и замерла с открытым ртом. Зрачки ее расширились, лицо побелело, а секунду спустя из глотки вырвался хриплый вскрик. Похоже, только сейчас она увидела, что смерч уже покинул озеро.
Не переставая хрипеть, «гренадерша» начала разворачиваться. В остекленевших глазах ее не было даже отголоска разума, и Лера вдруг поняла, что несчастная сейчас ломанется по тропе, просто сшибая всех.
— Стой! Куда⁈ Ты ж, как танк! — Забывшись, Лера перешла на русский. — Стой, бестолочь! — Она повисла на руке «гренадерши». Та словно не замечая лишнего веса, шагнула вперед. Лера уперлась ногами и, чуть не рыдая, заорала: — Я тоже хочу бежать, идиотина ты такая! Я тоже хочу! Но нельзя!
От отчаяния она впилась зубами в руку «гренадерши». Та остановилась. По телу ее пробегали волны судорог, будто она едва сдерживала порыв бежать. Лера нашла взглядом Алли и Росу. Они таращились на великаншу и жались к эссе карапуза, а та, ничего не понимая, пыталась отцепить их от себя. Мальчишка сидел на тропе, поджимая ноги. Шон исчез.
— Где Шон⁈ — крикнула Лера.
Эсса услышала, глянула недовольно. Лера повторила вопрос, и она, что-то крикнув в ответ, махнула в сторону столпившихся женщин. Кажется, Шон ушел разбираться с завалом. Ну да, он же «земельник»… Быстрее бы.
Эсса вдруг попятилась, чуть не столкнув своего же ребенка. Взгляд ее, направленный на озеро, стал, как до этого взгляд «гренадерши», безумным.
На мгновенье замявшись, оглянулась и Лера.
По глазам хлестнуло то ли косой, то ли пролетавшей веткой— она даже не поняла и не почувствовала боли: смерч шел прямо на холм!
Шел за женщинами и детьми. За ней!
Надвигался серой ревущей стеной, закрывая путь назад и отрезая их от озера, долины, неба — от всего
