в руках салфетку. Они пили чай. И это к огромнейшему удивлению Фролова был именно травяной напиток, а не смесь грибной взвеси с искусственными ароматизаторами. Командир СпаСа даже не заметил, как под чай с какими-то суховатыми кондитерскими изделиями выложил женщине больше, чем планировал. Умела она вытягивать из души сокровенное. В том числе и то, о чем лишь иногда испуганно задумывался. Вот настоящая психология и умение работать с людскими душами. С каким поистине материнским участием она внимала рассказу взрослого человека. Поддерживала словесно и ментально.
И лишь загадочный взгляд Орлова вовремя остановил Василия от излишней информации. Но если на ситуацию взглянуть с другой стороны, то можно заметить, что доселе спутанный анализ внезапно предстал предельно четким и ясным. В произошедших на двадцать пятой и двадцать четвертой станциях событиях выявилась некая собственная логика. Жестокая и местами непонятная, но имеющая определенное значение. Для общества, для людей и будущего.
Это заставило Василия заново пережить многое и понять доселе скрытое. Надо признаться, он был поражен и взирал на правительницу с огромным удивлением, к которому то и дело норовил прибавиться банальный испуг. Но опытного спасателя было сложно чем-то напугать. Его состояние отлично понимал Глеб, поддержав товарища саркастической улыбкой и похлопыванием по плечу. Но их поведение вызвало некоторое неудовольствие со стороны хозяйки. Впрочем, вскоре она взяла себя в руки и даже смотрела на мужчин с толикой нежности. Василий внезапно понял, что ей просто-напросто в последнее время не хватало мужской компании. Его кольнул возникший в голове вопрос: а куда делись здесь мужчины? Настоящие, смелые и отважные мужики. Те особи, что попались им на пути, таковыми не выглядели. И как можно ставить в охрану представительниц слабого пола.
— Что у вас произошло? Почему вокруг одни женщины? Вы поэтому перестали общаться с другими станциями?
Правительница похолодела и сжала губы, но тут же успокоилась, и её лицо разгладилось. Она умела держать в руках. Просто отвыкла от подобной прямоты и смелости.
— Глеб ничего тебе не рассказывал?
— Я и сам мало что знаю, Слава.
— Не называй меня так, мужчина! Вячеслава осталась в далеком прошлом. Мы слишком много пережили, чтобы пребывать в давнем состоянии.
Орлов усмехнулся:
— Это ты так решила. Невероятно много взвалила на себя и забыла, кто и что ты такое.
Правительница грустно усмехнулась, её глаза предательски заблестели.
— Ты отлично научился понимать меня, если бы еще помог вовремя своим плечом.
Глеб взмахнул руками:
— Все мы умнеем позже, чем следует.
Фролов снова не удержался:
— На мой вопрос не ответите?
Хозяйка нажала невидимую кнопку, и через секунду на пороге появилась охранница.
— Вас проводят. Всему свое время, мальчики.
Они пошли не этаж, где пребывали доселе, а двинулись к грузовому лифту. В нем в первый раз вплотную столкнулись с группой мужчин. Все невысокие, субтильные, в потертых комбинезонах. Они настороженно покосились на «тумбу» и внезапно склонили головы перед женщиной средних лет в белой накидке, что вошла последней. Места в лифте хватало, но мужчины гурьбой отступили в угол.
«Белонакидочница» удивленно уставилась на гостей, затем нахмурилась. Особенно после любопытного и беспардонного взгляда Василия, оценившего спортивную фигуру женщины.
— Страж, что эти двое тут делают?
— Это гости, владетельница.
— И кто их сюда пустил?
— Все вопросы к правительнице.
Важная дама хмыкнула и смерила мужчин полным презрением взглядом:
— Сразу видно наглых самцов. Пахнут мерзко, поднимают глаза без разрешения. Следи за ними внимательней, страж.
— Да, Владетельница.
Глеб и Василий обменялись многозначительными взглядами. Им не нравилась обстановка, и им не сказали, куда их везут.
«Чем дальше, тем страньше!»
— Добро пожаловать на двадцать третью станцию. Мир гармонии и прогресса!
Это был явно рабочий уровень. Группа работников тут же быстрым шагом исчезла в боковом проходе, а на предлифтовой площадке их встретила молодая женщина в голубом приталенном комбинезоне. Яркие василькового оттенка глаза приветливо уставились на гостей. Правда, Василий отметил, что барышня профессионально оценила их на предмет возможной опасности и сдвинулась чуть в сторону от более крепко выглядевшего Фролова. Откуда у нее подобный опыт?
— С кем имею честь?
Если старомодное выражение и вызвало непонимание, то дама его никак не проявила.
«Психологическая закалка у девочки имеется. Но зачем нам это представление?»
— Я Лида Обручева, ваш сопровождающий. Мне поручили познакомить гостей из двадцать четвертой с нашим образом жизни.
— Спасибо за гостеприимство! — Глеб вежливо поклонился, а Василий снова оценил спортивную фигуру девушки. Интересно, на двадцать третьей у женской половины в основном он видел только такие. Даже «Тумба» было больше спортивной, чем толстой. Просто у нее широкий костяк.
Они двигались по просторному и светлому коридору. Мимо них то и дело проезжали автоматические грузовые тележки. Иногда на них следовали по своим делам женщины в розовых комбинезонах. Разного возраста, от подростков до пожилых дам. Иногда в открытые двери становились видны обширные производственные цеха.
— Прошу за мной. Мы сейчас находимся в пищевом блоке.
Мужчины еле заметно переглянулись. Если чужаков пускают в такое место, значит, им доверяют. Что же на самом деле хочет от них Вячеслава? Как ни странно, но Фролову после беседы с правительницей показалось, что его мозги начали быстрее соображать. Она точно хотела продемонстрировать им нечто важное. Иначе её объяснения станут для чужаков непонятными? Да и потребуются ли они?
— У вас совсем нет тайн от посторонних?
— Это так важно? Мы используем в приготовлении пищи традиционные рецепты. Ничего необычного.
— Но чай, например, вас совсем иной.
Лида обернулась:
— Я и не знала! Вот сейчас и спросим. Мы как раз в секции напитков.
В цеху боролись за чистоту. Хоть на ногах у мужчин и были надеты выданные им специально туфли, но здесь пришлось натянуть бахилы и накинуть сверху прозрачные халаты. Фролову было любопытно наблюдать, как в большой бункер засыпается из мешков растительное сырье. Затем перемалывается и смешивается с какими-то добавками. В конце цеха группа женщин занималась упаковкой готовой продукции. Как в крупные керамические баки, так и в мелкую тару в виде небольших коробочек.
Их сопровождающая взяла одну из них и подала Фролову:
— Это подарок от нас.
— Спасибо.
Обручева показала на подошедшую к ним пожилую женщину:
— Это наш технолог. Она объяснит вам особенности производства.
Глава цеха явно не горела желанием что-то рассказывать незнакомцам. И взирала на них с плохо скрытой враждебностью.
— Во
