Впрочемъ можетъ быть, что судно, на которомъ ѣхало Голстинское посольство, было такое, что прежде того въ Россіи и на Каспійскомъ морѣ толь великаго не видали. Россійскіе плотники строили оное въ Нижнемъ Новегородѣ подъ смотрѣніемъ Голстинскаго корабельщика. Оно было длиною 120 футовъ, о трехъ маштахъ, глубиною шло въ семь футовъ и было подобно галерѣ, въ томъ, что на немъ въ 24 весла грести могли. Ноября 15 числа 1636 сѣло сіе село на мѣль у Низабатскаго берега; чего ради Голстинскіе Посланники принуждены были ѣхать сухимъ путемъ, какъ въ 1638 году возвращались изъ Персіи. Послѣ того съ Голстинской стороны ни чего больше для Персидскихъ торговъ не предпринимали.
Какъ Государь Царь Алѣксей Михайловичь во многихъ дѣлахъ положилъ основаніе къ тѣмъ поправленіямъ, которыя послѣ ПЕТРОМЪ Великимъ коль разумно, толь и благополучно, введены были: то оное учинено и въ разсужденіи кораблестроенія; а тогда его намѣреніе склонялось токмо на Каспійское море, чтобъ тамошніе торги здѣлати прибыточное, и оные отъ нападенія Козаковъ защитить. Для сего призваны были {Іо. Іанс. Страусена достопамятныя путешествія. Амстерд. 1674 въ листъ, стр. 64 и слѣд.} въ 1667 и 1668 годахъ изъ Амстердама разные корабельные плотники и другіе на корабляхъ потребные люди, на Государевомъ жалованьѣ, которые при деревнѣ Деденецѣ, ниже устья рѣки Москвы, на Окѣ построили корабль, Орелъ называемой, на коемъ 6 Іюня 1669 года поѣхали они въ Астрахань, а 13 Августа туда прибыли {Къ Страусенову путиописанію присовокуплены два письма, кои кажется предпочтены быть должны его извѣстіямъ, чего ради мы онымъ и послѣдуемъ въ счисленіи дней. Ибо Страусенъ полагаетъ отъѣздъ изъ Деденевы 12 Маія, а 22 Іюля прибытіе въ Астрахань; но о семъ мы показываемъ токмо для того чтобъ дать опытъ неисправности сего путиописателя, которой по всему виду сочинилъ свою книгу изъ одной памяти, и вмѣщалъ многія вымышленія, между коими непослѣдняя есть и та о горѣ Араратѣ, хотя и хотѣлъ онъ то доказать письменнымъ свидѣтельствомъ. Зри о томъ II. Авриля Voyages en divers Etats d'Europe et d'Asie p. 58.} Страусенъ {Путешествія стр. 100.} подаетъ о тогдашнемъ купечествѣ въ Астрахани слѣдующее извѣстіе: "Астрахань есть изрядной купеческой городъ, не токмо для Бухарскихъ, Нагайскихъ и Калмыцкихъ Татаръ, но и для Персіянъ, Армянъ и Индѣйцовъ, которые чрезъ Каспійское море приходятъ туда на своихъ судахъ грузомъ до 40 ластовъ. Трудно имъ ходить на своихъ Бусахсъ по Каспійскому морю, и всегда должно имъ имѣть способной вѣтръ, а съ половиннымъ вѣтромъ ходить не могутъ, потому что оные опрокидываются." Конечно въ то время такъ было. Ни въ то самое же время сіе цвѣтущее купечество бунтующими Донскими Козаками подъ предводительствомъ Стеньки Разина со всѣмъ уничтожилось.
Здѣсь не можемъ мы обстоятельно говорить о семъ бунтѣ. Желающіе могутъ о томъ читать извѣстіе у Страусена, также въ Шурцфлейшевой диспутаціи {Conf. Sam. Schurzfleisch Stephanus Razin Donicus Cosacus perduell's, Vitenb. 1674. Оная числомъ 45-я въ собранныхъ его диспутаціяхъ, а in Operibus ejus Historico-Politicus находится на стр. 719.} и въ смертномъ приговорѣ Стенкѣ Разину, которой внесенъ Веберомъ въ перемѣнную его Россію. {Часть I. стр. 317.} Одинакія приключенія описаны у Витзена въ разныхъ мѣстахъ, а о томъ, что онъ здѣлалъ въ Рящѣ и Ферабатѣ; можно видѣть у Шардина. {Voyages Tome iv. р. 315 и 323.} Въ то время сочинена на Россійскомъ языкѣ реляція о Стенькиныхъ злодѣяніяхъ, по которой можно поправить многія въ смертномъ приговоръ у Вебера находящіяся испорченныя имена; сія ниже сего сообщена быть имѣетъ. Мы объявимъ токмо то, что принадлежитъ къ настоящему нашему намѣренію.
Ужѣ два года препроводилъ Стенька въ безпрестанныхъ разбояхъ и смертоубійствахъ на Волгѣ, Яикѣ, и на Каспійскомъ морѣ, пока Россійское войско, при устьѣ рѣки Волги, у Четырехъ бугровъ его обступившее, и еще больше чрезвычайной недостатокъ въ съѣстныхъ припасахъ принудили его просить Царской милости и прощенія. Астраханской Воевода обѣщалъ ему прощеніе Царскимъ именемъ, съ тѣмъ чтобъ онъ возвратился на Донъ, жилъ тамъ смирно, и не подавалъ бы причинъ къ жалобамъ. Почти въ то время пришелъ корабль Орелъ въ Астрахань. Стенька получивъ прощеніе сталъ еще хуждшія чинить злодѣянія. Онъ требовалъ, чтобъ въ городъ Астрахань приняли его, какъ знатнаго господина, со встрѣчею. Онъ шелъ въ городъ превеликолѣно. Въ Бакѣ, Ширванѣ, Рящѣ, въ Ферабатѣ и Астрабатѣ похищенныя имъ сокровища, много золота и серебра, раздавалъ онъ народу щедро. Отъ того присообщилось къ нему великое множество злыхъ людей. Воевода Астраханской доволенъ былъ, что Стенька токмо выѣхалъ изъ города. Препроводивши зиму на Дону, паки появился онъ на Волгѣ весною 1670 года съ новою партіею Козаковъ разбойниковъ, взялъ хитростью городъ Царицынъ, и пошелъ прямо подъ Астрахань, откуда Воевода послалъ ему на встрѣчу 2600 человѣкъ военныхъ съ 50 полевыми пушками, подъ предводительствомъ Князя Семена Ивановича Львова. Но сіе войско передалось къ Стенькѣ, какъ скоро сошлися вмѣстѣ;, а вѣрные Офицеры были порублены. Въ Астрахани слышали также безпрестанно бунтовскіе рѣчи, коихъ никто запретить не могъ, а оныя еще болѣе умножились, какъ Стенька подошелъ къ городу. Люди съ корабля Орла еще остались, на которые полагалъ Воевода свою надежду. Онъ призвалъ ихъ въ городъ, дабы помогли оному защищаться. Давидъ Бутлеръ, Капитанъ того корабля, употребилъ съ начала всякое ктому стараніе; ибо онъ и Англинской Полковникъ Томасъ Байлей, которой не задолго передъ тѣмъ укрѣ пилъ городъ Терки, раздѣлили по себѣ команду при защищеніи города. Но какъ Козаки показались токмо предъ ворота и города, то общей здѣлался въ городѣ бунтъ. Никто не хотѣлъ больше повиноваться своимъ начальникамъ, многіе Офицеры порублены были отъ своихъ подчиненныхъ и служителей. Нѣкоторые съ корабля, и въ томъ числѣ Страусенъ, съ самаго начала ушли изъ города искать себѣ спасенія на Каспійскомъ морѣ. Наконецъ послѣдовалъ имъ и Капитанъ Бутлеръ, котораго хотя Козаки и нагнали, однако послѣ нашелъ онъ случай итти за прочими въ Персію. Въ Испагани 6 Марта 1671 года писалъ онъ то письмо, которое находится при Страусеновомъ пути описаніи; во ономъ сообщены о несчастіи города Астрахани чтенія достойныя извѣстія. Іюня 25 предался городъ свирѣпству Стеньки, которой велѣлъ Воеводу Князь Ивана Семеновича Прозоровскаго збросить съ городской стѣны, а двухъ его сыновей повѣсить на оной за ноги. Корабль Орелъ сожженъ. нѣ которые изъ работныхъ людей, и въ томъ числѣ корабельной плотникъ Карстенъ Брандъ, возвратились отъ побѣга въ Москву. Сей Карстенъ Брандъ достоинъ памяти для малаго бота, которой онъ Государю Царю Алѣксею Михайловичу въ Москвѣ строилъ. ПЕТРЪ Великій нашелъ оной въ 1622 году во Измайловѣ, и съ того времени возжглася въ немъ чрезвычайная охота учиться мореплаванію и корабельному строенію. Государь Императоръ обыкновенно называлъ оной малой ботъ дѣдомъ своего флота, такъ же онъ и исторію онаго и учрежденнаго имъ кораблестроенія самъ написалъ съ предисловіемъ къ морскому уставу или регламенту. {Уставъ морской, на Россійскомъ языкѣ въ Санктпетербургѣ напечатанъ 1720 хода въ листъ. Находится еще изданіе въ 8 часть листа съ Голландскимъ переводомъ того же года. Зри также извѣстіе о маломъ ботѣ, яко о началѣ Россійскаго флота, въ извѣстіяхъ господина Профессора Мартини стр. 93.} Перевезенъ онъ въ 1721 году въ Санктпетербургъ, а отъ всего флота въ Кронштатѣ принятъ съ великимъ торжетвомъ, а потомъ для вѣчной памяти поставленъ въ Кронверкѣ Санктпетербургской крѣпости.
