проснулся ночью от настойчивого царапающего звука. Кто-то скребся в его дверь. Открыв ее, он обнаружил небольшое округлое существо, оно резко прыгнуло в его сторону и вцепилось острыми зубами в его непокрытую ногу. Сделав укус, оно быстро ретировалось и скрылось в чистом поле. Альбер не успел проследить, куда именно оно побежало. Он обработал треугольную рану антисептиком, сделал перевязку и лег спать. Дверь больше он не намерен был никому открывать, спал в ту ночь неспокойно и видел странного вида кошмары, вспоминать которые не хотелось. К тому моменту, как он записывал свои воспоминания на квартон, они полностью стерлись из мозга и потому не сохранились.
На следующий день он нашел напавшего на него хеннеса недалеко от дома. Он раскинул свои лапы, похожие на переломанные тонкие веточки, во все стороны, обнажив треугольный рот посреди живота. Его желтые острые зубы были перепачканы кровью Альбера. Изучив существо, он пришел к неожиданному заключению – оно отравилось его кровью. Для Альбера это стало настоящим потрясением. То есть он знал, что не все живые существа способны переваривать различные белки, особенно инопланетного происхождения. Но он никогда в жизни не ожидал, что окажется для кого-то ядовитым.
«Так вот почему тогда в 25ом столетии, когда мне повстречался разъяренный саблезуб (по человеческой классификации. Видите ли, хорошие названия придумывались не часто. Поэтому люди частенько использовали полюбившиеся названия существ из прошлого, давая им новую жизнь) я резанул себя по ладони и прыснул кровью ему в морду до того, как он успел до меня добраться. Саблезуб поперхнулся моей кровью и скрылся в пещерах. Это было настолько необычно для меня самого, что я сам не поверил бы в происходящее, если бы не пересмотрел это воспоминание несколько раз. И теперь я знаю, почему поступил именно так. Инструкция к действию скрывалась долгое время в моем мозге, дожидаясь своего часа, и когда опасность была неминуема, мозг ею воспользовался»
Хеннесы, тем временем, повыбрались на поверхность и целыми днями беспорядочно бегали взад-вперед по земле, тщетно пытаясь найти себе пропитание. Их впалые подслеповатые глаза были не способны на полноценные поиски и все, что могли - это находить источники света в глубоких подземных тоннелях.
В местах, где они проползали, деревья оставляли после себя липкую жидкость, впитавшуюся в почву. И хеннесы окружали подобные места целыми стаями, пытаясь выскрести из земли хоть каплю питательного вещества. Альбер начал понимать взаимосвязь. Все это время эти мелкие существа были под землей и питались корнями деревьев, а когда те ушли из этих земель, выбрались на поверхность в недоумении и растерянности. Сытая жизнь в одночасье закончилась и начались голодные времена. Не в состоянии отыскать себе пропитание на поверхности, хеннесы умирали пачками. Каждый день Альбер находил в поле групповые могилы. В последние минуты своей жизни эти крошечные существа сцепливались лапками друг с другом. По прошествии небольшого времени они разлагались, насыщая почву фтором и кальцием. Когда новые деревья придут в эти края, они используют их для роста и размножения.
Само же присутствие целых семейств хеннесов под землей объясняло, почему деревья, обладая огромный способностью к размножению, до сих пор не заселили большую часть планеты и не отметили свое господство на ней. Они попросту не могли сделать этого из-за вредителей, что выжирали их корни там, где они не могли их ни достать, ни помешать им этого делать.
Вскоре Альбер нашел и ответ на вопрос, почему на поверхности были только деревья и никого больше. Одно из деревьев, что не так давно проросло и не успело перебраться в другие края со своей семьей, осталось одиноко стоять посреди чистого поля. Обезумившие от голода, хеннесы набросились на него целой стаей. Они облепили его хрупкий неокрепший ствол и жадно вгрызались в пористую плоть. Через несколько минут они все свалились замертво, окружив дерево кольцом из трупов. Все те микроорганизмы, что сосуществовали с деревьями, защищали их от паразитов и добились такого уровня мастерства в этом нелегком занятии, что стали буквально смертельными для всех нежеланных гостей. Любой, кто дотрагивался до дерева или пытался попробовать его на вкус, умирал в течение нескольких минут.
Альбер вспомнил все те случаи, когда он с любопытством ковырялся в древесных порах своими пальцами, и напряженно сглотнул. Повезло, что руки его были защищены, а воздух подавался внутрь через сложную систему фильтрации. Если бы не его сложнейший скафандр, наверняка он также не смог бы пережить контакт с враждебными микроорганизмами. От мыслей об этом по спине спускались капли холодного пота. Он спрашивал себя неоднократно, если деревья представляли из себя такую опасность, то почему его никто не предупредил об этом? Почему ни в одном издании, ни в одном энциклопедическом справочнике не было ни слова об этом? Может, потому что трогать неизвестные виды голыми руками было настолько очевидным правилом для всех межпланетных исследователей, что указывать это дополнительно в печатном виде сочли пустой тратой сил, времени и ресурсов? Может, только люди обладали по-детски глупой привычкой трогать руками все, что вызывает интерес, а у других проблем с самоконтролем не было? Как иначе можно было это объяснить?
Итак, получалась интересная гармония жизни и смерти. Деревья атаковали живых существ на поверхности, и там они были неуязвимы. В итоге все те, кто жил на поверхности вынуждены были перебраться под землю. И это дало им стратегическое преимущество. Под землей они могли безнаказанно питаться корнями деревьев, которые не были никак защищены. Когда же их повреждения становились нестерпимыми, деревья перебирались в другие места, и все начиналось по новой. Всех тех, кто не скрылся под землей, они уничтожали и питались их разлагающимися телами, и в то же время служили пищей для всех, кто спрятался под землей.
Все те пятнадцать с половиной лет, что Альбер провел на той планете, он раз за разом наблюдал этот цикл жизни, смерти и миграции. Когда пришло время покинуть свой пост, он оставил после себя несколько томов со своими пометками и наблюдениями, чтобы его преемник не слишком удивлялся, когда деревья разбредутся, а голодный хеннес попытается его атаковать.
