Семироль явился на ее крик.
В кротовьей норе действительно хранилась кольчуга, свернутая узлом. Внутри оказались серебряные и медные монеты — не так чтобы очень много, но само зрелище впечатляло…
— Ой как кстати, — сказал Семироль. — Новичкам везет…
— По-глупому везет, — добавила Ирена.
* * *
Путь до города, обычно занимавший у Ирены минут сорок-пятьдесят, отобрал теперь чуть ли не весь день.
Она ждала, что на месте кофейни под красной крышей окажется что-то вроде трактира — но ошиблась. Кофейни не было вообще. Наверное, невыгодно открывать трактир в безлюдном месте — не так много охотников ездить туда-сюда…
Дорога кое-где совсем обвалилась — кобыла ступала, как по пиршественному столу, тщательно выбирая место, куда поставить ногу. Ирене вспоминалась их с Семиролем последняя рискованная поездка; вероятно, машина-вездеход так и осталась на улице, перед входом в «Праздничные сюрпризы»…
Семироль думал о своем. То хмурил брови, то с любопытством глядел вокруг, изредка даже улыбался своим мыслям; Семироль был как саламандра, которую из печи пересадили в камин. Невелика, в общем, разница…
— Ирена…
— Да?
— А скажите пожалуйста, место, откуда вы явились, которое вы не считаете МОДЕЛЬЮ… Наверное, высокотехничная цивилизация? Космические колонии, внешняя экспансия, звездолеты?
— Нет, — ей почему-то сделалось неловко. — А почему?..
— Ну, если МОДЕЛИ создаются по нисходящей… Войдем, например, в какую-нибудь местную лавку «Фитили и свечи»… И окажемся на холме. По дороге будет топать племя в шкурах, чуть ниже и слева будет ваша пещера с высеченными на камне… или нарисованными на стенах… первыми рассказами Ирены Хмель…
— Нет, — сказала она зло. — Анджей Кромар ставил другую цель… Не насмеяться над моими писательскими претензиями, и не проиллюстрировать школьный учебник…
— Эге, Ирена. Вы все-таки не верите, что он сумасшедший.
— Он всегда был сумасшедший, — отозвалась она раздраженно.
— Как же вы решились…
— А вам-то что?
— Ничего… Не волнуйтесь.
Около часа они ехали молча; потом у Ирены совсем уж разболелась спина, и пришлось сделать новый привал. Ирена очень хотела есть, но признаться в этом считала ниже своего достоинства.
— А какую он все-таки ставил цель? Как ВЫ думаете, Ирена?
Она устала. Она смертельно устала, не надо было ложиться, теперь она не сможет встать, и Семироль увидит ее слабость…
— Эк…спериментальная социология.
— Что?
Ирена поморщилась, вспоминая:
— «В любой момент времени у человечества был, так сказать, потаенный запретный уголок. Исследования, которые считались неприличными, неэтичными, негуманными… И тем не менее неслыханно перспективными…»
— Ну и память у вас, — сказал Семироль после паузы.
Ирена вспомнила известный анекдот и кисло улыбнулась.
* * *
Там, где Ирена ожидала увидеть предместья, по-прежнему тянулись поля и пустыри.
Сам город оказался втрое меньше, чем ожидалось; издали разглядев стену, ворота и башни, Семироль замедлил шаг.
— Красиво, — равнодушно сказала Ирена. И добавила невпопад: — Ян, как насчет полежать в гробу?
— А наши дела так плохи? — после паузы спросил адвокат.
— Нет, — Ирена хихикнула. — Просто в подобных декорациях… вампирам не свойственно бродить по улицам. Они должны бояться солнца, днем спать в гробах, а ночью…
— Это смотря какие вампиры, — Семироль не обиделся и не удивился.
Они миновали подъемный мост и вошли в город.
* * *
По улицам шли молча. Ирена спешилась и шагала рядом с адвокатом; время от времени, будучи не в силах удержаться, они подталкивали друг друга локтями и указывали взглядом на все новые и новые подробности: жанровая сценка у источника, любовно оформленного в виде коровьей головы… Хозяйки в чепцах, беседующие через узкую улицу… Какие-то козы, собаки, водостоки для помоев, медные кольца, шорные лавки, вооруженные всадники — Ирене стоило труда сдержать себя, не шарахнуться…
Планировка города изменилась совершенно. Дважды или трижды узкие улочки выводили путников на площадь — Ирена всякий раз напрягалась, ожидая увидеть виселицу с несвежим трупом в петле. Почему-то картина города казалась неполной без запаха навоза, стражников с копьями и использованых эшафотов…
Запах был — несильный и неявный, зато стражника не встретилось ни одного. На площадях помещались в основном лавки и постоялые дворы — виселиц, по счастью, не было.
На них поглядывали — с любопытством, иногда настороженным любопытством, но и только. Ирена боялась, что будет хуже, что за парочкой странных путников увяжется толпа зевак…
Вечерело. Ирену все еще не оставила надежда на чудо — вот, мол, сейчас, сию секунду, из-за поворота покажется лавка с каким-то особенным, знакомым фасадом, здание-метка, скрывающее в себе ПЕРЕХОД…
— Господин моделятор имеет весьма приблизительное представление о средневековом городе… Это лубок, Ирена.
— А кто вам сказал, что он моделирует средневековье?
— А что он моделирует?
— Вы уже спрашивали…
Долговязые фонарщики зажигали свои фонари. Очень красиво — цветные стеклышки, толстые свечи, город в сумерках, в цветных огнях…
В какой-то момент Ирене почудилось, что она стоит посреди широкой оживленной трассы. Справа и слева от нее текут два потока — убегающих красных огней и набегающих белых… Фары, огни, всепонимающие глаза светофоров…
— Вы устали, Ирена.
— Нет, не особенно…
— Вы еле на ногах держитесь… Пешие прогулки, конечно, в вашем положении показаны, но не в такой же степени…
Ирена не запомнила, как называется гостиница. Ей было уже все равно.
— …Комната? Ужин? Горячей воды для господ путников?
Скрипучие ступеньки.
Ирена обнаружила себя лежащей на кровати — полог с золоченными кистями кое-где прохудился, сквозь прорехи тепло просвечивал огонек свечи…
— Ян, включите же свет…
— Сейчас, только найду выключатель, — в голосе Семироля была насмешка.
Он тоже устал.
* * *
После завтрака — овощи оказались вкусными, мясо невозможно было есть — Семироль отправился в город. Один; Ирена снова превозмогла себя и не напросилась в попутчицы.
Ей было страшно оставаться одной. С другой стороны, спина после вчерашнего болела немилосердно. С третьей стороны, появилась возможность наконец-то натянуть одеяло до подбородка и все хорошенько обдумать…
Что до новых впечатлений, то ей вполне хватило жанровых сценок под окном. Стук деревянных башмаков, плеск выливаемых помоев, фырканье лошадей, крики уличных разносчиков — прав Семироль, все это здорово смахивает на лубок, и, что интересно, не ослабевает впечатление давно виденного — где-то, когда-то, в кино ли, в книге…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
