жевать плоть и древесину, будто из интереса ожидая, что предпримут её жертвы. — Фолл говорил…
— Мне плевать, — выдохнул валет Легиона. — Вы члены Сада. Мы — ваше сопровождение. Отдать жизнь, чтобы вы выбрались отсюда — это наш долг. Полагаю, эльф и одноногий с нами солидарны.
Кирагас с Лафасом, бросив один взгляд на Арта, синхронно кивнули. Им нечего было терять. Если это — их шанс искупить все грехи и отправиться восвояси из этого мира с чистой душой, то они с удовольствием примут смерть. Арт скрипнул зубами, застывая на одном месте. Опять жертвы… Как тогда, с деревней. Как старейшина, оставшийся, чтобы задержать Сангвина. Снова и снова, из раза в раз… Сколько это будет повторяться? Пока Арт не станет сильнее? Но что, если… Когда это всё-таки произойдёт, защищать будет попросту некого? Отступи он сейчас, сможет ли простить себе жертву легионеров и новообретённых товарищей?
Даже Ирис, легко выбиравшая что-то одно из двух в сложных ситуациях, сейчас отказывалась подчиняться словам Маркуса. Убежать, поджав хвост… Отвратительно. Жить в страхе, жить, будучи не способной хоть что-то изменить — это путь, по которому она идёт? Ни за что. Она уже потеряла тех, кто был ей дорог. Их трупы она не сумела даже похоронить. И это снова должно повториться? Нет. Только через её труп.
— Как член Сада, я останусь с вами здесь, — протянула Лори, и в голосе её проскользнула сталь. Правда, и Маркус стоял на своём.
— Не глупи, — помотал он головой. — Скорее. Оно уже заканчивает с повозкой…
— Это наше решение, — добавила чародейка, а затем громко свистнула, поднимая свой взгляд вверх. В место перед ней ударили золотые молнии, а по всей округе прокатился гром, заставивший химеру на секунду прекратить свой поздний ужин. Или, скорей, десерт, учитывая поглощённого Эстебана. Фарион, расправив крылья, учтиво поклонился Лорелеи, тут же повернувшись к химере.
— Одно слово, madame, и я обрушу на это créature dégoûtante весь гнев моего рода! — высоким голосом с нотками самолюбия провозгласила сова.
— Вы психи, — обречённо вздохнул Маркус, хотя его воины, несмотря на прямую угрозу их жизни, улыбались. Вместе с бывшими рыцарями, с беспокойством и с каким-то общечеловеческим пониманием взглянувшими на него. Мужчина собрался, сплюнув в снег. Выдохнул, поднимая меч над головой. — Да будет так. Легион!
— Призрачный батальон! — с ухмылкой на лице выкрикнула Ирис.
— Фарион! — повелевающим жестом взмахнула рукой Лорелеи.
— Ребята… — со смесью радости и удивления протянул Арт.
И уже все вместе, дружным хором, они закончили.
— В АТАКУ!
И они сошлись.
Волна и камень, лёд и пламень.
Не стоит упоминать стихи и прозу, ибо сражение с химерой, захихикавшей тонким фальцетом полусгнившими голосовыми связками, никоим образом не было красивым, драматичным и приятным глазу. Взревели дробовики, отправляя свинец в массивное тело, затрекотали короткими очередями автоматы, молчаливо ступили на снег перед химерой легионеры, в мгновение ока рассеиваясь по лесу, будто пыль. Лорелеи убавила яркость призванного шара света, нараспев читая слова нового заклятья.
Маркус вышел вперёд, прямо перед химерой, отставляя ногу назад, готовясь к прыжку. Химера двинулась на людей, ломая остатки леса под носом и выпуская во все стороны из-под земли новые и новые щупальца. С треском, клёкотом и шорохом они устремились со скоростью пули к людям, цепляя их за ноги, обвивая шеи и в считанные секунды превращая живых в мешки из переломанных костей и плоти. Фарион взмыл в воздух, поднимая снег в воздух, а в чёрных небесах на опасной близости к полю битвы стремительно собрались тучи, в которых то и дело били яркие жёлтые молнии.
Крики пришли быстро, вместе с первыми смертями. Легионеры хрипели, не в силах противостоять ужасающей силе, ломавшей их, будто тряпичные куклы. Ржали кони, пугливо бросаясь прочь, натягивая верёвки, привязавшие их к деревьяв поодаль. Сталь схлестнулась с плотными отростками, тут же выпустившими шипы. Люди закричали вновь — шипы проникали в плоть, причиняя ещё большую боль. Арт разрубал их, успев освободить нескольких воинов клана убийц, но остальные, в последний раз булькнув, исчезли под телом химеры. Та вновь гаденько захихикала, перемещаясь на восьми волосатых ногах ещё ближе. Фарион, закончив с подготовкой, ударил, за секунду оказавшись прямо над чудовищем.
Сотня с лишним молний ударила по твари сверху, а в воздух тут же поднялся запах жжёного мяса. Химера заурчала, атакуя мгновенно сместившуюся сову щупальцами с уже выпущенными шипами. Фарион уклонился, и тогда атаковала Лори. Пока легионеры при поддержке Арта с Ирис отступали назад, она выткала из эфира несколько чёрных копий, по щелчку пальцев отправив их вперёд. Заклинание попало — одно из орудий даже пронзило голову, продолжавшую смеяться над живыми. Для химеры подобное оскорбление стало поводом для ещё большей агрессии.
Теперь её жертвой пали големы, продолжавшие поливать грузное тело свинцом. Она не могла их убить, а броня не позволяла переломать жизненно важные сочленения, поэтому чудовище просто складывало солдат пополам, ломая позвоночник. Спасибо, что они не были живыми и не чувствовали боли — а потом стреляли, даже когда щупальца сковали их тела и подняли в воздух. Маркус, поняв, что химера отвлеклась, понёсся вперёд, окутав чёрный меч густым слоем синего эфира. Подпрыгнув на месте, валет Легиона приземлился на тварь сверху, тут же вонзив оружие в место чуть дальше от головы.
Щупальца двинулись, ослабив хватку. Отбивавшиеся от них легионеры почувствовали облегчение, подступая в упор к монстру, направившему весь доступный арсенал на усевшегося сверху Маркуса. Тот, не теряя времени зря, двинулся вперёд, вспарывая тушу. Плотная кожа и не менее плотное тело замедляли процесс, но мужчина не сдавался, на ходу уклоняясь от бивших вслепую отростков. Арт ушёл в тень, перемещаясь за спину к чудовищу и скрываясь от взглядов остальных. Оказавшись возле сгустка торчавших из-под земли отростков, он вгрызся в них мечом, разрубая их слой за слоем. Некоторые двинулись в его сторону, но химера была слишком сосредоточена на угрозе впереди и сверху, чтобы беспокоиться за свой зад.
Фарион не мог ударить, чтобы не задеть Маркуса, наносившего сейчас наибольший вред чудовищу. Поэтому кружил поблизости, перенимая на себя часть его атак. Легионеры, подхватив инициативу лидера, рубили пронзавшие землю щупальца, выступавшие, как уже выяснилось, своеобразной паутиной химеры. Та, наконец осознав угрозу, атаковала всех без разбора, больше не охватывая воинов отростками, но пробивая их насквозь — вместе с бронёй и одеждой. В очередной раз пролилась кровь, и несколько тел, захлёбываясь в алом, опустили свои мечи. Земля сотрясалась каждый раз, когда химера выпускала новые фиолетовые плети. Ирис отдала приказ големам, присоединяясь
