отражало степень его раздражения
— Мне необходима небольшая помощь — безапелляционно заявил генерал — в известном нам лагере проблемы
— Это место содержали вы — заметил Трао
Генерал с трудом подавил раздражение
— Группа беглецов, довольно большая — идет до границы с Мандалаем. Мы попытаемся их остановить… сделаем что сможем. Но в Мандалае — нам нужна будет ваша помощь.
Джек Трао лихорадочно соображал.
— Это недешево обойдется.
— Вы получаете от нас товар. Вычтите стоимость ваших услуг из оплаты.
…
— Хорошо.
Щелчок — линия разъединилась
Трао раздумывал несколько секунд — а потом швырнул тяжелую книгу в дверь
— Машину!
Джек Трао, несмотря на мучавшую его неполноценность (как британца) обожал все британское. Его машиной был Даймлер-420, лимузин той марки, которым пользовалась Ее Величество, Королева. Цвет был тот же самый — бордовый с черным верхом.
Две полицейские машины — пристроились в сопровождение небольшого кортежа, как только они выехали из ворот виллы. Трао был необычным человеком — и его сопровождала как полиция, так и боевики триады.
Была гроза. Дорога, которая вела с холмов вниз, в деловой центр города, в его британскую часть — была узкой и извилистой. Освещаемый только вспышками молний — он не зажег свет в салоне — Джек Трао просчитал варианты и поднял телефонную трубку, искусно скрытую в отделанном деревом подлокотнике. Кое в чем он превзошел Ее Величество — он был уверен, что такого телефона в машине у не точно нет. Это был тоже Телефункен, он позволял подключаться к обычным телефонным сетям с использованием антенны. Аппаратура — занимала большую часть багажника Даймлера.
Он набрал номер. А потом — медленно положил трубку.
Нет…
Нет, нет и еще раз — нет…
У Джека Трао имелось несколько штаб-квартир и офисов в Гонконге, но сердце его империи — находилось в специально построенном для него пятидесятиэтажном небоскребе в округе Ваньчай. Этот небоскреб был открыт всего несколько месяцев назад и был самым высоким зданием в Азии — высотой двести двадцать метров и с шестьюдесятью пятью этажами. Он был построен на крутом склоне, насколько крутом, что имел два входа: причем один из них располагался на семнадцатом этаже здания. Это делало небоскреб и одним из самых необычных зданий мира. Джек Трао решил сделать такой вход после неофициального посещения Европы — его впечатлили роскошные подъезды к австро-венгерским замкам: автомобили, а раньше кареты могли подъезжать к уровню второго этажа, а первый этаж считался этажом для прислуги и не слишком важных гостей.
Внизу, Трао встречали несколько человек, главных среди них был Майкл Миллс. Проницательный управляющий, который в семидесятые был вынужден покинуть САСШ, спасаясь от разъяренной SEC[81]. Согласно запоздалому решению североамериканского суда, любая компания из числа тех, что котируются на биржах САСШ, что наймет Майкла Миллса на работу — вынуждена будет заплатить штраф в пятьдесят миллионов американских долларов. Соответственно, желающих нанять Миллса в легальном секторе экономики было немного — но Трао плевал на законы и решения судов. Зато он умел оценивать людей и решил, что если Майклу Миллсу в течение столь долгих лет удавалось водить за нос САСШ (он бы и дальше водил, если бы не развод и мстительная жена) — то и в Гонконге он будет весьма полезен. Он пригласил Миллса в Гонконг и предложил ему должность управляющего личными финансами с оплатой непосредственно из рук в руки. А так как Джек Трао не котировался ни на одной североамериканской биржевой площадке — то и взять с Джека Трао штраф в пределах САСШ было затруднительно. Тот же, кто попытался бы взять с Джека Трао штраф, приехав на территорию Гонконга — повершил бы очень большую ошибку. И вероятно, последнюю ошибку в своей жизни.
Кем сейчас был Миллс? Он был тайпаном. Тайпаны — крайне могущественные люди, главы торговых и банковских объединений. Тайпана нельзя сравнить с директором, его власть намного больше, он нанимается либо пожизненно, либо пока сам не захочет уйти. Именно тайпан, а не акционеры — называет своего преемника. Сейчас Тайпанов было всего восемь во всем мире — по числу так называемых «благородных домов». Благородные дома — это организации, возникшие во времена опиумных войн и сделавшие первоначальное состояние на торговле наркотиками в Китай и чаем — из Китая. У них нет какой-либо определенной специализации, они занимаются всем что приносит доход — но в составе каждого дома обязательно есть банк. Три старших дома — образуют консорциум, законом которому предоставлено право эмитировать гонконгский доллар. Да, гонконгский доллар так же как и американский эмитировался не государством, а частными лицами. Это не мешало ему быть самой устойчивой валютой в Азии…
Остальные встречающие — были людьми калибра поменьше, чем Миллс. Но из восьми тайпанов — здесь было трое…
— Сэр…
— Все в сборе — подытожил Миллс
Люди смотрели на него
— Как вам всем вероятно уже известно — начал Миллс — сегодняшняя паника вовсе не случайна. Она вызвана поступившей информацией о том, что японский генералитет, счел армию и флот готовыми к войне, которую они намерены развязать в самое ближайшее время. Император не помеха им, как он не был помехой им и ранее. Нас ждет очередное пятилетие войн, разрушений и потерь.
Миллс оглядел собравшихся
— Подобная политика, проводимая безответственными потомками самураев, и даже простолюдинами, возомнившими себя наследниками воинской славы Ямато — несет для нас потери, прекращение бизнеса, поборы и реквизиции, проводимые обезумевшими от своей чести вояками. В связи, с чем каждый из нас — должен действовать заодно с другими, чтобы предотвратить все это.
После собрания, на котором были приняты решения, которые вряд ли порадовали бы японских генералов и адмиралов — Миллс едва заметным жестом дал понять Трао чтобы тот остался. Тот разумеется, выполнил молчаливую просьбу.
Они прошли к лестнице. Поднялись в кабинет на двадцатом. В отличие от многих других богачей — Миллс не любил высоты. На верхнем этаже его здания был ресторан, куда пускали посетителей.
Миллс включил монитор — компьютерная система у него была самая современная, от IBM. Дожидаясь, пока загрузится, он слушал Трао. Прямо во время доклада — помощник внес ленту телетайпа — последние новости, это не возбранялось. Вместе — они принялись смотреть ее.
— Могло быть много хуже — заметил Трао
— Я опасаюсь, что худшее еще впереди — проницательно заметил Трао — доверие мелких вкладчиков нелегко будет восстановить. Впрочем, речь не об этом.
…
— Вы давно работаете с японскими генералами, продаете им наркотики. Скажите, что движет ими и такими
