прекрасно знал, на что способны люди ради тех, кого они любят.
Им нужно было обязательно найти Кейлена, но во всей Эфирии ничто не могло помешать ему одновременно искать Эрика. Он все еще его чувствовал; не мог это объяснить, но просто знал, что оба живы. Он оставил Далена в Даракдаре по нескольким причинам. Ему требовался верный человек, который приглядывал бы за Даймоном. Но Эйсон солгал бы самому себе, если бы попытался отрицать, что прежде всего хотел сохранить Далену жизнь.
Он не смог защитить одного из сыновей и не должен допустить, чтобы такое повторилось. Только Дален и Эрик остались Эйсону от его любимой жены Найи. При воспоминании о ней он всегда испытывал боль.
За почти четыреста лет, что прошли после Падения Ордена, Эйсон ни разу не позволил себе взять жену. Какой смысл? Ему бы пришлось наблюдать, как она стареет и превращается в прах. Он больше не смог бы перенести такую боль. Смерть его дракона Лиары все еще горела страшной раной в той половине души, которая ему осталась.
Так продолжалось, пока он не нашел Найю. Так он узнал, что в мире есть люди, способные просто войти в твою жизнь и потребовать всю твою любовь. И самим фактом своего существования они все меняли.
Смерть Найи была подобна утрате Лиары, которая забрала половину его души в чертоги богов, а Найя унесла с собой половину сердца. От нее остались сыновья. И он собирался защищать их до последней капли крови и последнего вдоха. Для этого он готов пройти сквозь целые армии и жидкий огонь. Я найду тебя, Эрик.
– Эйсон? – Данн приподнял бровь, слегка склонив голову.
– Они живы. Выбрались отсюда, – сказал Эйсон, проведя языком по губам и глядя на место катастрофы.
– Ты уверен? – спросил Тэрин, вытирая пот со лба.
Эйсон кивнул.
– Мы должны еще осмотреть тела мертвецов, но я уверен. Я видел следы, ведущие в северный туннель. Видел до нападения араков. Следы сапог и когтей.
– Кейлен… – прошептал Данн, оборачиваясь к северному туннелю.
Больше он не произнес ни слова. Две эльфийки оставались рядом с ним.
Эйсон собрался позвать Данна, сказать ему, что они должны держаться вместе, но почувствовал, как на его плечо легла рука.
– Оставь его, – сказал Тэрин. – Он испытывает боль и еще слишком молод, чтобы знать, как справиться со скорбью.
Эйсон вздохнул. Его раздражало то, как часто Тэрин оказывался прав, но так уж повелось.
– Если он умрет здесь, ответственность ляжет на тебя, – проворчал Вирандр.
– Я добавлю эту вину в свой список. Давай осмотрим место и пойдем за ним.
Эйсон почувствовал укол сожаления, когда Тэрин ушел, и отдал приказы Нимаре и остальным гномам, чтобы они осмотрели место катастрофы. Он не хотел причинить боль Тэрину, но часто забывал, что эльф носит в себе не меньше горя, чем он сам.
– Проклятье! – Данн стукнул ладонью по стене туннеля, не обращая внимания на боль. – Еще один тупик! – Он с силой швырнул лук на твердую землю и вздрогнул, услышав треск дерева. – Проклятье!
Данн оперся спиной о каменную стену и сполз вниз, сделал глубокий вдох, потом выдохнул.
Проведя пальцами по грязным, пыльным волосам, Данн закрыл глаза. Его уже до смерти тошнило от голубого сияния проклятых гномьих цветов. Неужели гномы никогда не слышали о существовании свечей?
И что теперь делать? Он не должен останавливаться. Он найдет Кейлена, а потом они вместе отыщут Риста. Быть может, тогда они смогут вернуться домой. Он рассмеялся от этой мысли, но тут же закашлялся из-за попавшей в горло пыли. Представил, как Кейлен возвращается в Прогалину на пару с сияющим белым драконом, словно ничего особенного не случилось. Да, на такое стоило бы посмотреть.
Он раздул щеки, потер переносицу, затем прижал кончики пальцев к уголкам глаз, пытаясь избавиться от грязи. И все же ему хотелось бы повидать отца и мать.
Данн никогда не думал, что способен тосковать по дому. Он не считал себя «домашней птичкой». Но сейчас он был готов все отдать за возможность вернуться на родину.
Юноша позволил себе улыбнуться, когда вспомнил, как он, Кейлен и Рист пили кружками мед Ласха на ступеньках «Золоченого дракона» пару лет назад. В общем, ничего особенного. Самый обычный день. Солнце стояло высоко и светило ярко, как и всегда летом. Они пили, болтали о том о сем, а потом, пошатываясь, пошли домой. Это было одно из его самых любимых воспоминаний, лишь слегка подпорченное выволочкой, которую устроила ему мать, когда нашла на следующее утро спящим посреди собственной рвоты.
– Я приду за тобой, обещаю…
– С тобой все в порядке?
Данн открыл глаза и увидел перед собой Алеа, которая склонилась над ним: ее светлые волосы закрывали часть лица, а золотые глаза эльфийки, наполненные тревогой, блестели в свете цветов. Данну совсем не хотелось с ней разговаривать и делиться тем, как ему страшно потерять друзей, – нет, ведь это ничего не изменит.
– Да, я в порядке, – ответил Данн, склонив голову набок и недовольно фыркнув.
– Мы найдем дралейда, – сказала Алеа.
Что-то сломалось внутри юноши. Он поднял голову, посмотрел в глаза Алеа, и его руки сами собой сжались в кулаки.
– Его зовут Кейлен, Алеа. Я ведь не называю тебя «эльф», верно? – Данн еще не закончил фразу, как тут же о ней пожалел.
Его гнев был направлен совсем не на нее. Он предназначался ему самому.
– Алеа, я…
Данн предпочел бы, чтобы эльфийка разозлилась и ушла. Но она лишь посмотрела на него, и он увидел в ее глазах боль. И задержал дыхание, когда она отошла в дальнюю часть туннеля.
– …сожалею. – Юноша вздохнул, закатил глаза к потолку и оперся затылком о стену пещеры.
Он увидел, что Лирей вопросительно на него смотрит. Данн не стал обращать на нее внимания. Он знал, что поступил неправильно, но не стоило начинать новые споры.
Звук шагов эхом раскатился по туннелю.
– Мы вовремя до тебя добрались. Что ты делаешь…
Эйсон смолк, увидев впереди тупик. Он сделал глубокий вдох через ноздри и огорченно выдохнул.
– Нам хотелось найти совсем другое, – проворчал Эйсон.
– С тобой все хорошо, Данн? – каким-то непостижимым образом, даже в тусклом освещении туннеля, где все покрывала грязь и каменная пыль, серебристые волосы Тэрина оставались безупречно чистыми. Он скользил к Данну с протянутой рукой. С тяжелым вздохом Данн сжал кисть Тэрина и встал.
– Да, я в порядке. – Данн искоса бросил взгляд в сторону Алеа, который наверняка перехватил Тэрин, но эльф смог его проигнорировать. –
