— Антандра! — внезапно обеспокоенно взвизгнула Лили где-то далеко позади.
Я отвела взгляд от жнецов и снова впилась взглядом в Девкалиона, напрягаясь до боли в мышцах, когда поняла, что тьма короля вдруг сомкнулась вокруг нас огромным плотным черным шаром. Он замкнул нас вместе внутри, и это серьезно меня обеспокоило.
В этот раз некромант не сражался, а стремительно подавлял. Теперь ему было не до игр.
Девкалион торопился отобрать у меня сестру, и это не сулило мне ничего хорошего. Он в отчаянии и настроен решительно. Сальватия разрушается. Сегодня некроманты не будут ни с кем возиться. Их время на исходе.
— Я ведь убью тебя… Отдай мне с-с-с-светлую, и последняя колдунья так и будет последней… Ты рис-с-с-скуешь… От твоего рода останутся лишь искаженные вос-с-с-споминания… — шипел этот змей, пробуждая во мне опасную первобытную ярость.
— Пошел к черту! — рявкнула я, окружая нас вторым шаром — синим.
Он был чуть меньше и ярче, но не намного слабее. Колдуны — сильная раса, и я, последняя из них, ему об этом напомню.
— Я уже там был… И вернулся вмес-с-с-сте с ним… Теперь у меня на одного раба больш-ш-ш-ше… — низко и зловеще хохотнул некромант, блеснув в окружающей нас тьме ужасающими черно-алыми глазами.
И этот звук был похож на отвратительный мерзкий скрип огромной старой калитки.
По позвоночнику пробежали холодные мурашки, которые мгновенно растаяли под напором вспыхнувшего во мне пламени ярости.
Я неустанно атаковала его синим магическим кнутом, а живые разумные магические щупальца, исходящие от моего тела, окружали высокую худощавую фигуру некроманта, облаченную в черные доспехи, зловещей клеткой. Я всеми силами ослабляла его щиты, зная, что ни за что не смогу причинить ему хоть какой-то вред, если тьма вокруг темного не рассеется. Она его главный друг, его источник силы, его верный защитник, и она абсолютно неуязвима.
— Ты начинаеш-ш-ш-шь мне очень не нравиться… — стремительно раздражаясь, прорычал король.
Я отнимала у него слишком много времени, и некроманта это серьезно выводило из себя.
Я знала, что умру, если не ослаблю его и не пробью защиту. Тут было только два варианта: допустить смерть Лили или победить. И первое однозначно не входило в мой план.
И несмотря на то, что Девкалион уже едва не взрывался от ярости, атакуя меня все быстрее и жестче и вынуждая, спотыкаясь, отступать, я все равно совершила ошибку, обернувшись на внезапный удар о купол темного с внешней стороны.
Кто-то старательно пытался пробиться внутрь.
И тогда, воспользовавшись моей заминкой, король Сальватии пронзил мой живот уже хорошо знакомым серебристым ядовитым мечом. Тем, которым ранил на войне Ракарда.
И, падая на колени под его ужасающим удовлетворенным взглядом, я запоздало подумала о том, что исцелить такую рану способен лишь другой колдун. Представитель расы, которую могла вернуть только я, если Сальвос не солгал.
Ты ошибся, отец… Не так уж я и сильна.
Глава 41
Зажимая руками кровоточащую и сочащуюся черной вязкой жидкостью рану, я, скорчившись на коленях, наблюдала за тем, как оба купола над нами медленно рассеиваются.
По мере исчезновения черно-синих сгустков взору открывалось все больше изувеченных мертвых тел… к сожалению, наших.
Жнецы не смогли противостоять такой силе. Их тьмы оказалось недостаточно. Они сильные, но слишком подавляющие. Две доминантные тьмы столкнулись в яростном поединке, но в ближнем бою древние темные сильнее…
Здесь нужна хитрость, в этом бою нужно бить изнутри. Но на это способны лишь колдуны…
Некроманты побеждали, оттесняя алимовские войска к академии, загоняя их там в угол. И пускай большая часть наших все еще были живы, они потеряли слишком много сил, чтобы продолжать борьбу так же активно, как вначале.
— Говорил ж-ж-ж-же… — спокойно прошипел Девкалион, снисходительно глядя на меня сверху вниз.
Уверенной легкой походкой некромант медленно прошел мимо меня, направляясь к Лили, но в последнее мгновение я крепко схватила его за штанину. Я не могла позволить ему забрать ее. Не тогда, когда мое сердце — пускай судорожно и рвано — все еще билось в груди.
Темный хмыкнул, останавливаясь. А затем, одним ловким движением снова достав окропленный моей кровью серебристый меч, занес его над моей головой.
— Интерес-с-с-сная раса была — колдуны… Жаль, их больш-ш-ш-ше нет… — издевательски протянул Девкалион, довольно сверкая черно-алым пламенем в своих жутких дьявольских глазах.
Периферийным зрением я видела, как сюда сквозь сгустившуюся вокруг нас армию некромантов прорываются Ракард, Ксафан и Долрат. Жнец пытался использовать портал, но даже не успевал занести руку для колдовского маневра. Словно под толщей воды слышала приглушенный визг Лили, грохот и треск могучих стволов оживших деревьев, лязг мечей и вскрики раненых. Но перед глазами стоял лишь занесенный над моей головой меч, который в свете солнца завораживающе отблескивал серебром.
И за секунду до того, как лезвие соприкоснулось с моей кожей, что-то в пространстве вдруг изменилось.
Я почувствовала это даже еще раньше, чем Терум внезапно накрыло огромной волной темно-синих порталов.
А когда хорошо знакомая мне фигура вдруг снесла Девкалиона, как земной фургон — щенка на трассе, у меня едва не отвалилась челюсть.
Прошло так много времени… Седина покрыла эту растрепанную чернявую макушку, густая темная щетина окрасилась в пепельно-серый, а сурово вздернутые брови словно осели, прибавляя взгляду синих глаз еще большей тяжести и мудрости. Но я все равно не могла его не узнать…
Отец?..
Задыхаясь от шока, даже забыла про невыносимую колющую боль в животе, от которой по всему телу стремительно расходились слабость и холод. Девкалион попал в хорошее место — кровь лилась ручьем, с каждой каплей унося с собой и часть моей жизни.
— Черт возьми, Тандра! — прорычал Ксафан, падая на колени рядом со мной.
Его насыщенно-желтые глазища пылали яростью и отчаянием, а крупные черные ладони подрагивали в судорожных попытках что-то предпринять. Но все, что он мог, — разведя руками, обеспокоенно надо мной нависать.
Саф ничем уже не поможет.
— Ты обещала, что я буду жить долго! Так нечестно, вставай! — хрипло пробормотал кот, прижимая полукруглые уши к голове.
Зрачки в его диких глазах бешено пульсировали в такт ускоренному сердцебиению. Темная, покрытая короткой густой черной ворсой кожа стремительно бледнела. Ксафан словно старел на глазах, а эта смоляная шерсть седела, грозясь в любую секунду омертвело побелеть и отвалиться. У него едва хватало сил держаться в вертикальном положении. Так же, как и у меня.
Зверь терял жизнь вслед за мной. Наши сердца замедлялись одновременно.
К сожалению, Девкалион не просто оцарапал меня ядом, как Ракарда… Он нанес смертельную рану, от которой меня не мог исцелить ни один маг.
Ох, Саф… Лили… Я так сильно вас подвела…
Пока, дрожа друг напротив друга, мы с Ксафаном отчаянно высказывали глазами все, что чувствуем в эту секунду, битва вокруг продолжалась.
Колдуны… Огромная армия колдунов окружила некромантов со всех сторон. Терум буквально загорелся ярко-синим пламенем, которое разъедало тьму древнего зла и, проникая внутрь, разрывало их чертово войско на части. А всплески ярости напитывали вновь воспрявших духом жнецов и прибывший с колдунами отряд нежити, отчего воины, словно окрыленные, неслись в бой с еще большим воодушевлением.
Темные красиво сражались вместе. Не просто так союзы жнецов и колдунов были лучшими во Вселенной. Эти расы будто создали специально друг для друга, делая их одновременно наибольшей слабостью своих спутников и в то же время наибольшей силой.
Мы с Ракардом были во многом похожи. Именно потому, вполне ожидаемо, темный в первую очередь понесся не ко мне, а к Девкалиону. Такие уж мы по своей сути… ярость внутри всегда перекрывает любые другие эмоции.
