Окруженная своими старыми и новыми друзьями, воссоединившейся семьей и новообретенной любовью, привычно тихо наблюдавшей за всеми позади, нависая над нами мрачной скалой, я вдруг почувствовала, что сейчас позорно разрыдаюсь.
Я вдруг почувствовала себя живой.
Скользнула взглядом по Грегу, так долго заменявшему мне отца; по Тамиру — своему настоящему отцу, осознавшему за долгие годы все ошибки; по Лили, которая смущенно поглядывала на второго, крепко сжимая ладонь повеселевшего Ксафана; по Ракарду, прожигающему меня тяжелым горячим взглядом, и облегченно выдохнула.
Теперь все будет хорошо. Теперь я наконец-то дома.
Глава 42 (заключительная)
— Когда-то давно мы были единой расой… призрачные боги, скрытые от чужих глаз в скорлупе древних артефактов. Но у Вселенной свои законы, которым обязаны были подчиняться даже мы…
Сидя в огромном кованом серебристом кресле на возвышенности в конце столовой, Сальвос задумчиво рассказывал алимовцам историю своей расы, наконец приоткрывая миру завесу этой древней тайны.
Впервые в помещении было так много народу, и впервые все они учтиво притихли, заинтересованно вслушиваясь в сладкий мелодичный голос. Изредка проносились эмоциональные волны шепотков, но обычно неуправляемые и шумные ученики быстро замолкали вновь, слишком любопытные, чтобы пропустить хоть одно слово.
— Одно из строжайших правил нарушил и мой брат…
Поскольку эта история уже была нам хорошо знакома, я половину речи бога пропускала мимо ушей — да простит меня новоявленный ректор.
Наш стол находился в самом дальнем углу противоположной от Сальвоса стороны, где наша возня никому не мешала, потому, несмотря на всеобщую тишину, мы позволили себе тихонько переговариваться.
— Да положи ты уже эту кишку! Достал махать перед лицом! Сам ее ешь, она воняет! — злобно ворчала Рамона, треская веселящегося Сэма по рукам.
Вампир лукаво щурил глаза, подкидывая своей подружке наихудшие из инопланетных блюд. Для отряда Иных местная еда ожидаемо была той еще загадкой, которую вся компания с предвкушением поторопилась разгадать. Даже обычно сдержанная и подчеркнуто деликатная Сандра жадно бегала глазами по столу, едва не залезая на него, чтобы дотянуться до заинтересовавшего ее блюда. Грег и Флейм молча уплетали что попадется под руку, только второй еще осторожно исподлобья поглядывал на оробевшую ведьму перед ним.
Инессу такой я видела впервые. Рыжая вяло чиркала вилкой по дну тарелки. Ее щеки пылали, как фонари, а блестящие изумрудные глаза смущенно косились на огневика напротив.
Похоже, непробиваемая броня ведьмы не выдержала очарования земного защитника и все же дала трещину.
У Бадена, видимо, появилась новая богиня. После трюка с мертвецами на поле боя нежить от бедной вампирши не отставала ни на секунду. Ильгира терпеливо лепила ему маленьких костяных человечков, на время отвлекая, как ребенка, чтобы хоть пять минут спокойно побеседовать со своим женихом.
Долрат пригласил нас в Дамонию на их свадьбу, которую они собирались провести уже на первых алимовских каникулах. И хоть раньше я от таких событий старалась держаться подальше, теперь с нетерпением ждала праздника. Они стали частью моей семьи — мне всегда будет интересна их жизнь. И куда бы они меня еще ни позвали, я подамся хоть на край света, если так будет нужно.
Грег сидел напротив меня по правое плечо демона. Командир и генерал увлеченно беседовали о своих военных делах, кажется отыскав друг в друге интересных собеседников. Ксафан рядом с Грегом просто радовался тому, что жив, и молча наедался так, словно завтра должен наступить конец света.
Лили ожидаемо притащила в нашу огромную веселую компанию Мелиссу. Сначала девушка густо краснела, смущенно съежившись и опустив глаза. Такое количество темных за столом едва не доводило ее до мандража. Но хитрая сестрица применила к новообретенной подружке свою магию, отчего блондинка довольно быстро расслабилась и уже болтала с девочкой наперебой.
Так как Баден был занят новой компанией, Найлана снова вернулась к Рейзару, удобно примостившись на его шипастой спине с маленькой толстой книжкой. Тревожные времена прошли, и сова наконец могла снова вернуться к своему комфортному отшельническому образу жизни, сутками исчезая в черных прописных строках. Мирида глотала сырое мясо, по-товарищески поправляя крылатой сползающие очки, чтобы та зря не отвлекалась от чтения. Среди спутников образовалась настоящая идиллия.
— Народ не может прийти в себя от новости, что ты жива. Я серьезно им надоел, — усмехнулся отец, уплетая любимые орехи со священного древа Айтарии.
Сколько лет прошло, а они все еще чудом мелькают на кухнях других планет. Только вот я, как и в детстве, так и не могу полюбить их терпкий горький привкус.
— Я знаю, что ты хочешь сказать, пап, — вздохнула я, оборачиваясь к мужчине справа. — Я не готова править. Не сейчас.
— Сальвос сказал, что освободит тебя от долга перед АЛИМ, если ты решишь занять мое место.
Тамир внимательно всмотрелся в мое лицо, изучая. Я уже и забыла, насколько проницательным может быть этот тяжелый суровый взгляд. Пожалуй, в этом отец от жнеца далеко не убежал.
— Мне так долго приходилось отвечать за чьи-то жизни… с кем-то бороться, о чем-то беспокоиться. Я не хочу сейчас таких забот. Мое место в академии рядом со всеми ними… рядом с друзьями, рядом с Лили и Ракардом. Тебе власть привычнее, ты на своем месте на этом троне. Мне же будет лучше здесь.
Искренне заглядывая в его темно-синие глаза, я постаралась передать магией все, что на самом деле чувствую, прекрасно зная, что колдун сейчас считывает мои эмоции.
Черты лица мужчины смягчились, и он кивнул, улыбаясь краешком губ.
— Я не буду настаивать. — Он вдруг снова посерьезнел, хмурясь. — Некромантов больше нет. В твоих руках теперь вся Вселенная. Ты можешь делать все, чего тебе захочется. Будь счастлива, Тандра. Лили будет — она ничем не обременена. Но ты слишком много думаешь. — Мгновение поколебавшись, отец тихо выдохнул: — Мама бы этого хотела.
К началу войны они уже давно не были вместе, но Тамир всегда ее уважал. Возможно, даже любил. Что в голове этого колдуна, знает только он сам.
Еще одна общая черта с Ракардом. Узнать, что они чувствуют, можно лишь через их поступки. Эти мужчины слов на ветер не бросают. Они вообще обычно мало говорят.
Усмехнувшись, я покосилась на жнеца слева от меня. Темный с любопытством наблюдал за нашей беседой. Пускай он в этом ожидаемо не признавался, Ракард был заинтересован в моем прошлом и моей семье даже больше, чем в жизни всего Мидрагаса, вместе взятого. Он ястребом следил за каждым моим взглядом на старых друзей и внезапно объявившегося отца, за каждым жестом и словом, предназначенными им. Я могла ничего не рассказывать, но он уже все знал. Слова здесь были излишни.
— Ну ты это… Путешествуй и радуйся себе на здоровье, конечно, но мне бы уже внучков… — не очень-то деликатно намекнул Тамир, скосив глаза на принца.
Жнец на это многозначительно хмыкнул, впившись в меня таким взглядом, что я чувствовала его даже спиной.
Беззлобно пихнула отца в плечо и поджала губы, чтобы не рассмеяться.
— Ваше величество, занимайтесь государственными делами. Мы вас оповестим, когда в этой сфере наметятся какие-либо продвижения, — деловито заявила, показательно сурово сдвинув брови.
— Побыстрее там продвигайтесь… Чтобы ты знала, править бывает довольно скучно, — буркнул мужчина, закидывая в рот очередной орешек.
— Ага, и на это тоскливое нудное существование ты собирался меня обречь? — фыркнула я, изгибая бровь.
— Ну а чего нет? Думал, авось прокатит! Полетел бы на какую-нибудь Филатию вместе с молоденькой водяной… — мечтательно закатил глаза колдун.
Сандра, заслышав это, поперхнулась чаем и опасливо покосилась на короля Айтарии, а стол взорвался громким хохотом. Вся столовая припечатала нас тяжелыми раздраженными взглядами, когда Сальвос из-за шума прервал свой интересный рассказ, и нам пришлось деликатно замаскировать веселье приступом внезапно напавшего на всю компанию кашля.
