– Что болтал – нет, – растерянно пробормотал Бакаль. – А вот что делал...
– Что ты делал, я и без тебя знаю, – в голосе Тана слышалась брезгливость. – Связался с проституткой... И когда? Когда мы находимся в бегах и надо быть особенно осмотрительным.
– Я был осмотрительным, – неуверенно отбивался Бакаль. – Сказал, что я моряк с алжирского сухогруза. Что у меня выходной.
– В голове у тебя выходной, – не ослаблял напора Тан. – Ладно, собирайся. Нам уже звонили/вылет через час.
Бакаль вздохнул и привычно перекинул через плечо ремень дорожной сумки.
Досмотр перед посадкой в дирижабль проходил чисто формально, хотя напичканная аппаратурой комната контроля не оставляла сомнений, что просвечивается не только багаж, но и каждый пассажир буквально до внутренностей. Молодой, не старше самого Бакаля, таможенник мельком взглянул на билетную карту, сунул ее в прорезь контроллера и неожиданно спросил:
– С какой целью летите в Форталезу?
Насколько успел Бакаль заметить, подобный вопрос не задавался никому из пассажиров, проходивших контроль перед ним.
– Путешествие, отдых... – выдавил он из себя, вдруг явственно почувствовав, как от него разит перегаром.
– О, Бразилия! – восторженно закатил глаза таможенник. – Мулатки...
– Самба и румба, – уже грубовато продолжил за него Бакаль.
– Советую посетить амазонский заповедник, – доверительно сказал таможенник. – Там тоже есть рейсы нашей компании. Правда, дирижабли поменьше, но комфорт на том же уровне.
Уровень комфорта Бакаль смог почувствовать, только поднявшись на борт «Голубого Голиафа». Пока шла посадка, он непрерывно поднимал голову, чтобы оценить размеры воздушного судна, но охватить его взглядом так и не смог. Платинового цвета обшивка круто убегала вверх, из-за нее на неимоверной высоте торчали сопла шести турбин, напоминавшие о космической ракете; гондола, если это сооружение можно было назвать гондолой, казалась подвешенным к брюху дирижабля футбольным полем.
Основную часть пассажиров составляли, судя по небрежной разноцветной одежде, туристы, хотя встречались и мужчины в строгих деловых костюмах. Но деления на классы внутри дирижабля не было. Класс был один – первый, и эта особенность провозглашалась одним из главных достоинств компании. «Демократия на высшем уровне!»
Вскоре Бакаль понял, что двухдневный перелет скорее напоминает отдых в воздушной гостинице, чем рядовое воздушное путешествие. Настороженность и чувство надвигающейся опасности уже через несколько часов уступили место умиротворению и желанию воспользоваться всеми благами цивилизации, которыми располагал дирижабль.
Вместе с Таном Бакаль тщательно изучил список пассажиров, но имена ничего им не говорили, хотя среди них встречались довольно известные.
– Не верится, что мы так легко отделались от преследования, – время от времени повторял Тан. – Надо быть настороже. Но именно сейчас Бакалю быть настороже как раз не хотелось. Он, несмотря на ворчание Тана, бродил от бара к бару, слушал концерты, смотрел кино, заглянул в тренажерный зал, пытался знакомиться с девушками.
Их соседками по столику в кают-компании оказались две сестры-шведки, Памела и Хельга. Обе длинноволосые, светлые, с серо-голубыми глазами и манерами воспитанниц католического пансиона. Но эта напускная чопорность сразу слетала с сестренок, стоило им покинуть кают-компанию и оказаться в концертном зале или баре.
Похоже, уже после первого совместного завтрака сестры посовещались, и Памела стала отдавать явное предпочтение Тану, а Хельга – Бакалю. Он встречал ее везде. Если отправлялся в обзорный зал – прозрачную сферу на носу гондолы – то там же непременно оказывалась и Хельга. Когда он поднимался к тренажерам, то в тот же момент и Хельге хотелось размять мышцы. После нескольких таких «случайных» совпадений Бакаль поделился своими наблюдениями с Таном.
– Мы ведь оба не красавцы, правда? – без обиняков сказал ему Тан. – Смотри, сколько здесь симпатичных молодых людей, готовых оказать этим девушкам знаки внимания. Неужели ты думаешь, что Хельге ты понравился за свою экзотическую татуировку на плече, а я приглянулся Памеле своим ростом? Нет, дело в другом. Возможно, они принимают нас за состоятельных людей, но поводов, чтобы они думали так, мы не давали. Одеты скромно, деньгами не бросаемся, так что нас трудно заподозрить и в щедрости. Здесь что-то не так.
– Значит?..
– Такие выводы тоже делать рано. Надо удостовериться. Кстати, ты хоть как-то чувствуешь их мысли, желания? Я ведь заметил, что моментами у тебя просыпается дар, похожий на тот, которым обладает Сеймур.
– Ничего определенного или опасного, – пожал плечами Бакаль. – Чувствую тон доброжелательности, любопытства. Может быть, мы для них просто экзотические типы, и это их привлекает?
– Тогда нужна проверка, – Тан принял решение. – Хельгу ты отвлечешь без труда, она и так ходит за тобой как привязанная, а вот как изолировать Памелу, которая не сводит с меня глаз, это вопрос.
– Приглашу их куда-нибудь вдвоем, да и все, – простодушно сказал Бакаль. – Скажу, что ты подойдешь чуть позже.
– Ладно, попробуем.
Серо-голубые волны Атлантики, над которыми летел дирижабль, похоже, действовали на пассажиров завораживающе. Почти из любого помещения гондолы можно было беспрепятственно любоваться раскинувшимся внизу океаном. Полет на дирижабле разительно отличался от перелетов на самолете, который, чтобы одолеть межконтинентальное пространство, забирался почти в стратосферу. Не мешали ни рев турбин, ни присущая даже самым современным лайнерам вибрация. Спокойное скольжение – вот что делало путешествие на «Голубом Голиафе» почти незаметным и очень похожим на морской круиз.
Хельга дважды попадалась на глаза Бакалю, пока он перемешался от бара к кегельбану, а потом безо всякого любопытства посещал уютное казино. Один раз она даже призывно помахала ему рукой, но Бакаль сделал вид, что не заметил этого, решив, что о посещении бассейна он договорится с девушками во время обеда.
– Мне здесь скучно, – без обиняков сказала Хельга, едва они оказались за столом. – Я не хочу больше смотреть кино и сидеть на концерте рядом с этими, – она сделала милую гримаску, указывая на оживленно беседующих дам, – старушками. Мне не хватает движения.
– Да-да, – поддержала сестру Памела, чуть более рослая и спокойная. – Нам здесь скучно.
И вызывающе взглянула на Тана.
– Так пойдемте вместе в бассейн, – тут же предложил Бакаль, неумело разделывая порцию омара. – А позже выпьем что-нибудь в баре. В путеводителе сказано, что бассейн – это лучшее из развлечений, которое может предложить «Голубой Голиаф» своим гостям.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
