– Эй! – осторожно крикнула Шаки, хорошо зная непредсказуемый обезьяний характер. – Я не хочу зла ни вам, ни вашим детенышам!
Идущий в середине стаи вожак с пышной серебристой гривой, которой мог бы позавидовать и лев, угрожающе разинул пасть, демонстрируя великолепные белые клыки, но все же остановился. Замерли на месте и остальные обезьяны.
Шаки облегченно вздохнула – связываться со стаей бабуинов, когда они настороже и их нельзя застать врасплох, опасались даже леопарды – и вновь пошла к дереву нарочито спокойно и медленно. Сейчас она заберется на нижнюю ветку, а бабуины продолжат свой путь. Но в это же мгновение раздался пронзительный, полный ярости вопль. На открытое пространство впереди обезьян выскочило странное существо, и Шаки в ужасе отшатнулась.
Неожиданно появившегося врага она узнала сразу. Едва прикрытое истлевающими лохмотьями тело старой шаманки было странно скрючено, словно его изогнула предсмертная судорога, но потом смерть отступила, оставив на память лишь неестественно вывернутые суставы. Космы старухи почти касались земли, так как передвигаться она предпочитала на корточках, как и бабуины, к стае которых она прибилась в своих бесконечных скитаниях по вельду.
Бабушка рассказывала Шаки об этой шаманке – когда-то могущественной и умелой, но потом впавшей в безумие и покинувшей родную деревню. С тех пор она появлялась то здесь, то там, наводя ужас на бывших соплеменников. Говорили, что на ее счету не одно убийство. Она настигала свои одинокие жертвы в вельде, и от нее не мог уйти живым даже самый отважный охотник.
Шаки вскрикнула и, схватив висящий на шее амулет, вытянула его перед собой. В ответ раздался новый злобный вопль. Стая бабуинов угрожающе заворчала и начала медленно приближаться к Шаки. Куда бы она ни посмотрела, всюду видела оскаленные клыки.
Осторожность изменила Шаки. Она была слишком напугана, чтобы оставаться на месте и обратиться к заклинаниям. Сейчас она, казалось, начисто забыла все, чему ее учила бабушка. Девочка отчаянно вскрикнула и побежала к единственному укрытию, на которое она могла сейчас рассчитывать – к дереву.
Она бежала очень быстро. Но по пятам за ней на четвереньках неслась, странно подпрыгивая и подвывая, сумасшедшая шаманка, а за ней и обезьянья стая.
И все же баобаба Шаки достигла, опережая своих преследователей шагов на двадцать. Ужас, который охватил девочку, был настолько силен, что Шаки, не останавливаясь, буквально взбежала по отвесному стволу и ухватилась за горизонтальную толстую ветку, а потом села на нее верхом. Бабуины столпились под деревом, а шаманка в ярости принялась грызть сухую кору.
Немного приходя в себя, Шаки вновь взяла в руки амулет и зашептала оберегающие заклятья, желая только одного – помощи. Бабуины отлично умеют лазить по деревьям. Что мешало им последовать за Шаки и разорвать ее на клочки, оставалось загадкой. Может быть, помогали заклинания, может быть, уверенность обезьян в том, что жертва окружена и уже неспособна от них скрыться. Но сейчас Шаки обращалась в своих мольбах о помощи к единственному человеку, способному ей помочь – к бабушке.
Внезапно Шаки почувствовала, что руки ее немеют и она с трудом удерживается на ветке. Ее тело стала бить крупная дрожь, плечи ходили ходуном, амулет выпал из переставших слушаться пальцев и безвольно повис на шнурке. Взглянув вниз, Шаки увидела устремленные прямо на нее безумные глаза старухи, которая сейчас больше походила на зверя, чем на человека. Шаманка бормотала какие-то заклятья.
Обезьяны еще тесней сомкнулись вокруг дерева, и вдруг Шаки почувствовала, что полностью теряет контроль над своим телом. Она начала медленно сползать с ветки, все больше и больше клонясь в одну сторону.
«Все, больше не могу!» – пронеслось у нее в голове. Последнее, что она увидела перед тем как окончательно разжались руки, несущиеся ей прямо навстречу глаза старухи – сейчас они сверкали яростным победным огнем. Шаки отчаянно закричала и... проснулась. Еще ничего не понимая, словно явь смешалась с приснившимся ей кошмаром, она отчаянно отбросила удерживающую ее на месте руку Дениса. Потом рванула на груди кофточку, словно та ей мешала дышать. Откуда-то из глубины салона к ней уже бежали две перепуганные стюардессы. Одна из них на ходу теребила аптечку, пытаясь извлечь какое-то лекарство.
Прошло не менее получаса, пока в салоне унялся переполох, вызванный странным поведением Шаки. Почти силой ее уговорили принять успокоительное лекарство, она отдышалась, откинувшись на спинку кресла, все это время Денис держал ее за руку и задавал множество вопросов, на которые Шаки пока не могла ответить. Чуть позже, отхлебывая минеральную воду из бокала, она попыталась проанализировать случившееся.
После того как она вспомнила свой сон во всех подробностях, у Шаки уже на осталось сомнений, что она подверглась не виртуальному, а самому что ни на есть настоящему нападению. От гибели ее спасли, возможно, случайность, а возможно, заклинания, к которым она прибегла, сидя на ветке дерева. Та странная, приснившаяся ей шаманка когда-то существовала в действительности, и Шаки даже видела ее как-то издали в стае бабуинов, бредущих по вельду. Но в реальности никакому нападению со стороны этой сумасшедшей она не подвергалась. Почему же так странно трансформировался в ее сознании сон?
Опасность была реальной, а не выдуманной. Шаки была уверена, что ее жизнь висела на волоске. Еще секунда-другая, и ее не спасло бы никакое пробуждение. Значит, причину надо искать в настоящем.
Она спросила Дениса, не почувствовал ли и он какую-нибудь опасность, не испытывал ли недомогания. Да, сознался Денис, в какой-то момент он ощутил дурноту и сильную головную боль, но посчитал это последствиями суток, в которые им всем пришлось испытать слишком многое. Ничего, впрочем, опасного, обычное недомогание, не больше.
– Ты так кричала, – сказал он. – Неужели такой страшный сон?
– Да-да, – рассеянно ответила Шаки. – Просто сон. Но я испугалась. Не обращай внимания, все прошло.
Она еще раз внимательно оглядела сидящих рядом с ней пассажиров.
Все больше в Шаки зрела уверенность, что нападение было совершено именно в тот момент, когда она уснула. Причем никакой это не Интерпол. С ней пытались бороться методами, к каким она прибегла бы и сама, представься ей случай. Колдовство и магия. Вот если бы она смогла вычислить своего противника, было бы проще. Значит, надо попробовать отыскать его.
Впереди и сзади никакой опасности, исходящей от соседей, Шаки не ощутила. Сзади сидела семейная пара с мальчиком, который постоянно клянчил сладкое, мать, располневшая, но не потерявшая привлекательности испанка, уговаривала его подождать, когда подадут обед. На передних креслах трое мужчин оживленно делились впечатлениями о прошлой поездке в Рио во время карнавала, когда им пришлось пережить немало волнующих любовных приключений. Нет, это все не то. Шаки посмотрела через проход.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
