говорить ровно. — Нас уже ждут.
— Подождут еще, — Дамиан рыкнул и расстегнул змейку на моем платье, тут же прикасаясь губами к груди. Я зашипела и запрокинула голову, не в силах сдержать очередного стона. Все же Ариас точно был подобен крепкому алкоголю. Он пьянил и лишал рассудка. Делал до невозможности податливой.
Сегодня была наша свадьба и как раз шли самые важные приготовления. В особняке, несмотря на ранее время, уже собрались гости и, наверное, стилисты вовсю искали меня, чтобы поскорее заняться своей работой и вовремя успеть все закончить, но вот получалось, что невеста куда-то исчезла.
А виной этому был жених, который, можно сказать, украл невесту и вместе с ней заперся в одной из дальних гостевых спален.
Нам действительно следовало возвращаться к приготовлениям и гостям, но создавалось ощущение, что мы просто не можем оторваться друг от друга. Поцелуи и ласки, а так же жар, искрящийся в комнате. Этим невозможно насытиться. Хотелось больше и сильнее, так, словно мы друг для друга являлись воздухом и впервые в жизни с шеи была снята удавка, позволяя дышать полной грудью и столько, сколько хочется.
Наверное, виной этому было прошлое, в котором нам не хватало друг друга. Тогда от многих дней веяло болью и между нами вырастала стена, а вот сегодня день рубежа — еще немного и мы станем мужем и женой, а пока что, бесконечными поцелуями и ласками мы это подтверждали. Прощались с прошлым, в котором были недоступны друг для друга и я с трепетом думала о том, как уже вскоре надену белое платье и в нем стану женой любимого мужчины.
— Еще немного и гости, пытаясь найти нас, перевернут весь дом, — прошептала, но, тем не менее, потянулась к Ариасу и сама его поцеловала.
В основном, на свадьбу были приглашены родственники Дамиана, а так же наши друзья — ими являлись ребята, с которыми мы выросли и дружили с малых лет. Тут не было Нереи и, тем более, Адана. Не знаю почему, но мне хотелось бы, чтобы он пришел сюда. Я желала, чтобы Монтеро и Ариас, перестали быть упертыми и возобновили свою дружбу, но пока что радовалась и малому. То есть, тому, что Дамиан пока что решил не разжигать вражду с Монтеро. Может, пройдет время и он вовсе смягчится.
Еще на свадьбе не было моей мамы, хотя она лично приходила и просила приглашение. Так получилось, что примерно два месяца назад она начала искать встречи со мной. Объясняла, что сожалеет о том, что отношения между нами испортились. Еще говорила, что хочет видеться со своим внуком.
Мне это сразу показалось подозрительным и, имея некоторые мысли, я попросила у Дамиана узнать каково на данный момент финансовое положение семьи Агилар. Выяснилось, что мои предположения правдивы — у Агилар имелись огромные долги, которые появились буквально за последнее время и, видно, уже теперь мама понимала, что сама с ними не справится.
Узнав эту информацию, я прямо спросила у мамы, желает ли она финансовой поддержки семьи Ариас. Мама некоторое время отнекивалась, а потом очень осторожно призналась в том, что была бы не против, если бы я помогла ей. Все-таки она моя мама и мы одна семья.
Я сказала, что выполняю ее желание — то есть, отказываюсь от Агилар и, естественно, мы больше не являемся семьей. Мама, поняв, что я помогать не собираюсь, сразу отчитала меня в привычной манере. Пыталась пристыдить, но, нет, не получилось. Мне до сих пор было полностью плевать на эту женщину.
Позже, поняв, что подобным образом на меня не повлиять, мама попыталась вернуться к первоначальному плану и вновь твердила про желание улучшить наши отношения. Из-за этого даже на свадьбу просилась, но эту женщину я тут видеть не хотела.
— Пусть попробуют, — Дамиан оставил поцелуй на моем плече и опустил ладони ниже, еле ощутимо коснувшись уже значительно заметного животика.
Насколько же бережно он прикасался ко мне и даже во время близости был очень осторожным. Каждый день обнимал и, пока мы по утрам лежали в кровати, гладил животик, а я млела от такой ласки. Порой скучала по той близости, в которой мы позволяли себе все, что хотелось, но позже мы к ней вернемся, а пока что я наслаждалась той нежностью, на которую Дамиан, казалось, был не способен.
Эта беременность вообще многое изменила в нашей жизни.
Пока я была беременна Матео, могла полагаться только на себя. Раз за разом обещала себе, что со всем справлюсь, но все же была в груди горечь и возникали частые жизненные тупики. При этой беременности я ощущала лишь то, каково быть любимой девушкой. Дамиан очень сильно баловал и, даже ничего не говоря, давал понять, что я и наши дети никогда и ни в чем не будем нуждаться.
Моя беременность так же повлияла и на Ариаса. Оказалось, что у нас будет девочка и Дамиан был рад. В тот же день он принес мне жутко дорогое, но главное до невозможности красивое ожерелье, но немного позже я стала замечать в его глазах нечто такое, чего понять не могла. Лишь позже все прояснил один вопрос:
«Как думаешь, наша дочь не будет меня бояться?»
«Конечно, нет» — я ответила не раздумывая ни секунды, но для себя многое прояснила. Поскольку мы каждое утро завтракали втроем, Матео уже видел Дамиана без маски. Некоторое время хмурился и рассматривал папу таким, но не плакал. Возможно, Ариас предполагал, что дочь будет его бояться.
Если смотреть правде в глаза — уродство Дамиана выглядело жутко, но даже с ним для меня он был самым красивым во всем мире. Я была уверена, что и наши дети в этом не увидят ничего такого.
Но, позже затрагивая эту тему, я открыто спросила, почему Дамиан не сделал операцию и не попытался избавиться от шрамов.
«Они мне не мешали жить» — судя по тону, за ответ можно было уловить то, что Дамиану просто было плевать на себя.
Вот только, шрамы были напоминанием о плохом. Почему бы не избавиться от них? Я была уверена, что нам обоим станет легче после этого. Больше не понадобится эта маска.
По этой причине мы после свадьбы собирались полететь в Грецию, а потом в Штаты к хирургу. Из-за этого некоторое время придется пожить в Калифорнии, но даже Марсело поддержал эту новость. Единственное, сказал, что будет часто приезжать. Уже теперь он все больше общался с Дамианом и проводил
