– Удачи вам, мистер Бингем! – крикнула Саманта через плечо, так как Джоул потянул ее прочь. – Будьте здоровы!
Через некоторое время Джоул спросил:
– Откуда ты его знаешь?
Саманта подняла глаза, удивленная нотками ревности в его тоне. Разве он не знает, что ее израненное сердце принадлежит только ему?
–. Я встречала его, когда жила в Доусоне прошлым летом. Удивительно, что мистер Бингем вспомнил меня.
– Тебя непросто забыть, Саманта, – холодно произнес Джоул. – И потом, в Доусон приезжает так мало женщин, что запомнить несложно. Удивляет другое – как ты могла водить знакомство с таким подонком, как Бингем?
– Даже такие, как ты выражаешься, подонки время от времени отдают в стирку рубахи. Он приносил их в прачечную миссис Келлог. – Саманта остановилась посреди заснеженной улицы. – Почему ты не расскажешь об истинной причине своего недовольства? Вряд ли тебя обеспокоил мой разговор с этим человеком.
– Ты так думаешь?
Ледяной тон Джоула ранил ее сердце, но она не сдавалась:
– Я не знала, что наша помолвка налагает на меня подобные ограничения. Знакомство с мистером Бингемом было напрямую связано с моей работой. Почему я не могу вежливо поговорить с человеком?
Джоул насупился.
– Ты должна помнить, – резко сказал он, – что многие рассматривают подобную вежливость как аванс, как приглашение к интимности.
Саманта рассмеялась и, несмотря на то, что он нахмурился еще больше, не могла остановиться.
– Я тебе уже говорила, что умею постоять за себя. Две недели прожила в Доусоне, дожидаясь, когда вы с Кевином, наконец, удосужитесь приехать за мной.
– Удосужимся? – зарычал Джоул. – Ты же знаешь, что мы как каторжные рыли…
– Тогда я этого не знала, – возразила Саманта. – Я подумала, что вам просто нет до меня дела.
– Глупо сейчас обсуждать то, что было много месяцев назад.
От ярости на глазах у нее выступили слезы.
– По-твоему, все, что я говорю, глупо? Ты бы хоть раз попытался понять меня! Или мои чувства тебя не интересуют?
– Что ты об этом знаешь?
– Я знаю лишь одно, – ответила Саманта, – что сделала большую глупость, согласившись выйти за тебя замуж. Ты ищешь в любви только удовольствия и совсем не думаешь о женщине, которая тебя любит!
Джоул привлек ее к себе и поцеловал. Она вывернулась из его объятий. Он снова бросился к ней, но получил пощечину.
Он был так взбешен, что Саманта отшатнулась.
– Разве я не просил тебя выйти за меня замуж?
– Я не имею в виду ту первую ночь, – пробормотала Саманта, уязвленная его злобным тоном. – Тогда ты был тем Джоулом Гилкристом, которого я полюбила. Но с тех пор ты сильно изменился! Скажи, в моем лице ты наказываешь ту, что тебе изменила? Твою драгоценную Камиллу? Но я не вожу за нос двух мужчин, как она, в погоне за богатством.
– Замолчи! – крикнул Джоул. – Не смей так говорить о Камилле! Я не хочу слышать ее имя из твоих уст!
На лице Саманты отразился ужас.
– Ты все еще любишь ее! Любишь! А меня ты просто использовал! – Джоул молчал, и Саманта поняла, что это правда. На ресницах у нее заблестели слезы. – Значит, я права? – Она тихо застонала. – Так вот почему ты так переменился! Стал совсем чужим. А я-то думала, ты меня любишь!
– Я люблю тебя, Саманта… Сэм. – Джоул хотел ее обнять, но она увернулась. – Сэм, ты должна меня понять. Поверь, я люблю тебя. И вряд ли смогу еще кого-нибудь так полюбить, после того как… – Он осекся. – Ты замечательная, Сэм. Право же, я не могу вообразить на твоем месте другую женщину. Ты принесла мне столько радости!
– Ты все еще ее любишь?
Джоул горестно кивнул:
– Я… думаю… люблю… Но послушай, Сэм, – продолжал он, видя страдание на ее лице, – дай мне время забыть ее. Я в смятении… я мучаюсь…
Саманта повернулась к нему спиной и сказала с горечью:
– По крайней мере, отпадает одна проблема. Теперь не нужно ничего рассказывать Кевину. Я по наивности поверила словам, которые ты шептал мне, тоскуя по другой женщине. – У нее дрогнул голос. – Я остаюсь в Доусоне. И уж если продам себя какому-нибудь богатому мужчине, то, по крайней мере, буду жить в роскошных апартаментах и носить дорогие наряды!
– Сэм, я так хочу жениться на тебе и увезти к себе домой!
– Домой? В Виргинию? – Саманта прищурилась. – Теперь все ясно. Хочешь вернуться в Линчберг и выставить меня напоказ перед твоей ненаглядной Камиллой. Купить мне дорогие наряды, швырять деньгами, чтобы она пожалела, что потеряла тебя. Хочешь ей отомстить. Вот что я тебе скажу, Джоул Гилкрист!.. – Голос ее дрогнул. – Камилла оказалась умнее меня. Она использовала тебя.
– Сэм… – проговорил он с нежностью.
– Нет, – вскричала она, – не говори ничего! Я не желаю быть пешкой в твоей игре. Ищи для этого другую женщину! – Она разрыдалась. – А меня оставь в покое.
Саманта побежала прочь от Джоула. Он бросился ее догонять.
Обливаясь слезами, Саманта побежала еще быстрее. Он догнал ее, схватил за руку. Стал уговаривать, чтобы она не делала глупостей. Саманта не желала его слушать, хотя любила по-прежнему. Нет, она не поддастся на его уговоры. Все ложь. Сердце ее разбито. Но она справится с собой. Забудет того, кто так жестоко ее обманул.
Неожиданно чьи-то руки обхватили ее и вызволили от Джоула. Удивленная, она подняла глаза и увидела красный мундир. Она узнала представителя северо-западной конной полиции – капрала Баррона, друга констебля Френча.
– Мисс Перри! – радостно воскликнул Баррон. Затем хмуро посмотрел в сторону Джоула и, сменив тон, спросил: – Вы хотите, чтобы этот мужчина оставил вас в покое, мисс Перри?
Она поколебалась секунду, пристально глядя на взбешенное лицо Джоула, и тяжело вздохнула.
– Да, – бесстрастно произнесла Саманта.
Джоул выступил вперед.
– Сэм…
Капрал Баррон встал между ними.
– Сэр, я полагаю, вам лучше уйти.
– Послушайте, капрал, она.
– Сэр, повторяю – уйдите. Найдите более достойное применение вашей энергии. Или вы хотите, чтобы она была использована на строительстве нового склада на набережной? Мисс Перри ясно дала понять, что ее не интересует ваше внимание.
– Не интересует? – Джоул скривил рот. Глядя на бледное лицо Саманты, он хотел напомнить ей, как тогда, в конюшне, она просила его ласк. – Ладно, я уйду. Только сначала скажу несколько слов мисс Перри.
– Сэр…
Капрал Баррон замолчал, когда Саманта положила руку на его перчатку.
– Хорошо. Я выслушаю его.
Джоул шагнул к ней и, глядя в глаза, улыбнулся.
– Сэм, большое спасибо за то, что скрасила мне эту зиму. Было очень забавно.
Саманта ушам своим не верила. Душа ее разрывалась от боли. Как он может быть таким бессердечным в минуту прощания? Ни намека на раскаяние. Он лишь досадует, что не сможет осуществить свою месть.
