Я уже говорила, что княжна Траеса — мерзавка? Да ещё какая! Это же надо, пробралась в голову к моей фрейлине, выставила меня чудом-юдом местного разлива, чтобы Абель проделала за неё всю грязную работу.
И ведь хитра, зараза! В спальню ко мне не проникнуть — стережёт стража. Да и зачем рисковать, когда можно превратить в марионетку приближенную принцессы.
Мерзавка как есть! Жестокая и беспринципная. А ведь как ловко всё это время выдавала себя за тихоню и скромницу. Мнимая святоша!
— О боги! Я тебя чуть не убила! — ужаснулась Абель, наконец осознав, что ей привиделся не просто кошмар — она стала орудием в руках Сновидца. — Но я… я не понимала. Саша! Я не соображала!
— Я знаю, — кивнула мрачно, продолжая думать о завистливой девице. — И ни в чём тебя не обвиняю. Наоборот, даже рада, что всё прояснилось.
Теперь уже с уверенностью можно было сказать, что это не я чуть не свела в могилу Малэйн и Фенеллу. И кто знает, что было бы с остальными, не покинь они отбор по той или иной причине. Странно, что меня Блэй столько времени не трогала, ждала до последнего. А ведь Савард с самого начала выделял меня среди невест.
— И что теперь будем делать? — растерянно спросила Абель. — Расскажем его темнейшеству? Наверное, стоит…
Я неуверенно кивнула, а потом, быстро взвесив все за и против, покачала головой:
— У нас нет доказательств, и мне совсем не хочется признаваться, что я такая же, как Блэй. Тем более сейчас, когда корона уже почти у нас в руках.
— Но тогда, получается, она останется безнаказанной, — возразила фрейлина. — А это… неправильно.
Я тяжело вздохнула. Абель права, зло должно быть наказано, но в этом месте столько зла (не забываем про Саварда), что устанешь наказывать. Соваться к жениху с признаниями не было никакого желания. Вот если бы здесь был Ивар…
— Ты, кажется, говорил, что вы с Ярнефельтом связаны, — обратилась я к иргилу.
«К моему большому огорчению, Саша, — подтвердил пернатый и ещё более скорбно (правда, как-то слишком наигранно) уточнил: — С тобой и с ним».
— И ты мог бы его найти? — спросила с надеждой. — Благодаря вашей связи и…
— Я много чего могу, — снова принялся важничать ворон.
А я себя чуть по голове не стукнула. За глупость. И почему сразу до этого не додумалась!
— Найди его и передай…
Я бросилась к столу, выдернула из чернильницы сизое перо и нацарапала на бумаге, пусть и неаккуратно, но уж как вышло, коротенькое послание: «Ты нужен мне! Дамия».
— Вот. — Скрутив записку трубочкой, лентой привязала его лапке ворона. — Если сумеешь отыскать, я…
«Будешь по гроб мне должна. А проценты начнёшь выплачивать уже на том свете».
Но этот раз я не стала его одёргивать — Велик действительно сделал для меня немало. Жизни не хватит, чтобы расплатиться. И если разыщет Ярнефельта и тот успеет вернуться… Сейчас я ругала себя за то, что между нами так и не произошло откровенного разговора. Будь он в сговоре с Савардом, его бы не изгнали. И… я очень надеялась, что действительно просто изгнали, а не сделали чего похуже. Ведь если ворон не найдёт моего Коршуна, это будет означать…
Мне не хватило духу закончить эту мысль, не хватило сил представить самое худшее. И не надо! Буду верить до последнего, что с ним всё в порядке.
— Постарайся его найти, — повторила заветные слова.
Долго смотрела вслед иргилу, хоть тот и растворился во тьме почти мгновенно, не успев выпорхнуть в прохладу ночи.
— Тебе надо отдохнуть. — Приблизившись, Абель коснулась моего плеча. — Завтра будет сложный день.
И, возможно, завтра я всё-таки его увижу.
Эта мысль придала мне сил, помогла успокоиться. Обернувшись, я улыбнулась фрейлине и пошутила, правда, ни Абель, ни я даже не улыбнулись:
— Главное, больше не пытайся меня душить.
— Я точно спать не стану, — покачала головой девушка. — От греха подальше!
Я кивнула и вдруг вспомнила ещё кое о чём, что не давало покоя.
— Абель, а куда подевался наш мопс?
* * *
К счастью, Зефирка отыскалась быстро. К несчастью, её состояние напугало не на шутку. Обнаружив маленькую тёмную тушку на полу в ванной, да ещё и вверх брюхом, я испуганно вскрикнула и бросилась к иргилу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Абель, сюда! Скорее!
Словами не передать, какое испытала облегчение, когда стало ясно, что с щенком не случилось ничего ужасного, он просто крепко спал, сопя и похрапывая.
Фрейлина тут же метнулась к его миске и спустя минуту, сосредоточенно её… обнюхав, с уверенностью заявила:
— Усыпили.
Глядя на Абель, принюхивающуюся к остаткам собачьей еды, я на несколько секунд выпала из реальности. А потом, встрепенувшись, встревоженно поинтересовалась:
— Это не опасно? Давай всё же позовём лекаря!
— Порошок дикой снорры безвреден. В малых количествах. Успокаивает, помогает быстро и крепко уснуть, возвращает силы. А вот в больших… — Абель примолкла, явно желая окончательно истрепать мои и без того вконец истрёпанные нервы, но услышав моё нетерпеливое «Ну?!», быстро произнесла: — Зефирка уже была бы мертва.
Словно услышав её слова, мопс у меня на руках тревожно всхрапнул, правда, спустя мгновение снова спокойно и мерно засопел.
— Всё будет в порядке, — заверила Абель. — Проспится и завтра будет как новенький.
В конце концов лекаря решили не звать, но я так и не сомкнула глаз. До самого рассвета сидела на кровати, обнимая иргила, и вслушивалась в его дыхание. Хвалам богам, Зефирка просто спала.
Помимо четырёхлапого иргила у меня имелся ещё один повод для бодрствования — иргил крылатый, возвращение которого я ждала с надеждой и нетерпением. Ждала, считала минуты, а то и мгновения. Прислушивалась к малейшему звуку, надеясь уловить шорох крыльев, стук клюва по стеклу или же самодовольный голос у себя в голове.
Но… ничего.
Велик не возвращался, и единственное, что нарушало тишину спальни, — это сопение собаки.
Утром мы осторожно допросили и Лахью, и Айю, выяснив, что последняя, как обычно, забрала еду для мопса на кухне. Подсыпать снотворное мог кто угодно — по словам рабынь, там вечно толпилась куча народу: слуги, поварята, старшие повара. Та же наперсница Блэй могла запросто явиться «с поручением от госпожи» и между делом незаметно добавить порошок в миску.
— Убить эту княжну мало, — процедила Абель, раздражённая и злая. И из-за бессонной ночи, и из-за колдовских манипуляций негодяйки-тёмной.
Я тоже чувствовала себя, мягко говоря, неважно. По тем же причинам, а ещё из-за тревоги… Мне бы думать о побеге с Эоса, о свадьбе, о преступнице-княжне, в конце концов, но все мысли были только об иргиле и о том, удалось ли ему отыскать Ивара. Смогу ли я снова его увидеть? Хотя бы ещё раз заглянуть ему в глаза, услышать голос, от которого сладкая дрожь начинает бежать по коже. Ощутить прикосновения… От прикосновений Ярнефельта то, что начинало бежать по коже, по всему телу, едва ли можно было назвать просто дрожью. Никакими словами не описать то, что я ощущала, когда он был рядом. Взрыв, ураган, фейерверк из эмоций…
Влечение. Желание.
Настоящее пламя…
Любовь — не иначе.
Жаль, что так долго себя обманывала и отбрыкивалась от очевидного.
— Ну как там наша будущая королева? Выспалась? — Ульяна, явно довольная жизнью (а скорее, грядущим будущим), ввалилась в спальню.
Вот кто выспался, так это она. Свежая, бодрая, улыбающаяся. При виде Абель и меня, зыркнувших на неё угрюмо, подруга стушевалась и осторожно произнесла:
— Что это с вами? Я опять что-то пропустила?
— Пропустила, — мрачно хмыкнула фрейлина.
А я добавила, пока не вернулись Айя с Лахьей:
— Моё недоубийство, командировку Велика и храп Зефирки. Кто бы мог подумать, что маленькая собачка способна выводить такие рулады.
Мопс оскорблённо тявкнул и поспешил переместиться поближе к Ульяне, давая понять, что ему подобные комментарии категорически не нравятся.
Я успела рассказать о ночных приключениях, но вот обсудить проблему в лице Блэй — нет. Вернулись служанки и, как вчера, потащили меня в купальню. И снова парная, массажи, притирания… На этот раз отвертеться от процедур красоты не получилось, хоть очень хотелось. Особенно от той, что содержала в себе тёплый липкий воск и тканевые полоски, с помощью которых на теле Дамии не осталось ни единой волосинки.
